Тьма в твоих глазах - Евгений Фронтикович Гаглоев

– Она – твоя девушка? В Клыково я почти всегда видел вас вместе.

– По крайней мере мне хочется так думать, – довольно осклабился Антон.

– И кто у вас за что отвечает?

– Какой ты любопытный.

– Интересно же. И потом надо же нам о чем-то говорить.

– Я хорошо соображаю в компьютерах, сигнализациях, прочей электронике. Могу быстро взломать любой цифровой код. У Татьяны особый склад ума, она – настоящий аналитик. Путем обычных рассуждений почти всегда может докопаться до истины. А еще она может вылечить любое ранение обычным наложением рук. Очень полезная способность в нашем деле.

– В этом я уже не раз убеждался, – признался Тимофей. – Она меня лечила. Два раза.

– Меня тоже.

– Ну а Никита?

– Легостаев – это грубая сила, – хмыкнул Антон Василевский. – Когда надо сломать что-нибудь, выбить дверь с одного удара или накостылять кому-нибудь по шее – в этом Никите равных нет. Причем зачастую все это получается у него даже против воли. Ходячий магнит, который притягивает неприятности.

– Как и все мои друзья, – вздохнул Тимофей.

Глава 14

Пока не отметелили

За окнами машины проносились современные здания. Высотные зеркальные небоскребы постепенно сменялись более старыми и приземистыми постройками. Вскоре Зверев понял, что они движутся в сторону старой части города.

– Так куда мы едем? – осведомился Тимофей.

– Точно! Самое главное я забыл тебе сказать! – спохватился Василевский. – Вчера вечером Панкрат Легостаев дал мне информацию об этом погибшем грабителе.

– Кажется, его звали Сергей Кривошлыков.

– Мы пробили его по нашей базе данных и увидели, что у него впечатляющий послужной список. Нападения, ограбления, вымогательство… Ав последнее время он работал на кого-то из группировки Сиамских Близнецов. Знаешь, кто это такие?

– Приходилось слышать, – вспомнил Тимофей. – Они же сейчас, кажется, весь преступный мир Санкт-Эринбурга под себя подмяли?

– Все верно, – подтвердил Антон. – После падения корпорации «Экстрополис» и гибели большинства высокопоставленных бандитов власть в криминальном мире перешла к Сиамским Близнецам. Если случается крупная неприятность, как правило, оказывается, что за этим стоят именно они. На них сейчас много всяких бандюганов работает. Ты-то не успел?

– В каком смысле?

– Я же знаю, что ты даже на Барона успел поработать.

– На Барона случалось, – уклончиво сказал Зверев. – Но с Сиамскими Близнецами я никогда не связывался.

– Зато Барон с ними постоянно сотрудничал, – сообщил Василевский. – Он же коллекционером был и скупщиком краденого. Частенько заказывал их представителям украсть какой-нибудь ценный артефакт. Те быстренько находили подходящих людей и исполняли его просьбу. У Барона на этом весь бизнес был построен. Вот и Сергей Кривошлыков работал на Близнецов вместе со своими дружками. «Черная тройка»! Подобрали же они себе название. Хотели, чтобы все их боялись и уважали. Только никто их не уважал – наоборот, даже самое жалкое жулье из темных подворотен считало их плагиаторами. Слишком много людей еще помнит настоящую «Черную четверку»! У Кривошлыкова была подружка по имени Лариса. Девчонка вроде умная и серьезная. Непонятно, как она вообще с таким уголовником связалась. Увлекается скульптурой и живописью, снимает небольшую студию на каком-то старом складе на окраине Санкт-Эринбурга. Панкрат дал мне ее адрес, вот туда-то мы и направляемся. Поговорим с ней. Вдруг ей что-то известно о проделках ее погибшего парня?

– А она знает, что он погиб? – напрягся Тимофей.

– Конечно. Полиция ее уже допрашивала.

– Хорошо. Не представляю, что испытывают те, кто должен сообщить человеку о том, что его близкий умер.

– К счастью, мне никогда не приходилось этого делать, – вздохнул Антон.

– А видеть покойников приходилось? – спросил вдруг Тимофей.

– Естественно. С нашей-то работой…

– А убивать кого-то самому?

Антон настороженно на него покосился.

– Давай-ка не будем об этом, – попросил он. – Я и так каждый день задаю себе вопрос, что я делаю в «Авангарде». Да, мы помогаем людям, попавшим в беду… Да, нам приходится защищать простых жителей города от различных монстров. Но мы делаем это не по доброй воле, а по принуждению, поэтому мне моя работа не очень нравится. Может, когда-нибудь это изменится, но пока у меня просто нет другого выбора. А иначе самого посадят в «Темные аллеи».

– Кстати, а что ты умеешь? И что натворил? – поинтересовался Тимофей. – За что тебя замели?

Антон отчего-то не спешил с ответом.

– Ну, давай колись, – хитро улыбнулся Зверев. – Что тут такого? Я вот сам грабежами занимался, даже в одной криминальной группировке состоял. Кстати, там мы с Никитой и познакомились.

– Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю, – фыркнул Антон. – Я твое досье только сегодня утром перечитал.

– У вас есть на меня досье? – вытаращил глаза Зверев.

– А то! Думаешь, откуда мне известно о твоем прошлом? Там все твои подвиги очень подробно описаны.

– Вот так новости… Но не очень-то я ими горжусь, этими подвигами. Когда все открылось, отец меня чуть не прикончил, – сообщил Тимофей. – А потом и вовсе решил засунуть меня в закрытую академию, подальше от Санкт-Эринбурга и полиции. Я его почти возненавидел, но, как оказалось, все было не зря. Теперь я совершенно другой человек. Многое изменилось с тех пор…

– Змееносец, – кивнул Василевский. – Мы знаем почти все о случившемся в Клыково. У вас же там просто ад какой-то творился. Я рад, что ты выжил. Но о чем ты тогда думал? Пытался заколоть себя мечом! На такое еще решиться надо.

– Хотел всех спасти, и мне это удалось. Но я тоже чертовски рад, что Татьяна в тот момент оказалась поблизости. А иначе я бы тут сейчас с тобой не сидел.

Антон остановил машину и заглушил двигатель.

– Раз уж у нас тут время откровений, хватит отмалчиваться. Так что ты натворил? – не отставал от него Тимофей.

– А ты все не уймешься? – насупился Антон.

– Должен же и я иметь на тебя досье.

– А больше тебе ничего не надо?

– Какими способностями ты обладаешь? Я же могу и у Легостаева спросить. О, он мне расскажет во всех подробностях. Ты потом сам не рад будешь!

– Из-за своих способностей я и попался, – хмуро признался Антон, выбираясь из машины.

Тимофей тоже вышел и захлопнул за собой дверцу.

– Колись давай! – потребовал Зверев. – Что в тебе необычного? Чем дольше ты молчишь, тем сильнее работает моя фантазия. Надеюсь, не грохнусь в обморок, когда узнаю всю правду.

Антон тихонько выругался и огляделся по сторонам, затем показал рукой на огромный железный ящик для мусора. Контейнер стоял на порядочном отдалении у стены большого обшарпанного строения. Пространство вокруг ящика было завалено туго