Битва драконов. Том 2 - Валерий Михайлович Гуминский

— Было дело, — неохотно подтвердил Апраксин, в душе испытывая облегчение. Все-таки Анатолина — настоящий друг. Проявила инициативу насчет загадочных свитков, завязала нужное знакомство. Надо бы с Назаровым встретиться, задать ряд вопросов, зачем ему вообще такая суета. Одна идея крутилась в голове, но требовала хоть каких-то фактов. И это с учетом тех слов, которые невзначай бросил император.

Назаров ищет поддержку среди купечества и среднего дворянства. Или не поддержку, а прочные дружеские связи закладывает на будущее. Одно другому не помеха. И в этой схеме присутствие Ксении Старшиновой более чем оправдано. Семья Шаховских очень хочет вернуться в круг столичной аристократии, а для Старшиновых это событие было бы очень кстати. Не самую приятную игру затеял Назаров. Как бы Балахнин со товарищи не расстроились, глядя на активность молодого волхва. Н-да, еще и призрачные намеки императора. Какое-то шевеление началось в столице.

— Немногословен ты, Данечка, — понятливо улыбнулась Морозова. — Понимаю, служба не самая приятная. Одни оболтусы потрепали на дуэли друг друга, а тебе перед Его Величеством ответ держать.

Апраксин махнул рукой. К подобным ответам он привык. Если за год из сорока-пятидесяти дуэлей по различным поводам удавалось предотвратить хотя бы половину, это считалось невероятной удачей. Меньше дуэлей — меньше погибших. И не надо говорить, что император не следит за деятельностью Комиссии, возглавляемой графом. Очень даже присматривает!

— Ты бы с Ниной в гости к нам заглянула на обед в выходные, — предложил Даниил Алексеевич. Морозова уже пять лет как овдовела, и жила в родовом поместье Ведищевых с дочерью и двумя десятками слуг. — Марьяна уже забыла, когда последний раз с тобой за пасьянсом все косточки подругам перемывала.

— Спасибо, постараюсь, — покивала Морозова. — В самом деле, нехорошо получается. С лучшей подругой — и не встретиться…

Апраксин попрощался с ней, вызнав все, что хотел. Кое-какие предположения оформились в стройную картину, которую рисовал император. Надо сказать, у него это получалось весьма искусно. Паутина еще не обрела своих контуров, но четко очертила границы, где будет происходить завершающая фаза. Сколько времени потребуется Его Величеству — только Дажьбог знает.

Он сел в машину и приказал ехать в Дуэльную Комиссию, после чего всю дорогу сосредоточенно молчал, раздумывая о словах государя и госпожи Морозовой.

Подмосковье, ноябрь 2015 года

Хрустко лопнула под ногами ледяная корка замерзшей лужи, оставшейся от позавчерашнего растаявшего снега. Где-то в густых кустах можжевельника захлопали тяжелые крылья, но самой птицы не было видно. Зато отчаянно закаркала ворона, возмущаясь вторжением людей в свои владения.

Их было двое. Мужчина в стареньком, но опрятном черном пальто с меховым воротником, поднятым до ушей, старательно ступал по петляющей тропке и отодвигал тростью березовые ветки, еще не успевшие потерять гибкость. Кое-где даже листва осталась, желтыми пятнами раскрашивая унылую картину лесной серости.

Этому мужчине было далеко за семьдесят. Сухощавый, высокий, с нервными движениями рук, он сохранил подвижность и живость, а густая седая неухоженная борода превращала его в сказочного персонажа, чуточку рассеянного и доброго.

Его спутник был полной противоположностью: низкорослый, кряжистый, с массивной, чуть выпирающей щетинистой челюстью, как у человека с упрямым характером. Он был моложе старика на пару десятков лет и все его движения отличались настороженностью и упругостью дикого зверя. Вряд ли мужчине стоило волноваться. Ведь его здесь никто не знал как Буяна — кланового волхва самого князя Балахнина.

— Мой отец застал таких исследователей Севера как Аврорина Николая Александровича и Книповича Николая Михайловича, ходил с ними в разнообразные экспедиции, — вещал старик, особо не обращая внимания, слушает его Буян или нет. Кажется, он оседлал любимого конька, узнав цель приезда этого странного чародея. — Даже с этим… Барченко ходил сейды исследовать. Александр Васильевич хоть и отличался склонностью к мистике и всему таинственному, зачастую игнорируя научную методу, но из всех ученых именно он создал целое направление в поисках древней Гипербореи и его кастовой верхушки — некоего Ордена вышеназванной местности.

— Вы не принимаете доводы Барченко? — поинтересовался Буян. Ему, честно говоря, было чуточку скучно. Вся эта информационная шелуха не давала сосредоточиться на главной цели: выяснить как можно больше о храмах Перуна, о его жрецах и прочих тайн Ордена.

Князь Балахнин умудрился где-то раздобыть адрес профессора Ласкина, автора множества диссертаций и научных трудов по изучению русского Севера, среди которых было несколько занимательных монографий по Ордену Гипербореев.

— Я их принимаю только в качестве дополнительного материала, когда логика перестает действовать, — фыркнул Ласкин. — Господин Барченко на ниве эзотеризма увлекся тайнами древней Гипербореи. Сам-то он из мещан, одаренным не был, но магическое искусство Ордена привлекало его необыкновенно. Своим упорством привлек Академию Иерархов, где проработал десять лет. Оттуда и монографии по Гиперборее, точнее, по магическим тайнам.

— Что-либо серьезное за ним числилось? — Буян заметил, что они все дальше и дальше отходили от усадьбы профессора. Видимо, Ласкин здесь гулял часто, тропинка оказалась хорошо натоптанной.

— Да как сказать…, - призадумался старик. — Вас конкретно что интересует?

— Храмы Перуна, — с готовностью ответил волхв. — Что они представляют собой? Какова их функция кроме присмотра за Алтарем?

— Хм, как раз по храмам Барченко работал обстоятельно, — кивнул профессор, старательно перешагнув через побелевший корень березы, растянувшийся поперек тропы. — Он считал, что раньше на месте храмов были выходы магической Силы, и Алтари намеренно поставлены именно на Источнике.

— Не сходится, — покачал головой Буян. — Большая часть храмов возведена на возвышенностях, а известные Источники почти все расположены в низинах.

— Я же говорю, что монографии Александра Васильевича весьма спорны в научном плане, и всерьез их воспринимают только одаренные, — усмехнулся Ласкин, продолжая углубляться в лес. — Действительно, большая часть храмов Перуна стоит на холмах. Жрецам так легче разговаривать с богом. В этом есть практическая сторона. Энергия, образовывающаяся во время грозы, аккумулируется в Алтарях.

— Да, это уже доказано, — кивнул Буян. — А вот я слышал, что небесная энергия Перуна, находящаяся в главном камне храма, преобразовывается в Силу пяти Стихий. Одаренный человек может получить ее, прикоснувшись к Алтарю. Гиперборейцы пользовались этой возможностью, чтобы проверить потенциал ребенка. Кому-то везло, а у кого-то Дар попросту выгорал.