Хозяйка снов - Авдонина

они его с Агафьей и упокоили как полагается. Утром Маринка с Оксанкой к Марфе прибежали с проклятиями, грозились хату спалить, насилу их угомонили. В деревне соседней спокойно стало, но ты не расслабляйся — эти своего не упустят.

Да тут, в деревне, обстановочка покруче, чем в любом боевике будет. Надо к Агафье идти. Набрала земляники, взяла коробку с печеньем, что из города привезла и пошла в гости. Дом Агафьи и правда был недалеко от моего. Он был из темного бревна, на вид ему лет двести, окошки маленькие, с простыми занавесками, простой дощатый забор, на котором сохли банки и пара бидонов. За забором послышался лай собаки и между досок я увидела приближающегося ко мне лохматого серого дворового пса, он заливался громким лаем, показывая мне, что он тут главный и меня никто не звал. Вскоре в дверях появилась его хозяйка. Она, слегка припадая на одну ногу, приближалась к калитке.

— Кто это у нас тут, Пират?

— Это я, бабушка Агафья, Светлана.

— А, Светлана, ну проходи. Пират, это свои.

Пес как будто понял свою хозяйку и замолчав, потрусил ей навстречу. Агафья открыла калитку, впуская меня во внутрь. Пират, виляя хвостом, крутился рядом, выпрашивая что-нибудь вкусненькое. Я достала из кармана ириску и угостила своего нового приятеля. Он с удовольствием проглотил угощение и не отставая следовал за нами до дверей дома. В доме у Агафьи все было по-простому — небольшая кухонька, русская печка, чугунки, ухваты. В комнате посередине стоял круглый стол, в нише за занавеской притаилась кровать, под окном большой сундук, он же выполнял роль скамьи и пара стульев. В углу на полке стояли иконы и зажженная перед ними свечка. Между окнами на стене висела большая фотография в рамке двух молодых улыбающихся людей, парня и девушки.

— Проходи, сейчас чай будем пить, — сказала Агафья, указывая мне на стул около стола.

— Давайте я помогу.

— Ну я еще не совсем дряхлая, уж чаем тебя смогу напоить, бери давай чашки, вон там, в буфете. Рассказывай зачем пришла.

— Я хотела узнать о полозовых невестах и поучиться у вас распознавать разные травы, как отвары варить и просто поговорить с вами, так как мне и пообщаться тут не с кем, кроме как с Мироном да Пантелеймоном Гавриловичем.

— Полозовы невесты, говоришь. Они на меня и Марфу зуб имеют, а ты теперь вместо Марфы отдуваться будешь.

— А как Маринка на себя смогла морок наложить?

— Так для нее это — тьфу, она этим часто занимается, ты со временем научишься распознавать этот фокус. Вот Оксанка посерьезнее особа будет. Она в змею может обращается, и вот тут глаз да глаз нужен — силой она большой обладает, а если в ночь змеиных свадеб ей удастся жертву получить, то сила ее в сто крат увеличивается, сам Полоз ее силой наделяет. Завтра как раз ночь змеиных свадеб. Все змеи выползут из своих укрытий, где зимовали с прошлой осени. Собираясь, змеи идут, сцепившись хвостами, а правит змеиной свадьбой самый главный Полоз. В этот день лес лучше стороной обходить, потому что змея может так укусить человека, что ни один колдун не поможет. А ежели большая нужда будет в лес идти, то возьми оберег — марьин корень или ясеневую палку, от ее вида змеи цепенеют и не нападут.

— Так ваш посох, с которым вы ходите из ясеня?

— А ты приметливая, это хорошо. Соседок я наших давно знаю, вот и хожу с ним, чтоб не искушать судьбу.

— А что на змеиной свадьбе происходит?

— Так то же, что и у людей. Полоз невесту себе выбирает, у той, на кого выбор падет, на голове корона появляется, так вот наша Оксана в прошлый год и удостоилась этой чести. Так-то короны на ней не видать, но говорят, что у невесты Полоза родимое пятнышко в виде короны появляется, а вот когда она в змею перекинется, то сразу все понятно.

— А вы видели ее в облике змеи?

— Приходилось. Жуткое зрелище, скажу. Вроде змея змеей, а глаза человечьи, Оксанкины. Смотрит на меня и радуется, хорошо хоть без посоха не выхожу, а то бы она меня и уложила бы под травку. Возьми оберег, — сказала Агафья, доставая с печи какой-то корешок.

— Что это?

— Так марьин корень.

— Спасибо. А вы Полоза видели?

— Полоза-то? Куда мне! Он глубоко под землей живет и к нему не попасть, да и не нужно мне.

— А Маринка не может в змею оборачиваться?

— Только дважды в году — на змеиную свадьбу, да на осеннего змеевика в сентябре. В прошлом году как раз на змеиную свадьбу беда одна приключилась. Маринка парня одного из соседней деревни приворожила, маялся он жутко, ну и пошел с ней в лес ночью, она привела его к Полозу, сказала, что он — жених ее, Полоз их обвенчал, а она обернулась змеей, да и наградила его мертвым поцелуем. И в этот момент силу дополнительную получила, морок на себя напускать может с тех пор. А душа бедолаги этого теперь всегда при ней служит. Так-то вот.

— А как вы покойника при дороге в соседнюю деревню упокоили?

— Твой служка что ли рассказал?

— Вы Мирона имеете в виду?

— Его, кого ж еще?

— Он мне не слуга, он мой помощник.

— Это как скажешь, сути не меняет.

— И все же, как?

— Так молитвой да заговором специальным.

— А вы меня научите?

— Ты, девка, для начала тетрадь Марфы почитай, там много всяких заговоров написано.

— Тетрадь Марфы? Я не знала.

— Так спроси у дармоеда своего, али у домового, может, он ее припрятал куда.

— Спрошу. А про травы?

— Вставай послезавтра до восхода солнца, в змеиный день лучше носа в лес не казать, да приходи к моей калитке, пойдем в лес, чтоб с первыми лучами на опушке быть, да помощника своего с собой бери — он тебе пригодится.

— Приду.

— А завтра как солнце сядет, запри дома все окна и двери, чтоб змеи к тебе не приползли, переждать надо, не наш завтрашний день, змеиный.

Как вернулась домой, первым делом устроила допрос своим домашним:

— Мирон, где тетрадь Марфы?

— Я не знаю, — испуганно прошептал мой друг.

— Как не знаешь?! А кто должен знать?

— Не ругайся, Хозяюшка, это я ее припрятал. Я ведь не знал кто может прийти в дом. Вот на всякий случай, и схоронил от чужого глаза, я сейчас ее принесу. Прости Христа ради, запамятовал, — сокрушался домовой.

Он метнулся на чердак и долго