Школа новичка - Татьяна Зимина

перевести дух. А заодно подумать: куда могла деться драконица?

В спине похолодело.

Неужели её, как и предрекал Руперт, отправили на Благор, в стаю таких же бедолаг, которые по каким-то причинам не могли превращаться в людей?

Кажется, он что-то упоминал о том, что у молодой драконицы отбою не будет от ухажеров…

Когда первый приступ паники миновал, я поднялся. И стал прохаживаться от одного края крыши к другому, мне так всегда лучше думалось.

Ничего, Благор — это решаемо. Думаю, дедуля не откажет в посещении внучки, и как только я её отыщу — отдам свиток и дело в шляпе. Денница, правда, говорил, что нужно уничтожить подпись…

Но это тоже не проблема: — утопить, сжечь, распылить на атомы… Да всё, что угодно.

И я чуть не рванул с места в карьер выполнять новый план, но заметил небольшую птичку над горизонтом…

Птичка быстро приближалась, и вот уже на крышу спускается чернокудрый одноглазый мужик, ради приличия наряженный в шорты из обрезанных джинс.

— Здорово, Руперт. Рад тебя видеть.

Я и правда был рад. Всегда приятно, попав домой, увидеть знакомое лицо.

— А я-то думаю: кто это тут покой нарушает? — он с размаху хлопнул по моей ладони. Отдача отшибла плечо.

— Где Зебрина?

— Сижу, смотрю матч, никого не трогаю. Гляжу — чоппер. И явно не наш! Ну, я ноги в крылья и айда на перехват. Нарушение границ — серьёзное преступление. Тебе повезло, что это ты, а не какой-нибудь посторонний нарушитель… С залётными у нас разговор короткий.

— Руперт, — я глубоко вдохнул и ме-е-едленно выдохнул. — Не заговаривай мне зубы. Где…

— Ну ты сам посуди: в вверенном мне воздушном коридоре наблюдается…

— РУПЕРТ!

— А что сразу Руперт?.. Я, между прочим, тут вообще ни при чём. Хочешь объяснений — спроси тётю Карлотту. А я пошел. Недосуг мне…

Не успел я вякнуть, как он сорвался с крыши и штопором ушел в небо.

А мне стало нехорошо.

Что могло случиться за эти жалкие восемь дней? Такого, что Руперт даже ГОВОРИТЬ об этом не хочет…

Я оглядел сплошное море травы. Где-то там, в стальных красных волнах, сгинул мой чоппер. Имеет ли смысл его искать? С одной стороны, явиться в Сан-Инферно в образе дракона — это почётно и красиво.

А ещё чревато: хотя в нашем городке и привыкли к крылатым чешуйчатым тварям, по традиции от них не ждут ничего хорошего. И могут попросту врубить сирену…

С другой, от чоппера, скорее всего, при таком ветре остались одни стружки… И если бы я был старым добрым не умеющим летать Максом, то от меня — тоже.

Выход один: перелететь Травяное море, а там по-обстоятельствам.

Донью Карлотту разумнее искать в «Чистилище», а не дома, в родовом замке.

Надеюсь, мой клуб ещё стоит…

В тот момент, когда моё тело начало меняться, я почувствовал толчок в спину. Он был таким сильным, что я бы не удивился, будь это пушечное ядро.

Хорошо, что первой на коже появляется чешуя… И хотя я пропахал носом половину крыши, обломки позвоночника не вылетели у меня из груди, рёбра не проткнули лёгкие и сердце, а диафрагма…

Короче, я остался жив.

Интересно: любовь к анатомическим деталям я подхватил у Кэсси? Или она сама развивается, по мере того, как тебя пытаются убить — как лишай, например…

Пока я вытряхивал каменную крошку из ноздрей, совсем рядом раздался взрыв: оказывается, кто-то палил по мне файерболами.

Третий шар опалил мне штанины джинс, чуть приплавив кроссовки, четвёртый подпалил брови… Да в конце-то концов! Они и так не успевают отрастать…

Выбитый из колеи, я прыгал по крыше, как блоха по собаке, уворачиваясь от раскалённых газовых шаров. Примечательно то, что каждый был своего индивидуального цвета…

Первой мыслью было, что это Руперт решил развлечься — в отместку за то, что я оторвал его от заслуженного отдыха.

Но потом я вспомнил об убийце.

Кэсси с Патрицией уверяли, что в Сан-Инферно мне ничего не грозит. Не знаю, с чего они так решили, но я им поверил. И выбросил опасность из головы. Мой дом — моя крепость, так? Если мне и здесь не будет покоя, то я уже и не знаю, куда податься.

Разве что, на Плюк. Под защиту маленьких зелёных человечков…

Но это мы оставим на крайний случай. А сейчас нужно собрать себя в кучку и поймать этого убийцу.

Так, где там мои крылья…

Как только я поднялся в воздух, из Травяного моря вынырнул всадник на мотоцикле, и понёсся к горизонту.

Забыв обо всём, я рванул следом.

Вон он, возмутитель моего спокойствия. Мой враг.

Он хочет меня убить — а это уже совсем другое, не то, что было у нас с Денницей…

Выпучив глаза, я нёсся за ним, как одержимый. Теперь мне не мешали ни ветер, ни свет Задницы, который бил прямо в глаза, ни режущие кончики травы — драконьи инстинкты взяли управление на себя, как только я перестал им мешать.

Цель — затянутый во всё чёрное всадник на мотоцикле — медленно приближалась.

В животе начала зарождаться щекотка. Она вскипела, как пузырьки в стакане с минералкой, прокатилась по горлу, и…

Я захлопнул пасть.

Мысль, что я вот так вот, не задумываясь, могу поджарить живого человека, подействовала отрезвляюще.

Я остановился в воздухе — просто раскрыв крылья.

Всадник обернулся. Вытянул руку — драконьим зрением я разглядел миниатюрный арбалет — и выпустил стрелу.

Я не успел ничего сделать. Стрела воткнулась в стык чешуи, удара я почти не почувствовал. Успел заметить блеск торжества в глазах убийцы и… небо опрокинулось мне на голову круглой, полной крови чашей.

Единственное, что я помнил — нельзя превращаться в человека: Травяное море не место для мягких, не защищенных чешуей букашек.

Рухнул я на спину, раскинув крылья, как дохлая бабочка. С минуту полежал, приходя в себя.

Что это было?..

Стрелки в чешуе давно не торчало, она успела выпасть и затеряться в траве.

Но дышал я с трудом, по извилинам мозга топтались грузчики в кирзовых сапогах — причём, тащили они что-то очень тяжелое. Наверняка это был рояль, потому что их топот сопровождало жалобное дребезжание клавиш…

Панику я задушил в зародыше. Памятуя о том, что яды меня не берут, надо просто подождать.

Полежать, подставляя брюхо к солнышку и вытягивая к нему же массивные лапки с длинными когтями цвета воронёной стали… Это что, мои? Гламурненько.

Я что хочу сказать: будучи драконом, я ещё ни разу не видел себя со стороны.

Какого я размера — по отношению к другим особям? Какого цвета у меня чешуя? Какой формы пластины спинного гребня?..

Все эти вопросы пока не приходили мне в голову, хотя в человеческом облике я немало внимания уделял внешности — и даже гордился популярностью оной у женского пола.

Интересно: остался я привлекательным в драконьем обличье, или выгляжу, как полный урод?..

За такими раздумьями время пролетело незаметно. Внутренняя фабрика переварила яд — не сомневаюсь, что он был; и слегка потянувшись, я решил подниматься на крыло.

Небо над головой накрыла тень.

А потом ещё одна и ещё…

Что характерно: тени имели очертания драконов.

Чувствуя неприятный холодок где-то в районе… хвоста, я встал на лапы и огляделся.

Они были большими.

Они были чешуйчатыми.

Морды некоторых были покрыты шрамами, у других не хватало сегментов крыльев или гребня.

Чешуя их была тусклой, прожаренной под лучами ока Люцифера и закалённая белым сиянием очка Задницы.

Объединяло их одно: все они смотрели на меня на редкость недружелюбно.

Драконы не любят себе подобных, — говорил Руперт. — Каждый самец считает себя альфой, и нападает на всё, что шевелится…

Они меня не знают, — подумал я. — Я для них — новичок, самец, нарушивший границы их территории.

И они имеют полное право разорвать меня в клочья.

Не придумав ничего лучше, я взял, и… превратился в себя. Постаравшись при этом выглядеть как можно безобидней.

Минус крылья, хвост и когти, плюс джинсы, футболка с принтом «Металлики» и беговые кроссовки.

А потом я улыбнулся.

И знаете, что? На драконов это не произвело РОВНО НИКАКОГО ВПЕЧАТЛЕНИЯ.

Сгрудившись вокруг, опустив головы почти к самой земле, они смотрели на меня древними равнодушными глазами, в которых не было ничего, кроме вялого гастрономического интереса.

Из ноздрей их вырывался удушливый дым.

И я прекрасно понимал: стоит лишь одному из них выдохнуть чуть темпераментнее…

Дымящиеся