Зверь 5 - Алексей Владимирович Калинин

Вот это новости! Я так резко остановился, что мальчик, шедший за мной едва ли не по пятам, ударился об мою спину. Я развернулся и присел возле него так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

Петр было отшатнулся, но я мягко улыбнулся и протянул руку:

— Не бойся. Я просто сам по себе такой резкий…

— Ага, сам дерзкий, как пуля резкий, и номер на авто с регионом зверским, — не смогла удержаться Чопля.

— Всё так говоришь, — хмыкнул я и подмигнул мальчику. — Но ты же смелый, ты же не боишься?

— Нет, конечно не боюсь. Я и Бабайку ночью не испугался. Правда, он потом оказался нашим соседом, но я всё равно не испугался, — горделиво выпятил цыплячью грудь Петька.

— Тогда держи руку, смелый парень! — я двинул ладонь чуть дальше, пожал маленькую ладошку, чуть задержал пальцы. — У тебя и рукопожатие твердое. Скажи, а что там твоя сестренка находила? Как это происходило? Она просто догадывалась или…

— Она как бы видела к-контуры вещи, — ответил Петька. — Мы дома прятали её м-медвежонка Серёжку везде, где только могли, а она в-всегда его находила. Даже п-полицейские пару раз спрашивали Машку про то, чтобы н-найти украденное. И она в-всегда находила. У нас в деревне даже никто не ворует после того, как она нашла украденный кошелек у Максима Кротова. Её под Новый год даже п-показывали по телевизору. Она ещё про то, что давно ищут, говорила. Про какой-то старинный меч… Эскалибр… Эблралибр… Баралгин? В общем, им в древности какой-то король владел. Говорила, что может его разыскать. А п-потом появился Б-бабайка…

— Да что это за Бабайка такой? Может быть и не было никого? — спросила Чопля.

— Он был. Приходил! Мама с папой подумали на жабу, но это вовсе не жаба была! Это Бабайка — страшный человек! И пахнет гнилыми яблоками… — убежденно сказал Петька. — С такими черными глазами, большой, а вот тут… — мальчик провел рукой по моему виску. — Вот тут у него я заметил шрам в виде крестика…

Я едва не отшатнулся. Только усилием воли заставил себя удержаться на месте.

Твою же мать! Я тут голову ломаю, а решение было совсем рядом. Вот оно, хлопает глазенками и до сих пор держит ладошку в моих руках. Не отпускает.

Не боится…

Я чувствую, что не боится — его сердцебиение ровное, не скачет. Значит, мальчик говорит правду, а не привирает по ребячьей привычке. И если сестренка у него ясновидящая, то становится понятна и надпись на стене, и смерть родителей.

Разбросанные по земле кусочки пазла начинают складываться в одну общую картину. Значит, человек со шрамом на виске заинтересовался эпизодом с девочкой, которая находит вещи. И которая может найти Эскалибур!

Пропажа девочки из полицейского участка тоже не спроста и тут не обошлось без пресловутой «Бабайки». Человек со шрамом является вампиром, раз он выпил отца и мать Петьки. И у этого человека появилось желание поиграть с ведьмаком Эдгартом Южским в догонялки и находилки.

И если я думаю именно о том человеке, который подходит под описание, то противник мне противостоит весьма и весьма опасный. Один из тех, кого я не хотел бы видеть в своих противниках. Правда, подобное вряд ли возможно, так как тот человек, на которого я думаю, умер пять лет назад в ходе рейда по горам Карпат. Я сам видел его труп, разорванный на сотню кусков, который выбросили из последнего прибежища вампиры… И видел окровавленный шрам на виске, который прорезали ритуальным ножом.

Специально порезали в форме креста, мол, срать мы хотели на христианские символы… Ссссуки…

— Ай, больно! — вскрикнул Петька, пытаясь вырвать ручонку из моих пальцев.

— Прости-прости, задумался! — я сам не заметил, как жестко сдавил руку мальчонке, тут же отпустил.

Пацан затряс кистью, дуя на пальцы и недовольно посматривая на меня.

— О чем задумался, начальник-господин? — тут же подняла бровку Чопля.

— О том, кто мог бы тут побывать и чем нам это грозит… — ответил я.

— А чем нам это грозит? Только если лишними проблемами, но их у нас и так немало, так что всё в норме. Всё как обычно. О, тут же Светлана Николаевна свои обряды проводит? — Чопля показала на дом.

— Ну да, пошли, посмотрим на Любаву. Может, моя сокурсница привела-таки её в чувство? — сказал я. — Петь, как рука?

— Н-нормально, — буркнул он в ответ. — Но больше так д-делать не надо.

— Даю честное боярское слово, что так не повторится. Чопля, веди пацана в дом, скажи Тисвисе, чтобы накормили и напоили. Я тут пока что должен пару звонков сделать.

— Я бы и сама пожрать непрочь, — отозвалась Чопля. — У меня же яблоко отобрали…

— Ах ты же бедная, несчастная… Раз не прочь, тогда тоже можешь стырить чего-нибудь или выклянчить. Но мальчика накормить в первую очередь. Сала не жалеть, во вкусняшках не ограничивать. Что захочет — дать без промедления!

— Дядя Эдгарт, а что с моими мамой и папой? Куда уехала Машка? — спросил Петька.

— Я даю тебе слово, что разберусь во всём, — остановил я набравшую в грудь воздух Чоплю. — И всё будет ровно. Не скажу, что будет счастливо, но справедливо будет точно. Ты мне веришь?

Мальчик кивнул в ответ. Да, пришлось соврать, но куда же деваться? И без меня найдутся люди, которые огорчат мальчишку, так что эту функцию я не хочу на себя примерять. К тому же, мне поневоле придется поучаствовать ещё в его жизни, если сестра на самом деле ясновидящая, которая может находить пропавшие предметы.

— Будет исполнено, Эдгарт! На меня можешь положиться. Значит, во вкусняшках меня не ограничивать и сала не жалеть! Так и передам Тисвисе. Пойдем, пацан, пожрем от пуза! Кто последний — тот какашка! — Чопля махнула ручкой и помчалась в сторону двери.

Петька невольно помчался следом. Всё-таки умеет порой пикси ладить с детьми. Умеет, когда захочет. Но хочет она редко.

Я же набрал заветный номер. Мне ответила секретарша, с которой я немного полюбезничал, а потом попросил перевести на императора. Так как я состоял в той когорте людей, которую приказали соединять с его императорским величием и днём и ночью, то вскоре я услышал знакомый голос:

— Чего тебе?

—