Ржевский 4 - Семён Афанасьев

ударю уже я, — пообещал товарищ. — Не Шу пяткой. Последствия будут тяжелее. Так, поясняю заигравшимся новые правила игры…

— Не сильно ли много на себя берёшь⁈ — полицейский перебил, искренне недоумевая. — А ну руки перед собой! — он даже вперёд двинулся, не имея никаких сомнений.

Идиот. Перед тобой очень высокий дан каратэ-до. Твоё пузо в столкновении ему явно не чета, это ещё не считая пистолетов.

БАХ! Не тратя времени, Ржевский перехватил оружие и врезал продажной сволочи по корпусу свободной рукой.

Тот скорчился, упал на колени и несколько раз судорожно хлопнул ладонью по полу.

— Мужик, — Дмитрий навис над чиновником. — Ты давал присягу вольному городу Сота. Ты обещал защищать его народ и служить справедливости. Было такое?

— Занятно. — Менталистка наблюдала за происходящим с нескрываемым интересом. — Неужели семейство Ржевских опять решило взяться за своё? Неужели я это вижу своими глазами? — Казалось, её вообще ничто не беспокоит.

— Я слышал твой приказ ему, — тягуче и медленно блондин развернулся к ней. — На всякий случай напоминаю: как царь с нами, так и мы с царём. Помнишь, минуту назад ты хотела ослепить девчонок с двадцать третьего этажа? Перед тем как их куда-то против воли порталом слать? Ампутацию глаз могу тебе отзеркалить; больше ничего видеть не будешь. Устроить?

— Мальчик, немедленно снял с меня эти верёвки, встал по стойке смирно и преданно посмотрел тёте в глаза. — Решетникова, видимо, активировала какой-то усилитель, потому что у Шу, стоявшей поодаль, даже в глазах потемнело. — ВЫПОЛНЯТЬ! ЭТО ПРИКАЗ! — Затем секретарша без паузы бросила полицейскому. — У этого кретина почему-то сопротивляемость высокая, никак под контроль его не возьму. ВЫПОЛНЯТЬ!!! — а это снова блондину.

Ржевский с любопытством наклонил голову к плечу и почесал правым пистолетом за ухом:

— Тебе знаком термин «не пингуется»?

— Не могу справиться, — лицо стервы, обращённое к Огареву, молниеносно покрылось потом. — Он какой-то странный. УБЕЙ ЕГО!

— Помолчи, если зрение всё-таки дорого, — без тени шутки предложил блондин. Затем обратился к обер-полицейскому. — Готов каяться? Последний шанс, второго не будет.

— А в чём мне перед тобой, голодранцем, каяться? — Чиновник добросовестно удивился, не успевая переключаться мыслями за двумя людьми.

— В том, как присягу нарушал. Как в обход существующей вертикали власти с чужими людьми контакты налаживал. Как преступления против собственных горожан планировал, как потом выкрутиться хотел, — перечислил Ржевский.

— Ты бредишь? — оппонент стремительно извлёк из кармана боевой амулет и направил его на блондина. — Может, сам покаешься? Как сюда проник, что услышать успел, кто сообщники? Тогда даже больно не будет.

— Опять плазма, — сообщил Дмитрий напарнице. — Б**.

Шу расхохоталась: запасных комплектов в рюкзаке осталась лишь пара. А несколько минут назад было ещё три.

— Знаешь, я тебе искренне шанс дать хотел. Мало ли, вдруг одумаешься. — Ржевский словно подводил некий итог. — Понятно, что не знать о девчонках внизу ты не мог. Не понимать, что аппарат Наследницы Юлии — не твоё начальство, тоже не мо…

В следующую секунду Виктор Фёдорович Огарев задействовал амулет. Окончание фразы потомка гусара потонуло в шуме плазмы.

Когда огонь спал, опять неодетый Дмитрий шагнул вперёд и, уронив пистолеты под ноги, коротким движением без затей свернул противнику шею:

— Боюсь, другими способами в этом городе порядка не навести, — пожаловался он напарнице через плечо.

— До чего занимательно. — Решетникова самообладания не потеряла даже в такой ситуации. — Решил договориться наедине? Без конкурентов?

— О чём⁈ У тебя с головой всё в порядке?

— Внесудебная расправа. Видела своими глазами. Наследница Юлия будет очень недовольна.

— Так говоришь, как будто это что-то значит, — губы партнёра по бизнесу улыбались, но глаза были серьёзными. — Такое ощущение, что вы в юрисдикциях потерялись.

— Очень скоро, если сейчас не договоримся, ты будешь со слезами проклинать свою недальновидность и тупой апломб: ваши иллюзорные права и сейчас немного весят, а уж дальше, ха… — блондинка презрительно фыркнула. — И кстати, раз ты такой поборник правил. Как же ты мог его убить без суда?

Выражение лица потомка гусара сука расшифровала по-своему: в глазах менталистки появилось нескрываемое превосходство:

— Давай, быстро развязывай. Тогда дам шанс соскочить. Иначе отвечать придётся так, что не обрадуешься!

— Как смог убить, говоришь? — Разумеется, Дмитрий и не подумал кого-то там развязывать. — Рассердился, видимо? Прости, Господи; слаб, грешен, — Ржевский размашисто перекрестился. — Но я готов ответить за содеянное перед народом. Перед простым народом, который в Соте по Уложению хозяин.

— Как диалог строить будешь? — теперь насмешливость в голосе секретарша была наигранной.

Видимо, ментальный самоконтроль уже не срабатывал — слишком выходило за рамки привычного происходящее.

Да и Ржевский, игнорирующий такие сиськи и не делающий попыток натянуть — это какое-то отклонение от нормы, сказала мысленно японка сама себе.

Это — первая красивая баба за всё время, которую он не пытается откровенно протаранить во все дыры, хотя, судя по её глазам, и мог бы.

Она как раз готова договариваться любым способом.

— Пока не знаю, — серьёзно ответил потомок гусара. — Но я что-нибудь обязательно придумаю, уже работаю над этим.

— Не боишься, что об этом убийстве станет известно и за пределами здания? — Решетникова повела вокруг связанными спереди руками.

— Не-а. Его убил не я. — Ржевский задумчиво улыбнулся уголком рта.

— А КТО?

— Закон. — Он пожал плечами. — Обер-полицейский пошёл не против меня, а против Закона. Я всего лишь его пёс, точка.

— Какого закона? — ещё одна презрительная насмешка в исполнении профессиональной менталистки из столицы.

— Изначальный Род имеет право исключительно по своему усмотрению казнить и миловать на территории Соты в случае особо тяжких деяний против личности или государства, — ровно ответил Дмитрий, озираясь по сторонам, словно искал что-то вокруг. — Хартию напомнить? Могу текст перед носом подвесить — почитаешь, освежишь в памяти.

— Быстро соображаешь, — вроде как похвалила его секретарша. — Но в такие игры можно играть с двух сторон, лови. Решение одного Рода-основателя имеет право отменять Совет, — она впилась испытывающим взглядом в блондина. — Уверен, что у нас только с тремя родами было схвачено? Кстати, троих своих друзей-изначальных ты тоже убил? Они вниз пошли, ты оттуда пришёл.

Соображала тварь быстро несмотря на неблагоприятную для себя обстановку.

— Я ж не против, отменят так отменят, — покладисто согласился Ржевский, косясь на неподвижное тело. — Возьму все свои слова обратно, когда труп оживёт. Даже интересно посмотреть будет.

Отвечать насчёт Шереметьева, Шувалова и Романова он не стал. Вместо этого товарищ решительно снял со стола тяжёлый агрегат, непонятным образом сочетавший в себе магию и техно.

* * *

Спасибо за ваш лайк:))

Глава 8

Шу Норимацу, на правах клана Золотого Квадрата. Все документы оформлены и выданы владельцу в соответствии с законом вместе с амулетами. Одиночный абонент сервера Мицубиси.

— Дим, погоди, — попросила она напарника на нихонго.

Норимацу заметила, что ЭТА менталистка то ли к языкам имеет способности хуже Наджиб, то ли читает в чужой голове медленнее: если говорить не по-русски, стерва хмурится, напрягается и вроде как понимает не всё.

— Да? — Ржевский красноречивой мимикой дал понять, что больше всего хочет сделать отсюда ноги как можно скорее.

— Поставь эту штуку обратно и подстрахуй. Пожалуйста. — Шу терпеливо дождалась, пока он посмотрит ей в глаза и на его лице появится понимание.

— Слушаю тебя внимательно. — Напарник энтузиазмом предсказуемо не воспылал, но сделал, как просят. — Чё задумала?

— Упражнение. Разум сильнее меча, а воля сильнее разума.

— Э-э-э?

— Мне стало страшно, когда она бросила на меня фриз. Испугалась до чёртиков, — ровно пояснила японка. — Это ненормально. Страх — сорняк, который из души надо выпалывать немедленно или оглянуться не успеешь, как кроме него ничего не останется.

— Не спорю и согласен, но не конца понял твои методические устремления, — озадачился блондин.

— Сейчас я её развяжу, — Шу кивком указала на напряженную Решетникову. — Потом моя подготовка против её ментального буста. Кулак в кулак, жёсткий встречный размен ударами.

— И чего ты рассчитываешь добиться⁈ — товарищ