Санклиты 2 и 3. Охотница. Ангел Губитель - Елена Амеличева

– Я не убийца.

– Серьезно? Ты стажировку проходишь у Охотников! И весьма успешно! Чем, по-твоему, тебя заставят заниматься после ее окончания?!

– Прекрати! Это не твое дело!

– Все, что касается тебя – мое дело!

– Оставь меня в покое, умоляю. – Вновь взмолилась я.

– Нет!

По моему лицу потекли слезы.

– Саяна… – Его гнев сразу улетучился, уступив место раскаянию. – Прости, пожалуйста. – Мужчина вновь сделал шаг ко мне, но я вытянула вперед дрожащую руку. – Хорошо, не подпускай, не верь, испепеляй ненавистью, в конце концов. Списывай все на кровь. Как тебе будет удобней. Но выполни свое обещание.

Поговорить, когда пройдет год.

И зачем я только согласилась на это!

– Выполню.

– Спасибо.

– Но прекрати меня мучить. Не присылай больше ничего. Обещай.

– Обещаю.

– Отойди от нее! – гаркнул Данила, подойдя к нам.

Видя, что Горан балансирует на грани, сдерживая себя неимоверным усилием воли, я поспешно встала между ними. Одной рукой уперлась в горячую грудь санклита, другой – Данилы. Похоже, у нас тут еще один дикий санклит. И озверевший человек. Только драки не хватало!

Драган вздрогнул и, как всегда, накрыл мою ладонь своей – огненной и такой знакомой.

– Уйди! – процедил он, не сводя взгляда с Охотника.

– Я не позволю тебе обижать ее! – не остался тот в долгу.

– От меня ее спасать не надо! – конечно же, разъярился санклит.

– Тогда почему она плачет?

– Успокойтесь оба! – рявкнула я, попытавшись оттолкнуть их. – Уже надоело!

Данила отошел на несколько шагов, но Драган, удерживая мою руку, и не думал отступать.

– Не заставляй применять к тебе то, чему меня научили. – Предупредила я его.

– То, чему тебя научил я? – склонившись, уточнил Горан мне на ухо.

Прав ведь, паразит!

– А если и так?

– Я всегда с тобой. – Довольная улыбка осветила его лицо. – Всегда в тебе. Чувствуешь? – он поцеловал мое запястье, обжигая полыхающим взглядом и губами, и отпустил.

Что мне там хотелось применить? Я лихорадочно попыталась собрать мысли в кучу, но они все дружно ухнули вниз, заставив сладко заныть низ живота.

– Смотри на меня так всегда, родная! – хрипло взмолился Горан, тяжело дыша.

– Саяна! – недовольный голос Данилы вывел из этого транса, и я осознала, что все это время не сводила взгляд с санклита.

Твою же мать!

Пора вспомнить, что есть вещи важнее моих желаний и проблем. Я вернулась к рюкзаку и попыталась «перевести стрелки»:

– Где, кстати, Арсений?

– Думаю, не хочет попадаться главе клана на глаза. – Горан усмехнулся.

– Тогда оглашу новость вам, мальчики. Вот это принадлежит нашему дикарю. – Я достала кое-что из рюкзака. – Кажется, это многое меняет.

– Это?.. – оба дружно отвели смущенный взгляд от моей ладони.

– Да, это тампоны, товарищи сексисты. Не бойтесь, они не кусаются. Так что новость дня: наш дикарь – девушка!

– Но все эксперты дали одно! – загорячился Данила, формулируя в своем неподражаемом стиле. – Как? Мужчины-жертвы, чистота убийств, скорость, экспонента роста убийств! Как это может быть девушка?

– Может. – Задумчиво прошептал Горан. – Но только в одном единственном случае.

– Каком? – я заставила себя посмотреть на него.

– Если она – чистокровный санклит.

Глава 7 Точка пересечения

Что-то не давало мне покоя, пока мы ехали домой. Интуиция уже знала, но разумом поймать мысль не удавалось. Видимо, сказывались усталость и пережитый только что стресс. Я закрыла глаза и застонала.

– Ты в порядке? – Данила истолковал мое поведение по-своему.

– Неа.

– Что он тебе наговорил?

– Не в этом дело. – Нахмурившись, я перевела взгляд на ночной Стамбул.

Лучший город на земле переливался огнями, как огромный бриллиант на подложке из темно-синего бархата неба, зазывая в свои волшебные сети.

– А в чем?

– Что-то не дает покоя. – Ответила я и тут же, в лучших женских традициях, перескочила «с пятого на десятое». – Поехали выпьем где-нибудь? Что мы все время в четырех стенах сидим?

– Поехали. Но надо переодеться.

Да уж, это точно. Мою одежду и обувь, наверное, проще вообще выкинуть. Если грязь еще можно соскрести, то забыть о том, сколько народу ходило отлить в те кусты, где я ползала на четвереньках, вряд ли получится. Особенно, если судить по запаху.

– Прости, тебе машину теперь мыть. – Я покаянно посмотрела на Данилу.

– Ерунда. – Отмахнулся он.

– Надеюсь, нам не попадет за мой трюк с соцсетями. – Продолжала бить кулаком в грудь моя совесть.

– Победителей не судят.

Я кивнула. Но едва мы вошли в особняк, жизнь начала доказывать обратное.

– Саяна, у тебя час назад была назначена тренировка! – Павел захлебнулся возмущением, как старый ротвейлер слюнями. – Где тебя носит?

– Да погулять вышла, воздухом подышать, в грязи поваляться! Не видите разве? – я развела руки и крутанулась на каблуках.

– Как ты себя ведешь?! Хотя, к грязи тебе, конечно, не привыкать!

Кто бы сомневался.

– Павел, будь вы лет на тридцать моложе, я бы просто набила вам морду и затолкала эти слова обратно в вашу поганую глотку. – Промурлыкала я, подойдя к нему. – Но из уважения к почтенному пенсионному возрасту ограничусь тем, что просто скажу: идите вы на…, – наклонившись к его уху, я закончила предложение.

– Мерзавка! – сжимая кулаки, прошипел он. – Ты пожалеешь, подстилка санклитская!

– Будете писать кляузу Юлии, приносите, подпишусь под каждым словом. – Мне уже было все равно. – Последнюю свою фразу не забудьте указать. – Стальную леди, это, несомненно, порадует.

Смерив старикана, раздувшегося, как рыба фугу, презрительным взглядом, я пошла в свою комнату.

– Саяна, – окликнул Данила. – Жду на выезде.

– Хорошо. Накапай бедолаге корвалолу, сделай доброе дело.

– Как скажешь. – Он спрятал усмешку и сделал серьезное лицо.

А мне нужно нечто покрепче корвалола после сегодняшнего вечера, чтобы натянутые струной нервы перестали резать душу на мелкие кусочки. Four Hourseman, к примеру. Двойной. Смешать, но не взбалтывать. Потом повторить. Дважды.

Еще лучше – добавить туда ликер и пиво. Получится новый коктейль – «Дикая чистокровка верхом на всадниках Апокалипсиса». Выпить залпом и вырубиться на сутки.