Готика 21го века - Анна Велес

— Ну, ты даешь! — с наигранным восхищением заявил он подруге. — Если с тобой такое каждый раз случается, когда ты идешь в магазин, то я просто не понимаю, как в тебе еще не умерла любовь к шмоткам.

— Простите, — рядом с ними остановилась девушка-продавец. — Ей скорую вызвать?

— Нет, — Елена проверила пульс женщины. — Она скоро придет в себя.

— И опять начнется? — девушка поморщилась и окинула взглядом хаос в зале. Все вещи теперь мертвыми кучами валялись на полу.

— Не должно, — подумав, ответил ей Женька. — Скорее уж, она будет пребывать в весьма подавленном состоянии.

— Она истратила много сил, — в голосе Елены явно слышалось сострадание и грусть. — У нее будет апатия и слабость. Надо бы, когда она придет в себя, помочь ей вызвать кого-то из родных.

— Жалко ее, — не очень искренне отозвалась девушка.

— Жалко, — честно признался Женька и счел нужным переменить тему. — Как магазин? Ущерб сильно ощутим?

— Не очень, — девушка окинула все опытным взглядом. — Тут-то, конечно, все придется чистить и гладить. А ближе к той стороне зала, практически ничего не пострадало.

— Вот и славно, — Елена улыбнулась ей холодноватой улыбкой. — Я покупаю это платье, — сказала она, указывая на свой наряд. — Сколько с меня?

Девушка назвала цену, быстро сделав в уме грандиозную скидку. Елена понимала, что той ужасно жалко отдавать это чудо портновского мастерства почти за копейки, но… Страх перед неизвестными способностями покупательницы пересиливал жадность.

— Ну вот, — выйдя на свежий воздух, сказала она Женьке. — Теперь…парик? Или что мне сделать с волосами?

— Достаточно будет достойной укладки, — серьезно ответил ей демонолог. Он как-то еще переживал недавнюю сцену в магазине, а заодно видел, как переживает из-за нее и Елена. — Довольно глупый стереотип, что все вампиры черноволосы. Это для мелкой челяди. А нам просто нужно быть самим собой. И просто любить и уважать себя.

Подруга одарила его кислой улыбкой, она прекрасно поняла, о чем он говорил на самом деле.

— Парикмахерская напротив, — чуть суховато заметила она. — Десять минут и я окончательно готова к приключениям. А ты? С твоими кудрями одного лака для волос мало.

Женька болезненно поморщился, но все же кивнул, соглашаясь. В прошлый раз он потратил половину баллончика Людкиного лака, чтобы приготовиться к походу в «Цвет ночи». Тут самостоятельно не управиться. К тому же несколько минут в парикмахерской — необходимое время, чтобы избавиться от неприятного осадка встречи в магазине и мыслей о неисправимой несправедливости жизни.

Глава шестая

Елена нервничала. И очень здорово. Она почти восстановила свое хорошее настроение после происшествия в магазине. … Только так и не смогла избавиться от все той же гадостной жалости к незнакомке. И ей было за себя стыдно. Но в целом… Ею почти овладела жажда приключений. Только вот опыта не хватало.

Елена крайне редко посещала ночные клубы. И ни разу не была в по-настоящему шикарных местах. Не говоря уже о том, что знала она о «Мандрагоре» катастрофически мало. А ехать вот так в незнакомое место, да еще с подобной миссией… Все эти мысли не способствовали прекращению нервозности.

— Главное помни, — уговаривал Женька, чуть сжимая ее ладонь в своей, сидя на заднем сиденье такси. — Ты лучшее, что могло случиться с кучкой этих придурков. Ты королева. Чтобы ты не сделала, это правильно. Властность и уверенность в себе. … И не вздумай паниковать!

— Я уже паникую, — буркнула она.

— Лена, ты маг! Помни об этом!..

Это были волшебные слова. И она была безгранично благодарна Женьке, что он их произнес. Она маг. И этот мир лежит у ее ног. Просто потому, что мало кто может управлять им, как она. Знакомое покалывание в подушечках пальцев, легкий озноб по плечам, теплая волна собственной силы, окутывающей, защищающей, знакомой и… дарующей всесилие. Елена хищно улыбнулась в темноте салона. Поймала понимающий взгляд Женьки. Уловила слегка испуганные мысли водителя, почувствовала обрывки эмоций пассажиров, пользующихся этим такси до них. О да! Жизнь налаживается. Власть и уверенность в себе? Она усмехнулась и чуть сильнее сжала Женькину руку. …

Вид здания, где располагался клуб, вызвал у нее еще один ироничный смешок. Довольно громоздкое здание из серого камня с парочкой готических башенок и черной крышей. Где еще могла находиться штаб-квартира Мастера вампирской игры? Кованные железные ворота оказались чуть приоткрыты. Подъездная дорожка чуть освещена прятавшимися в зарослях голых кустов фонарями с мутными лампочками.

Они отпустили такси и зашагали к зданию. Воздух был холодноватым и сырым, ведь весь день опять моросил дождь. На территории владений хозяина «Мандрагоры», скрытой от мира внушительным забором, земля была уже полностью очищена от жалкого съежившегося и потерявшего свою чистоту и белизну снега.

Они подошли к массивной черной двери, и Женька позвонил в самый обычный дверной звонок. Его белая кнопочка смотрелась на косяке как-то неуместно. Дверь открылась почти сразу. На пороге возник огромный детина в черных джинсах, шелковой темно-серой рубахе, с рацией в руке. Охранник.

— Дорого вечера, — вежливо сказал он. — Ваши приглашения?

Елена в очередной раз усмехнулась, хищно и провокационно.

— Да, конечно, — плавным, тягучим движением, она подняла руку и провела кончиками пальцев по щеке охранника, при этом гостья пристально смотрела ему в глаза. И когда пальцы ее достигли виска мужчины, она отдала четкую мысленную команду. Клочок ее силы рванулся по линии взгляда от ее глаз к его глазам, а потом будто растворился у него на переносице.

На лице охранника появилось удивленное, но вместе с тем и радостное выражение.

— О! Вы давно у нас не были! — сказал он радушным тоном. — Сир будет рад вас видеть. Будьте добры…

И он отступил, гостеприимно распахивая перед ними дверь.

— Низкий и грубый прием, — прокомментировал Женька ей на ухо. — Но всегда такой действенный….

Она повернула голову и подмигнула ему.

Они вошли в холл. Небольшое, но довольно уютное помещение. Как прихожая в доме обеспеченных людей. После уличной сырости и ставшей уже традиционной для этой весны измороси, очутиться в сухом помещении уже было счастьем. К тому же холл явно отвечал Елениным эстетическим пристрастиям.

Гостиная напоминала фойе небольшого театра, что вызвало у хозяйки «Бюро» очередной ироничный смешок. Ведь, по сути, они и пришли в театр. Стены в холле были облицованы древесиной, темной, будто вишневой, с красивыми разводами чуть более светлого тона. На полу лежал палас, бордово-бежевый с каким-то путанным, но ненавязчивым узором. Напротив входной двери располагался гардероб со стойкой того же темного дерева и швейцаром, одетым в красивую черную форму с золотыми