Бывший муж. Простить нельзя, забыть невозможно - Екатерина Руслановна Кариди

эллинг был недалеко, всего-то пересечь пару аллей. Гладь озера поблескивала сквозь стволы деревьев, видно было, что на воде есть лодки, с озера тянуло прохладой. Потом она посмотрела на небо. Облачность понемногу натягивало, дождь, вероятно, будет, но ближе к вечеру. На лодке они уж точно будут только вдвоем, удобная возможность наконец поговорить серьезно.

Мысли пронеслись быстро, она пожала плечами и сказала:

— Почему нет?

***

Почти сразу после того, как Лидия ушла из издательства, главный редактор вышел из кабинета. Вид у него был угрюмый, он нервным жестом поправил воротник летней куртки и на ходу бросил:

— Меня не будет до вечера.

Секретарь Молли Лазман сейчас же подскочила с места, в лице мелькнуло обожание, однако голос у нее был настороженный и встревоженный:

— Что говорить, если вас будут спрашивать, лорд Вайн? Где вас можно будет найти, в случае чего?

Однако Дерек Вайн уже вышел из кабинета, захлопнув за собой дверь. Молли осела на место, замерла, нехорошо прищурилась. Потом поднялась, быстро оделась, вынула из ящика небольшой продолговатый сверток и положила в сумку. А после заперла кабинет и вышла за ним следом.

***

До того они бродили по тихим аллеям, а чтобы попасть к лодочному эллингу, предстояло пройти по главным. И так уж вышло, что в парке в этот день было много гуляющих. Несколько раз им встретились общие знакомые. Пришлось останавливаться, здороваться и искусственно улыбаться, пока их с любопытством разглядывали. И всем хотелось поговорить. А одна дама даже беззастенчиво поинтересовалась:

— А разве вы не в разводе?

Хорошо, что эту не в меру любопытную даму взял на себя Виктор, потому что у Лидии не было ни малейшего желания отвечать ей. В итоге дама завороженно смотрела ему в рот, пока он рассказывал что-то о техно-магических проводах и о том, как в них зарождается и работает электричество. По лицу знакомой было видно, что она ничего в этом не понимает, но Виктор умел когда хотел, быть очаровательным.

А Лидия стояла рядом, скрестив руки на груди, и ждала, когда это все закончится. И все время подспудно ощущала что-то странное. Как будто взгляд в спину. Любопытствующая дама наконец-то засобиралась и проговорила:

— Было очень, очень интересно, — потом повернулась к Лидии и добавила, смерив ее оценивающим взглядом: — Всего доброго, леди Салем.

— Всего доброго, — кивнула ей Лидия.

Та наконец ушла, а настроение у Лидии испортилось. Погода, кстати, тоже. Она снова оглянулась и поежилась, ощущая этот холодный сверлящий взгляд между лопаток.

— Прости, — сказал Виктор. — Сразу отделаться никак не получалось.

— Ничего страшного, — хмуро кивнула Лидия.

Он подошел ближе и спросил:

— Если тебе плохо, давай уйдем?

Нет. Она второй раз была в парке и второй раз прогулка на лодке срывалась, а ей нужно было. Потому она уже настроилась. Лидия была уверена, что именно на лодке будет идеальная возможность наконец с ним поговорить и расставить все точки над «i». В конце концов, она все время ждала именно этого момента.

— Все в порядке, — проговорила Лидия, взглянув на него.

— Хорошо, — лицо мужчины внезапно разгладилось, он заговорщически шепнул: — Тогда… Хочешь мороженого?

Мороженого? Как в детстве?

И прежде чем она ответила, сказал:

— Подожди, я сейчас!

Отошел к ближайшей кантине и вернулся с двумя рожками мороженого. В одном были шоколадные шарики, в другом — белое ванильное.

— Какое хочешь? — смотрел и улыбался.

Лидия потянулась за рожком с ванильным. Выбор был неслучаен, Виктор помнил, что она любила ванильное. Это все были мелочи, и ей хотелось сказать ему: «Это тебе не поможет». Но ведь мороженое — это всего лишь мороженое. Ничего больше.

Теперь они шли рядом и ели мороженое.

А ветер усилился, стал налетать порывами. Они уже почти добрались, когда внезапно полил дождь.

Черт! Все-таки сорвалось.

— Это заряд, он сейчас пройдет! — крикнул Виктор, глянув на небо. — Я знаю тут рядом одну беседку. Переждем!

И быстро утянул ее с аллеи в сторону кустов.

Все произошло так неожиданно, Лидия только и успела, что пискнуть:

— Куда ты меня тащишь?!

Но он, кажется, не услышал. А ливень, обрушившийся невесть откуда, припустил сильнее, и ей пришлось бежать за Виктором, который уверенно тянул ее вперед по тропинке, петлявшей среди цветущих кустарников. А их намокшие ветви свешивались, почти перекрывая дорогу. И плитка, которой была вымощена тропинка, в лучших традициях муниципального благоустройства, заботившегося только о главных аллеях, была неровная, с ямками и выщербинами. И Лидию не раз обдало брызгами из-под плитки.

Однако тропинка внезапно кончилась, и там действительно оказалась беседка.

— Ну вот и добрались, — бросил ей не оборачиваясь Виктор. — Здесь переждем. Это должно скоро закончиться.

Ему хорошо, он даже не запыхался! А Лидия ужасно злилась. В довершение всего она еще споткнулась на ступеньке в беседку и ткнулась носом в свое мороженое. А он обернулся, взглянул на нее и на мгновение застыл. Потом потянулся к ней и сначала слизал мороженое с ее носа, а потом прижал ее к себе и стал целовать. А она…

Она позорно провалилась в какой-то омут. Очнулась, только когда он стал гладить ее спину и прошептал:

— Ли, девочка моя…

— Отпусти, Виктор! — вырвалась она и стала поправлять мокрую одежду. — Какого черта?! Я тебе не Ли!

— О, простите, леди Салем! — он насмешливо хмыкнул, вмиг становясь циничным и язвительным.

Вскинул ладони и отошел в сторону.

А Лидия уселась на скамейку, чувствуя странное разочарование и злость. Мороженое она, конечно же, выбросила в урну, как будто в ее «грехопадении» было виновно именно оно. Потом, сердито сопя, стала разглядывать себя. Мокрые штанины брюк неприятно липли к ногам. А ее матерчатые туфли насквозь промокли и теперь хлюпали. Фуууу.

— Ужасно, — проговорила она, брезгливо морщась. — Ненавижу мокрые ноги.

Он резко обернулся, подошел к ней и присел на корточки.

— Дай сюда.

И прежде чем она успела воспротивиться, стянул с нее мокрые матерчатые туфли