Крылья Мальгуса. Ступень Четвертая. Часть первая - Инди Видум

А здесь мы и машину проследим за пару последних дней, и в телефоне пороемся.

— Телефон у него, тогось, взорвался вместе с хозяином.

Жалко покойного не было, было жалко, что он ушел вместе со своими тайнами. Хотя пару интересных намеков он сделал, и будет обидно, если за намеками ничего не найдется.

— Запросим выписку звонков. Живым бы мы его все равно не допросили.

— Ко мне претензии будут? — прямо спросил я.

— Какие претензии? — удивился он. — Все видели, что Воронцов, во-первых, сам тебя вызвал, а во-вторых, взорвался не от твоих заклинаний. Ты мне лучше скажи, не говорил ли он что-то, что могло бы мне пригодиться?

— Разве, что я догадаюсь по первой букве фамилии, кто у них глава, — вспомнил я. — Больше ничего такого. Я его уламывал на клятву. Как оказалось, напрасно. Лучше бы с самого начала грохнул. Было бы хоть что хоронить.

Ефремов посмотрел на место, где проходила дуэль, поморщился и потерял интерес.

— Соберут что-нибудь для закрытого гроба. Первый раз, что ли? — оптимистично сказал он и тут же переключился на другой важный для него вопрос: — Елисеев, раз уж мы встретились лично, то я хотел бы тебя расспросить, не заметил ли ты слабых мест в охране школы?

Я задумался. Теоретически я могу войти и выйти так, что администрация школы этого не заметит. Но это я. Пожалуй, покойный Воронцов тоже мог пробраться, но он настолько неуклюже орудовал щупами, что с высокой вероятностью школьная охранка сработала бы.

— Датчики магии не реагируют на очень слабые заклинания, — вспомнил я. — Случайно выяснили, когда Полина Мальцевой дерево выращивала.

О том, что в мальцевском блоке датчики не заизолированы, сообразили уже после того, как в их гостиной закрасовалось дерево, не уступающее размером нашему. Потом еще выяснилось, что Полина регулярно «помогает расти» местным цветочкам, и тоже без последствий в виде выговора. Ее действия датчики не засекали.

— Вырастить дерево — слабая магия? — недоверчиво переспросил Ефремов. — Да ты зажрался, Елисеев.

— Тем не менее это действительно так. Там используются заклинания, потребляющие очень мало маны. И вот этом случае датчики не реагируют.

— Может это особенность магии вашей Полины? — предположил Ефремов.

— Нет, в школе низкая чувствительность датчиков. Но я не думаю, что кто-то это использует из ваших противников.

Последнее я говорил с уверенностью, потому что в охранную систему я врезался и теперь никто не пройдет так, чтобы я об этом не узнал.

— Хорошо, — посопел Ефремов. — Это все? Не дают мне покоя твои камеры.

— Они не мои. Но так, вроде, серьезных недостатков не нахожу. Дмитрий Максимович, вы же общались с Соколовым, чью квартиру я купил?

— В основном с ним Зимин общался, — огорошил меня Ефремов. — А чего ты вдруг о нем вспомнил?

— Воронцов посчитал, что я нашел какие-то соколовские записи и по ним учился магии.

— Вряд ли Соколов что оставил другим в наследство. Он был одиночкой, учеников не брал принципиально. А записи если он делал, то для себя. Посторонний в них не разобрался бы. Или разобрался?

Он пытливо на меня посмотрел, уверенный, что записи были. А вот про наследство он зря. Продажа квартиры с гаражом за смешную сумму иначе как наследством не назовешь. И феникс в гостиной, который, казалось, только меня и ждал. Я почти ухватил за хвост какую-то важную мысль, но тут Ефремов покашлял, намекая, что ждет ответа, и мысль исчезла.

— Не разобрался, — признал я. — А что он за человек был?

— Соколов-то? Да человек как человек, — пожал плечами. — Маг сильный и много в чем разбирался. Могу поднять документы с его консультациями, если нужно.

— Буду признателен, — согласился я.

У меня не было уверенности, что это хоть немного продвинет меня в сторону расшифровки записей Соколова, но вдруг даст какую-то зацепку?

Глава 8

Уехали мы сразу, как разговор с Ефремовым закончился. И только в машине я позволил себе расслабиться, рассказав все основные детали дуэли Серому и Постникову и попросив, чтобы меня пару минут не трогали — мне нужно прийти в себя. Расслабился я напрасно, потому что вызов от Дамиана пришел слишком раздражающий, резанул по нервам так, что я поморщился и автоматически ответил.

— Мальгус, какого демона ты меня игнорируешь? — возмутился тот сразу. — У меня важная информация, а я не могу до тебя достучаться.

Устраивать себе комфорт он не стал, я тоже решил не отвлекаться на такую ерунду, как создание иллюзии нормального пейзажа, поэтому сейчас мы находились в снохождении в его первоначальном виде: серая вязкая субстанция, клубящаяся по краям сферы, в которой проходила наша встреча.

— Какая? — устало спросил я.

Все-таки поединок с Воронцовым вымотал меня куда сильнее, чем мне показалось изначально. Больше морально, конечно.

— Наш договор в силе? — сразу оживился Дамиан. — Я тебе добываю информацию о твоих закорючках, а ты мне устраиваешь встречу с Мартой?

Попытка сжульничать не удалась.

— У тебя слишком рано начала развиваться деменция. Ты передаешь мне перевод надписи и ключ к шифру, а я передаю Марте твое предложение.

Он скривил физиономию набок и поскреб затылок. Тоже мне, а еще император, ведет себя как приблудная шавка. Я, конечно, понимаю, что ему фиолетово, какое он производит на меня впечатление, но должность-то должна обязывать вести себя при посторонних величественно, а не абы как.

— Расшифровки у меня нет, — признал он, — но…

— Так какого демона ты меня дергаешь? — не дал я ему договорить.

— Не перебивай, — зло сверкнул он глазами. — Но у меня есть очень интересная и ценная информация, которая тебе точно нужна. Обещаю ее выдать всю. А от тебя всего лишь требуется передать приглашение на свидание девушке.

Предложение Дамиана могло быть как крайне выгодным, так и полной пустышкой. Но и отметать его полностью было глупо: у меня так и не было ни одной зацепки. Кроме того, я был уверен, что Дамиан что-то прибережет для торговли, если там действительно было что-то стоящее. Разумеется, в случае, если он посчитает, что информация меня заинтересует.

Дамиан заметил мои колебания и решил подтолкнуть в свою пользу:

— Учти, часть информации, которую я тебе выдам, находится в закрытом секторе. И я