Марика Ми - Выдумщики

– Я не… – Она задумалась и поняла, что злость действительно исчезла. – Легче, – буркнула Ада и побрела вперед, уходя от дома. – Но это не значит, что я тебя простила!

– Ты так и пойдешь в тапочках, чудо? – крикнула ей вслед Лаура.

Наставница наскоро придумала ей куртку и ботинки.

– И как я объясню вдруг появившиеся в шкафу вещи маме? – пробурчала Ада, с тоской посмотрела на развалившиеся тапочки и принялась натягивать обувь.

– Не беспокойся, это поделки, через несколько часов сами исчезнут.

Они пошли по начинающему темнеть Городу. Фонари уже загорелись, превращая обычные улицы окраины в зачарованные уголки чужого мира.

– Ты изменилась, – заметила Лаура.

– Может быть. – Ада все еще не могла простить наставнице падения, и не было никакого желания разговаривать.

– Точно. Раньше ты бы на меня даже не разозлилась. Только тихо плакала бы про себя и скулила. – Лаура подняла палец вверх, заметив, что Ада пытается возразить. – Я не хочу тебя оскорбить, наоборот, хвалю. Ты скоро сможешь дать отпор любому – матери, например.

Ада хмыкнула.

– Уже.

Она рассказала Лауре о том, что случилось сегодня, и даже при тусклом свете фонарей заметила, как загорелись глаза у наставницы.

– Неплохо, да?

– Ничего себе, – выдохнула Лаура. – Но это же просто прекрасно! Теперь ты можешь жить как хочется тебе, а не им! Теперь понимаешь, что возможно все?

– Кому им?

– Матери и брату, – сказала наставница. – Ты же сама понимаешь, что математика и тому подобное – не твое. Не отрицай… – У нее зазвонил телефон, Лаура сбросила звонок и повторила: – Не отрицай, ты сама знаешь, что я права.

Ада отвела взгляд. Она всю жизнь училась, чтобы поступить в университет, стать как брат, а теперь… Может быть, это правда не то, что ей нужно? Выдумывать небылицы куда интереснее, чем сидеть, скрючившись, за компьютером.

– Но я же не могу предать брата…

– Господи, при чем здесь предательство? – Лаура воздела руки к небу, и как по команде зазвонил мобильный. – Секундочку. – Наставница взяла трубку и быстро что-то заговорила. Ада уловила только «заказ», «инструменты» и «уже почти все готово».

– Ты киллер? – спросила она, когда Лаура закончила разговор, стараясь перевести тему. И мстительно подумала, что это вполне подошло бы дикому характеру Лауры. Так и норовит кого-нибудь на тот свет отправить.

– Могла бы им быть, но вообще-то все прозаичнее. Дизайнер интерьеров. – Наставница изогнула одну бровь и встала в позу. Потом рассмеялась и пошла дальше. – Говорят, лучший. И я, скажу без ложной скромности, с ними согласна. Впрочем, – она подмигнула Аде. – Простым смертным сложно со мной сравниться, да? – Вдруг она спохватилась. – Да ты же даже ни разу не была у меня дома! Немедленно пойдем! Должна же я хоть перед кем-то хвастаться.

Ада сделала шаг назад, к тому месту, где должна была быть припаркована машина, но Лаура пошла к метро. Обернулась:

– Ты что, в подземке же самое веселье!

– Да уж.

Несмотря на все опасения Адели, Лаура вела себя вполне прилично. Ни у кого не воровала ни кошельки, ни шляпы, ни яблоки, как в день их первой встречи.

– Знаешь, чем Город мне нравится больше Мирграда? – спросила вдруг наставница. – Тут гораздо сложнее и интереснее. Все эти люди живут и даже не догадываются о своих возможностях. Конечно, большинство настолько увязло в обыденности, что экскаватором не вытащишь, но все еще многие могли бы измениться, стать если не всесильными, то, по крайней мере, перестать жить в болоте. А вместо этого они ругают правительство, которое сами избрали, детей, которых сами воспитали, и свою скучную серую жизнь перед телевизором или монитором.

Ты думаешь, я все эти безобразия в метро проделывала просто ради веселья? – Лаура усмехнулась. – Конечно, не без этого, чего уж отрицать. Но вообще-то я мечтала о том, что когда-нибудь смогу обнаружить выдумщика. Когда-нибудь скажу свое коронное: «Ты что, видишь меня?» – и мне ответят: «Да». – Она посмотрела на Аду. – Я даже не думала, что мне настолько с тобой повезет.

– Не льсти мне, – отвела взгляд Адель.

– Я говорю правду. Через некоторое время, и, думаю, довольно скоро, ты сможешь возродить Мирград. Он тоже начинает превращаться в болото.

– Мне бы только помочь брату, а остальное неважно, – улыбнулась Ада.

Лицо Лауры вдруг потемнело, от прежнего лоска не осталось и следа, даже глаза немного потускнели.

– Что такое? – встревожилась Адель. – Я что-то не то сказала?

Наставница покачала головой.

– Просто боюсь, как бы ты не разочаровалась.

– Марк – хороший, – упрямо сказала Ада. Она никому не позволит усомниться в этом.

– Я и не спорю. Ладно, будем надеяться, что я ошибаюсь. – Лаура встала. – Наша станция.

Они поднялись по эскалатору и вышли на смутно знакомую Адели улочку. Она нахмурилась, пытаясь вспомнить – откуда это чувство.

– Тут ты за мной следила, – весело подсказала Лаура. – Я, если честно, даже немного испугалась. Хотя довольно быстро поняла, что ты просто любопытная девочка.

Они свернули во двор.

– О, так та красная машина была твоя! – догадалась Ада.

– Какая ты сообразительная, с ума сойти можно.

Они зашли в подъезд. Лаура царственно кивнула охраннику и повела Адель внутрь.

Дом был старый, с высокими потолками и лепниной, а лифт такой, каких Ада в жизни не видела. Закрадывалась мысль, что в нем вполне можно было бы хорошо выспаться.

– Ты, наверное, и правда крутой дизайнер, – восхищенно прошептала Адель.

– А то, – кивнул Лаура, открывая дверь. – Добро пожаловать.

Ее квартира была огромной. Раньше Ада видела такие только в кино. Казалось, если встать у двери и крикнуть, в дальней комнате никто не услышит – слишком уж большая площадь. Даже холл, в который они попали, был больше всей комнаты Ады.

– Ничего себе, – только и сказала Адель и стала быстро снимать ботинки. Заляпать грязью идеально чистый паркет казалось ей кощунственным.

– Что ты творишь? – удивилась Лаура и прошла в сапогах в комнату. – Не страдай ерундой и иди сюда.

– У тебя есть камин? – выдохнула Ада, как только зашла вслед за наставницей в гостиную.

– Только не удивляйся так сильно, – сказала Лаура, присаживаясь на край дивана. – А то еще исчезнет.

– А что, он?..

– А ты думаешь, мне кто-то разрешил бы его здесь поставить? – Она наклонилась к маленькому кофейному столику и разлила вино по бокалам, протянула один Адели. – За то, чтобы ты наконец начала действительно верить!

– Спасибо. – Адель села рядом с наставницей. В гостиной было удивительно уютно, несмотря на агрессивно-яркие красные стены и большую свисающую сверху люстру. Пахло какими-то пряностями и немного виноградом, но эти запахи не раздражали, а наоборот, успокаивали. В комнате царил идеальный порядок, каждая книжка, каждая статуэтка были на своем, строго определенном месте, аккуратно расставленные на полках.

– Лаура, – осторожно спросила Ада. – А почему у тебя так убрано?

– Ты обо мне была такого плохого мнения? – поинтересовалась наставница. – Думала, тут бедлам и разбросанные по полу вещи?

– Нет, но… Почему я не могу тогда убирать комнату? – Ада почувствовала, что уже который раз за день хочет наорать на наставницу. – Это такая издевка, да?

Лаура устало вздохнула.

– Лучше бы ты пила вино, оно, между прочим, очень хорошее. И нет, я не издеваюсь над тобой. – Она поднялась и встала напротив Ады. – Ты сможешь выдумать тут что-нибудь? Ладно, не пытайся. Все равно не выйдет. Потому что здесь нет вероятности. Вот раскроешь свою страсть, может, и не придется прибегать ко всяким трюкам. – Она завела руку за спину и через миг протянула Адели пирожное.

– Умеешь делать вот так? – усмехнулась она.

– Нет.

– Ну вот тогда не говори мне про классовое неравенство, – хмыкнула Лаура. Зазвонил телефон, и она умчалась отвечать.

От выпитого вина появились приятная расслабленность и безмятежность. Ада откинула голову назад и смотрела на натяжной потолок. Он был идеально ровный и походил на мутное зеркало, так что в нем можно было увидеть отсвет камина и неясный силуэт на диване.

– Ничто не мешает тебе начать так жить. – Лаура незаметно подошла и положила руки Аде на плечи, зашептала на ухо. – Я могла бы многому тебя научить, не только выдумывать, но и создавать удивительно прекрасные вещи, играть на пианино, флейте, рисовать. Это то, к чему у тебя лежит душа, я знаю, вижу, как никто другой. Не понимаю, зачем тебе математика.

– Но мой брат…

– Давай хотя бы на секунду оставим твоего брата в покое, – рассердилась Лаура. – Я говорю сейчас о тебе. Ты человек искусства, с таким воображением, что через несколько лет могла бы оставить меня без куска хлеба. А вместо этого идешь в математику! Ну какой из тебя технарь, а?

– Я не знаю, Лаура, – грустно сказала Ада. – Понимаешь, я должна. Иначе мать снова разочаруется. Я и так не самая лучшая дочь.