Дневник призывателя - Юлия Ставицкая

вперед. Все словно в замедленной сьемке. Ууу, и голова кружится. Надпись плывет. Но я слышу. Слышу! Поезд уже близко. Он нещадно шумит, но звук какой-то иной. Будто сотни когтистых лап скребут по стенкам тоннеля. Кто-то сглатывает и скрежещет зубами. Утробно урчит.

Почему никто больше ничего не слышит?! Почему всем всегда все равно? Что в детстве, что сейчас!

Что? Причем тут эта мысль?

– Не садись в него. Живой ведь еще. А если все же мозгов не хватит, то замри, как мышь под веником, и реже дыши. Если контролер поймет, то назад не вернешься, – снова прозвучало за моей спиной. Голос хриплый, низкий. Тяжелый, как грозовая туча.

Моя тень.

Он снова тут.

Но я его не слушаю. Мне нужно спасти девушку. Спасти любой ценой.

Вот же она! Совсем близко. Но кто-то крепко держит меня за руку.

Попытался стряхнуть неожиданное препятствие, но безуспешно. Хватка стальная, словно я попался в капкан. Злюсь, топчась на месте.

– Пусти, – прорычал я и зло обернулся. Я не разглядывал лица, мне оно было не интересно. Только рука. Сильная крепкая мужская рука с длинными пальцами, обхватившими мою чуть выше локтя. Посреди пястья родинка. Она будто пульсирует в моем сознании. Становится больше, стирая все о самом человеке.

Он же покачал головой и усмехнулся, сжав чуть сильнее. Еще немного и я услышу, как ломается кость.

Нечто в тоннеле издает жуткий вопль. Захлебывается им и кричит вновь.

– Ну-ну, сдохнешь же. Не дури. Изображай, как всегда, хорошего мальчика. В моих снах ты всегда послушный.

– Это ты мне снишься! – возмутился я и дернулся вперед.

Он все же отпустил, так что я чуть не упал, сделав по инерции несколько шагов вперед.

– Ну-ну. Только реже дыши, чтобы не попасться контролеру!

О чем он? Почему он не хочет помочь людям, если этот поезд так опасен? Он же предупредил меня! Почему именно меня? Чем я лучше той же девушки? Или он просто шутит и ждет, что я попаду впросак? Но я же видел. Ее глаз… Глаз.

Вот уже и поезд. Подъезжает и распахивает двери. Некоторые люди, встрепенувшись, шагают ему на встречу. Среди них и девушка, знакомая мне по снам, и тот мужчина, что недавно толкнул меня.

– Постойте! Постойте, да подождите вы! – прокричал я, стараясь ухватить ее за руку или платье.

Ага! Попалась. Я помогу ей. Все будет хорошо. Должно быть. Куплю вкусненького и утешу. Посидим в парке, я еще раз послушаю ее историю. Ей необходимо выговориться, пусть и не для того, чтобы смириться с потерей дорогого человека, но принять ее. Понять, что ее страдания, не сделали бы ее брата счастливым.

Девушка вздрогнула от моего прикосновения и застыла. Миг. Еще один. Не оборачивается, только подрагивает. Я неуверенно взял ее за плечи и развернул к себе. Ей все же определенно плохо. Ей бы отоспаться, а не торчать тут.

– Вы точно в поря…

Предложение я закончить не смог. Ее лицо, точнее правая его половина. Охх, боже.

Сглотнул и отступил, опустив руки. Девушка же невидяще продолжила путь. С ее уст слетала молитва, а с подбородка капала кровь. Все как в моем сне.

Кровь сливается в лужи, течет к краю платформы, льется вниз.

Я беспомощно смотрел ей в след и не знал, что мне теперь делать. Мой повторяющийся кошмар ожил, вот только теперь я не мог проснуться.

Девушка с изуродованным лицом, мужчина с удавкой на шее. Они застыли в моем разуме, замершие на сиденьях поезда. Откуда у того мужчины удавка? Зачем? Куда делась его уверенность?

Поезд заурчал, распахнул пасть, полную острых, кинжалообразных зубов в несколько рядов и облизнулся, сыто заурчав. Миг и вот он уже скрылся, перебирая крупными когтистыми лапами, похожий на жуткую монструозную сколопендру. Огромную и голодную.

Бесконтрольно отступил еще на пару шагов.

– Ну что? Спас? – на мое плечо опустилась ладонь.

– Я…

– Им уже не помочь. Они мертвые. А вот эта тварь – призрачный поезд, забирает души. Чистит так сказать, чтобы они не стали скверной, падалью станции или охочими до плоти тварями. Катает их по теневому метро, как родненьких, пока не переварит.

– А как же… Я ведь, – сглотнул, – живой.

– Вот и умница. Мозгов хватило. Есть еще что-то в твоей башке, – постучал по моей голове так, что я поморщился. – Если живой человек попадет в него, то ему лучше почти не дышать. Тогда и сойдет на нужной ему станции. Правда, со временем у него будут проблемы. Оно просто не сдвинется. Сойдет в ту же секунду, в которую сел, только далеко от стартовой точки. А вот если контролер поймет, кто к нему попал, то пробьет билетик, и тогда кататься человеку до скончания веков. Пока не помрет. От голода, холода, нехватки воздуха или чего еще. Этот поезд умеет ходить сквозь стены, такое не каждый переживет.

Незнакомец вздохнул и убрал руку.

– А если… – я вновь обернулся, но никого не увидел. Моя тень исчезла.

Интересно, был ли он на самом деле или… Нет, он определенно был. И вновь меня спас. Я ведь не знаю, как бы перенес поездку в этом поезде. Может, и не выдержал бы. Умер бы там, став обедом для этой твари.

Мысленно оборвал себя, прислушавшись к вновь заигравшему плееру. Нужно будет еще в пекарню зайти – дед просил взять какой-нибудь сладкой выпечки.

Когда же я садился в вагон, то вновь увидел человека в тени замурованной арки. Значит, мы с ним еще встретимся.

Глава 2. Тени

Из метро вышел достаточно поздно. Кажется, уже перевалило далеко за полночь. До дома же мне еще брести и брести. Хотя это не так уж и плохо. Хоть приведу в порядок мысли.

Ночь восхитительна. Она обволакивает все и вся, словно заботливая мать, дарующая умиротворение, и в то же время она безжалостная богиня, способная напугать до изнеможения или даже убить. Ночь время отдыха, сна, удовольствия и страха. Она для всех и ни для кого.

Я бы сравнил ее с бабочкой, чьи крылья пропитаны ядом. Смотри сколько душе угодно, но за прикосновение придется заплатить.

В принципе же у всего есть своя цена. Так почему бы не поиграть с ней? Рискнуть, чтобы насладиться сполна, познать ее тайны и прочувствовать силу.

Смеюсь, конечно, но воздух в ночное время и правда, совсем другой. Пьянящий и дурманящий. Он как хороший сидр или крепкое вино. По весне он еще сладит ароматом сирени и меда. Так же порой мне