Амина-кислота - Константин Владимирович Денисов

этом и есть его основная сила, — сказала Амина, — он очень многому научился сам и вооружил боевыми дарами мои копии. Но вот прикол, они умерли, и все их навыки перешли ко мне! Я теперь машина смерти, хотя рождена для другого.

— Для чего? — тут же ухватился я.

— Для любви! — сказала Амина и весело рассмеялась, — нет, конечно! Пупсик, я тебе это обязательно расскажу, но не сейчас. Если мы сейчас же отсюда не уйдём, то, в самом деле, имеем все шансы дождаться Воланда. А ты же сам убедил меня, что это плохая идея. А я прониклась!

— Фаер, ты с нами? — спросил я.

— Конечно! — спохватился дед, который с открытым ртом слушал наш диалог, — не тут же мне оставаться! А то, не приведи господь, снова ошейник наденут, и ку-ку!

Маша тоже была немного шокирована темпераментом Амины, и почти не участвовала в разговоре, предпочитая наблюдать со стороны.

— Знаешь, почему я отменила секс на камушках? — спросила вдруг Амина, когда мы шли по коридору.

— Нет, — был вынужден сказать я, потому что она продолжала ждать моего ответа.

— Вы себя вообще видели? В высохшей грязи и в перьях. И я, такая чистенькая и сочненькая! Нет, ну как ты себе это представляешь, а? — спросила Амина.

— Вообще не представляю, — сказал я.

Амина рассмеялась и сказала:

— Слушай, если у вас получится какие-то новые навыки освоить, первым делом прокачайте чувство юмора. Вы такие унылые, что спать хочется… но не с вами! — и Амина снова рассмеялась.

— Я не в перьях, — неожиданно подал голос сзади Фаер.

— Хочешь сказать, что ты чистый? — повернулась к нему Амина.

— Нет, — тут же сник Фаер.

— Зачем же тогда рот открывал? Старый, и ты прекрати эти свои склизкие подкаты. Тебе же это давно не нужно! — хохотнула Амина.

Фаер надулся, но ничего не ответил.

— Ну ладно, не серчай! — решила успокоить его Амина, — будешь себя хорошо вести, может дам сиську потрогать.

— Да не надо, — махнул рукой Фаер, но по тону было понятно, что на самом деле очень надо.

— Фаер, а тебе сколько лет? — спросил я, вдруг заинтересовавшись, — когда мы тебя увидели, я подумал, что тебе лет девяносто. А сейчас ты уже выглядишь не больше чем на семьдесят.

— Шестьдесят шесть, — сказал Фаер, — жизнь просто тяжёлая была.

— У меня тяжелее, — весело сказала Амина, — впрочем, ты в курсе. Однако смотри, какая я аппетитная! А ты что же?

— Ты же молодая, — сказал Фаер, — разве нет?

— Относительно, — сказала Амина, — мне тридцатник… вроде… когда висишь на стене и сморишь на мир множеством чужих глаз, сложно сохранять реальное восприятие времени. Я за эти пару лет, как будто прожила двадцать четыре года.

— Почему именно двадцать четыре? — спросила Маша.

— Двенадцать копий по два года, — сказала Амина, — чего здесь непонятного?

— А, в этом смысле! — сказала Маша и замолчала.

— Выход не здесь! — сказал вдруг Фаер, решив, что мы идём не туда.

— Тебе-то откуда знать, старый? — сказала Амина.

— Ну, я здесь долго прожил, — сказал Фаер, — и отсюда только одна лестница наверх… ну и трещины в породе ещё. Но про них-то ты вообще ничего знать не можешь!

— Что я знаю, а чего не знаю, тебе неизвестно, — нравоучительно сказала Амина, — Мань, долбани-ка вот сюда! — и Амина указала на одно место на стене кругового коридора.

— Мань! — проворчала Маша, недовольная, что Амина использовала такую фамильярную форму её имени, — ещё одна! Если набрала столько даров, сама и долбай!

— Мань, не дуйся, — ничуть не смутилась Амина, — я с этой кучей даров пока ещё даже не разобралась. Плазменные мечи кое-как применила, а остальное даже трогать боюсь. Я же ещё ни разу всем этим не пользовалась. Да, уметь должна, потому что мои отражения умели. Но надо хотя бы попробовать. Это всё чужое, вновь приобретённое. Я даже как Фаер могу огонь создавать. Но страшно, не поверишь.

— Страшно? Тебе? Действительно, не верю! — сказала Маша, — куда ты говоришь бить?

— Вот сюда! Видишь, здесь даже кладка немного отличается, — сказала Амина, нарисовав на стене воображаемый прямоугольник.

— Откуда ты знаешь про это? — теперь уже даже я удивился.

— Изначально здесь было два выхода. Я это сама помню, ведь Воланд мне не сказал, что это место будет моим склепом. Жужжал в уши, что здесь будет наша сокровищница. Что здесь мы будем хранить самое ценное, — сказала Амина.

— Так ты раньше с ним вместе была? — удивилась Маша.

— Ну да, а чему ты удивляешься? Фаер вон тоже считал себя его другом. Такая у этой твари метода. Войти в доверие, подружиться, чтобы можно было подобраться к человеку поближе, и потом использовать его в своих интересах. Сейчас он, конечно, стал меньше церемониться. Зачастую просто на силу полагается. Слишком самоуверенный стал, — сказала Амина, — и я всё же настоятельно рекомендую отложить разговоры на потом. Иначе нас здесь накроют!

— Сама болтает, а мы виноваты! — проворчала Маша и ударила кинетической волной в стену.

— Мань, ну ты же молодая девчонка, — сказала Амина, отворачиваясь от поднявшейся пыли после разрушения участка стены, — а ведёшь себя как сварливая бабка. Будь проще.

— Как я могу быть проще, если меня лишили секса на камушках, — вдруг ляпнула Маша.

— Ну вот, — расплылась в улыбке Амина, — совсем другое дело!

И ловко перепрыгивая через обломки стены, первая устремилась в тёмный провал, на ходу создав светоч и запустив его вперёд.

За коротеньким коридором начиналась каменная винтовая лестница.

— А куда мы идём, план-то какой? — спросил я у Амины.

— Отсюда проще всего будет попасть на подземную парковку. Через неё есть пара вариантов выбраться наружу. Не стопроцентных, но попробовать можно. К сожалению, там сейчас идут игры на выживание с другими магами, но делать нечего, придётся прорываться. Просто через город лезть, гиблое дело. Нам там массой задавят. Да и все выходы заблокированы магией. Эти заклятия просто так не снять! Нужно искать плохо заделанную дыру, типа той,