Проект «Александрия» - Александр Александрович Винниченко

Бокалы пустели один за другим. Случайно завязался разговор с компанией за соседним столиком. Я познакомился с очаровательной девушкой Олесей, её подругой Леной и двумя парнями Димой и Никитой. В этой истории они не играют никакой роли, поэтому описывать их не стану. Не прошло и получаса, как мы с Максимом были втянуты в спор о недавно вышедшем фильме. Развлечений в этом городе не так много, как хотелось бы, поэтому темы о выходящих фильмах в кино были всегда актуальными. Придя к компромиссу, мы продолжали шутить, веселиться и заказывать напитки. Максим вышел на улицу поговорить по телефону и долго не возвращался. Мои сигареты закончились, я вышел к нему попросить угостить меня одной, но он громко общался с кем-то в темноте. Вероятней всего, это была его девушка. Я не стал их беспокоить и хотел было вернуться внутрь, как вдруг мое внимание привлекли странные звуки, доносящиеся из белой газели на парковке кафе. Было похоже на зверя. Я подошел ближе, но звуки прекратились. Прислушался и постучал трижды в заднюю дверь фургона. Внезапно что-то завопило и с огромной силой стукнуло дверь изнутри. От испуга я свалился на задницу и не спускал взгляд с фургона еще какое-то время. Решив подальше убраться от этой чертовщины, я вернулся внутрь. Подошел к бармену узнать есть ли в наличии сигареты. Длинноволосый смуглый парень лет двадцати семи поправил прямоугольные очки и протянул мне пачку «ChesterField», потом добавил:

– Бери эти, других нет. Сто рублей, – после этих слов он оглянулся по сторонам, наклонился ко мне через барную стойку и сказал, – Послушай, попрощайся с друзьями и возвращайся ко мне, я тебе расскажу кое-что интересное.

– С чего это мне с ними прощаться? – я недоверчиво взглянул на чудака.

– А вот увидишь, сейчас вернется твой друг и скажет, что ему пора. Так вот, ты не уходи.

– Да с чего это ты взял, что он такое скажет?! – удивленно спросил я.

– А вот увидишь! Ян, я должен тебе сообщить нечто важное, – все не унимался бармен.

– Я не употребляю наркоту, спасибо, – я забрал сигареты, оставил сто рублей и вернулся за стол. «Вот ведь чудило,– подумал я, – и имя мое услышал где-то, все впечатление о заведении к черту». Через несколько минут вернулся Максим. Он сообщил, что должен уходить и спросил у меня, иду я или остаюсь. Я повернул голову в сторону бара и взглянул на бармена. Тот только и глядел на меня важно, через свои очки, слегка ехидно улыбаясь. «Да не может быть, что бы я не заставил эту самодовольную улыбку исчезнуть с его наглой рожи! – подумал я, – Сейчас разберемся, в чем тут дело!». Я сообщил, что остаюсь. Максим пожал всем руки, попрощался с девушками и исчез за дверью. Хлопнув ладонью по столу, я встал и пошел к бару.

– Это правильный выбор, Ян, – бармен широко улыбнулся и принялся протирать бокал салфеткой.

– Давай выкладывай, как ты это сделал, – недовольно и слегка раздраженно буркнул я, усевшись по удобней за барный стул и скрестив руки на груди. Улыбка бармена стала менее дружелюбной. Одетый в белую рубаху, галстук и серый жилет, он задумчиво почесал подбородок и щеку.

– Это ерунда, – он стянул резинкой черные волнистые волосы, – Я случайно подслушал его разговор по телефону, пока курил. Но раз уж ты уже остался, давай я расскажу тебе одну историю.

– Вот оно что! Я лучше к ребятам вернусь.

– Каким ребятам? – спросил бармен. Я обернулся и обнаружил, что Олеся и её компания уже ушли.

– Да забудь ты о них, – продолжил бармен, – Раз уж ты остался, так, может, послушаешь, что я хочу тебе рассказать? Это касательно тебя.

– Меня? – может быть благодаря алкоголю я не мог понять, о чем он говорит, – Ты, случаем, не с кем меня не путаешь?

– Послушай, – бармен взял протертый им бокал и стал наполнять его пивом, – Видишь ли, есть кое-что, что тебе нужно знать. Обещаю, что пока ты будешь слушать, я буду наливать тебе пиво бесплатно. Что скажешь? – и он протянул мне доверху наполненный бокал.

«Все ушли, а мне все еще скучно, пожалуй, от пары бесплатных бокалов я бы не отказался» – подумал я про себя.

– Идёт! – я сделал несколько глотков, – Говори! Мне даже интересно стало, что там обо мне?

– Вчера мне позвонил директор и сообщил, что сегодня некий Волков Ян заявится в наше кафе, и что я должен кое-что ему передать. По описанию все сходится: Мужчина брюнет, ростом метр восемьдесят, волосы волнистые с пробором, две вертикальных родинки между правым виском и глазом. Одет в черный пиджак и синюю рубаху.

Я не на шутку удивился и даже испугался от услышанного, однако сильное чувство любопытства не давало мне покоя. Внезапно наш диалог прервал уже знакомый голос шумного парня с ребенком, которые сидели через место от нас:

– За-а-к! Зак, черт тебя побери! Долго мне еще ждать? Мои девчонки потеряли всякое терпение, дай же нам карту!

"Зак – ну и причудливое имечко"– подумал я. Бармен тем временем повернулся к посетителю в оранжевой ветровке и, жестами изобразив сдержанную злость, обратился к нему:

– Апельсин, мой дорогой друг, не мог бы ты взять и угомонить свой дурацкий темперамент хоть ненадолго?

Тот, кому был направлен данный вопрос, откинулся на спинку барного стула и, облокотившись на деревянный подлокотник, ответил:

– А что я? Ты же знаешь, это все мои девчонки, – а после обратился к кому-то в пустоту, – Не могли бы вы заткнуться, не видите, Закария злится!

– Я совсем не злюсь, – ответил бармен.

Он подошел к парню, которого назвал Апельсином, и взял что-то из-под прилавка.

– Меня вообще очень сложно вывести из себя, – гордо добавил он и положил на стол три странных желтых карты, размером напоминающие игральные.

– Что ты мне даешь?! Опять желтые? – Возмущенно заявил Апельсин, – … Да помню я, помню. Рассказать про шипы.

Этот странный парень снова стал говорить с какими-то вымышленными девушками. Вероятно, у него были не все дома. Но, как я понял, мальчишку рядом с ним это вовсе не смущало.

– Кстати, Зак, скажи мне на милость, а знает ли Рысь о том, что я на днях прыгнул сразу через четыре шипа? Может быть, я уже заслуживаю фиолетовую карту, просто кое-кто не в курсе?

– ФИОЛЕТОВУЮ?!! – бармен залился хохотом, а после, подперев рукой подбородок, сказал, – знаешь что, Апельсин, я никак не могу понять самоубийца ты или же просто дурак? Неужто, тебе так плохо в этом