Игры с волками - Олеся Рияко

прижался ко мне сзади и повел бедрами, давая оценить то, что мне будет позволено увидеть позже. Что? Нужна особенная ночь? Да, чем же ему эта не угодила?!

Мне казалось, что я вот-вот взорвусь от сенсорной перегрузки, когда коварные пальцы, сделав пару протяжных движений, вновь проскользнули внутрь меня. Егор согнул их внутри и потянул вверх, прижимая в то же время ладонью клитор. В этот момент я подумала, что оглохну и ослепну от волны чувств, накрывших меня с головой!

Тяжело дыша, я откинулась назад, запустив пальцы в его волосы и Зловский порывисто подался вперед, ловя поцелуем мои губы. Жадно обхватил их, увлекая в новый водоворот ощущений.

Я вновь была возбуждена, но будто в тысячу раз сильнее, мне захотелось высвободиться из горячих рук, чтобы самой сжать его в объятиях. Напряжение, достигшее пика всего мгновение назад, теперь вновь жгло огнем низ живота и срочно требовало новой разрядки.

Он был здесь, он был только моим и чувствовал ко мне то же, что и я к нему. Радость переполняла меня пополам с диким голодом-желанием. Моя недостающая часть, моя истинная пара… моя Луна….

Егор отнял свои губы от моих и наваждение отступило. Тяжело дыша, я смотрела в его яркие глаза, а он в мои с такой жаждой, будто я была его душой, которую он до смерти желал вернуть обратно в свое тело.

Чьи это были мысли? Я словно побывала в чужом сознании и вернулась обратно… немыслимо! Так не бывает.

Чтобы проверить, я попыталась развернуться к нему и вновь прильнуть поцелуем к приоткрытым от вожделения губам. Но маневр не удался — Егор силой удержал меня на месте, а затем быстро завернул в покрывало, лишая возможности двигаться.

— А теперь точно спать! — Сказал он дрожащим от возбуждения голосом, и улегся, сгребая меня в охапку.

— Кто сказал?! — Возмущенно прорычала я, расстроенная недосказанностью едва начавшегося поцелуя.

— Я сказал. — Рявкнул в ответ мужчина, и в подтверждение серьезности своих слов натянул мне на голову край покрывала.

Я поерзала, пытаясь высвободиться из железобетонного захвата, но в конце концов сдалась. Выдохнула обиду и разрешила себе на мгновение прикрыть глаза, просто чтобы привести в порядок мысли…

Но веки вдруг оказались так тяжелы, что сил вновь поднять их не нашлось и сладкий соный туман медленно окутал меня с ног до головы.

***

Слишком яркий, назойливый белый свет даже сквозь веки слепил глаза. Я попробовала перевернуться набок, чтобы скрыться от этой помехи желанному сну, но момент уже был упущен.

После пробуждения я заметила, что в комнате стало неожиданно холодно, даже несмотря на покрывало, которым я укрылась до самых глаз. Расстроенная таким ранним подъемом я перевернулась на спину и уставилась в потолок. Лунный свет, рассеянный полупрозрачными шторами, падал на его ровную белую гладь волнами, а деревья, качавшие пушистыми кронами за окном, придавали им иллюзию движения.

Конечно еще не разгар лета, но все равно не должно быть так холодно! От чего…

Внезапное новое ощущение выбило из колеи. Я почувствовала, как мерзко липнет к телу одежда и с ужасом откинула покрывало в сторону.

В блеклом лунном свете я не сразу поняла, что это за блестящие черные разводы на моей кофточке, на темной атласной простыни подо мной. Трясясь от страха и холода, протянула руку, погрузив ее в липкую антрацитовую дрянь…

Мой мир покачнулся.

Не чувствуя биения сердца в груди, я чуть не задохнулась от осознания — все мое тело было в крови, а источником ее служили страшные глубокие раны, темными провалами зиявшие в животе. Боли не было, только жуткая тишина в груди и сковывающий холод.

В то же мгновение низкий звериный рокот огласил комнату, наполнил ее отдаваясь от стен и проникая в мое дрожащее тело. Он словно был всюду, шел даже изнутри моей сжавшейся от страха души.

Я почувствовала горячее дыхание на своей шее и замерла, услышав этот звук вновь, совсем близко… медленно обернулась, встретившись с прожигающим взглядом ярко серых глаз.

Тот самый волк из моего первого кошмара скалил зубы, и вся его морда была измазана в моей темной крови…

Просыпаться с криками начало превращаться в дурную привычку! Нет, с этим определенно нужно было что-то делать. Сходить к психологу, провериться у эндокринолога… да, хоть чай с ромашкой на ночь попить.

Светлую комнату вокруг, оформленную в скандинавском стиле, заливал яркий солнечный свет. Было тепло, за окном пели птицы, радовавшиеся новому дню жизни, но меня сотрясало дрожью так, что пришлось обнять себя за плечи и несколько минут глубоко дышать, считая до десяти и обратно, чтобы переключить мозг с режима «стресс» на «это все тебе просто пориснилось, глупая».

Наваждение понемногу отступало — просто день за окном был слишком контрастным к моему страшному сну, чтобы позволить сознанию поддерживать темную иллюзию.

Именно что день… сколько же я спала?

Взгляд зацепился за небольшой журнальный столик, стоявший у противоположной стены. На нем меня по всей видимости дожидался завтрак — высокий кувшин с апельсиновым соком, прикрытый салфеткой и еще много всего, что сложно было разглядеть, не вставая с постели. Я не смогла сдержать улыбку.

Зловский принес мне завтрак в постель? Да ладно… что там Сашка про него рассказывала? Что этот «ублюдок» из нее всю кровь выпил? Ну, ну. А мне вот, завтрак в постель принес.

Изо всех сил сдерживая самодовольство, плескавшееся из меня сейчас через край, я прикусила губу и с нетерпением скользнула от кровати к столику.

Несколько тарелок, заботливо прикрытых салфетками, пара баночек с джемами, но больше всего мое внимание привлек планшет с приклеенным к нему неоново-зеленым стикером. На нем четким, графичным почерком было написано:

«Я едва не опоздал на встречу, потому что глаз не мог от тебя отвести. Буду к обеду, дом в твоем распоряжении. Поешь!!!»

Я оторвала стикер и, поддавшись внезапному порыву, поднесла его к лицу… вдохнула, ощутив его аромат. Стикер пах парфюмом Зловского, а я, по всей видимости, попала под влияние его дурацкой привычки. Хотя, с чего вдруг только его? На том странном «балу дебютантов», меня почти все встреченные люди пытались обнюхать. Чудаки.

От прикосновения планшет ожил, а я скривилась… Ха. Ха. Ну, конечно! На заставку Егор поставил мое фото — на нем я, как всегда, получилась со взглядом кошки и грацией картошки; лежала, развалившись на всю кровать, да еще и с открытым ртом. Ну, что тут скажешь? Да, в постели я звезда, а если пальцы растопырю, то