Здесь и сейчас - Андрей Волковский
— А ну хватит! Перестаньте!
Три щуплые фигурки бросились прочь от старика вверх по улице.
— Ты как, малец? — Шу участливо протянул руку мальчишке, которого только что колотили незнакомые подростки.
Старший сын Нин жалобно посмотрел на соседа и разревелся.
— Ну вставай, вставай, малой, — Шу поднял ребёнка и попытался понять, сильно ли чужие ребята его помяли: вроде цел. — Не плачь. Ушли уже хулиганы. Видел, как улепётывали? Испугались дедушку-то.
Шу задорно улыбнулся — и мальчик невольно заулыбался в ответ.
— Пойдём-ка в дом. У меня там печенье осталось. Чаю поставим, перекусим, а потом я тебя к вам домой отведу. Мамка-то на работе?
Мальчик кивнул, продолжая шмыгать носом.
— А братик твой где?
— Домой побежал, — хрипловатым от слёз голосом ответил маленький сосед. — Маму звать, как вернётся.
Шу завёл мальчонку в дом и в свете электроламп окончательно убедился, что тот отделался парой ссадин. Ну и напугался, конечно.
Шу поставил чайник, достал печенье и сказал:
— Странно, что тут чужие оказались. А что вы с ними не поделили?
Мальчик помолчал, пока дедушка вытаскивал чашки, блюдечко с вареньем и пару завалявшихся конфет, и сказал:
— Они хотели плохое сделать. Спички кидали под вашу дверь, дедушка Шу. А мама говорила, что со спичками никогда играть нельзя!
Шу похвалил маленького соседа, напоил чаем и отвёл на другой конец улицы. Навстречу им выскочила напуганная Нин.
— Ох, ужас какой! Я-то думала: тут хоть запущенно, но дёшево и безопасно. А если в Мо такое творится, то переезжать надо. Только вот куда: везде жить дорого...
Она безнадёжно вздохнула, обняла сына и увела его в дом.
На следующий день Шу разжёг огонь в фонаре духа района. Бабушка рассказывала, что дух присматривает за детьми, может отгонять дурные сны и злые помыслы, делает прочнее стены домов и связи между людьми. Надо только верить в него. И оставлять подношения.
Шу положил рядом с фонарём нарочно купленный в соседнем районе леденец. Прижал ладони к шершавому камню, наклонился к столбу и закрыл глаза.
“Дух-покровитель! Пригляди, будь добр, за соседями. Нин столько работает — пусть ей спится спокойнее. Её мальчишкам я заделье найду, но пока меня или их матери нет рядом, присмотри за ними, дух-покровитель! И пусть Вэ не упьётся насмерть в своём домище. Один же целыми днями. Помоги, дух-покровитель!”
Шу прислушался, но не уловил ни звука. Только ветер шелестел кронами деревьев. И больше ничего. Он постоял ещё немного, но дух не отзывался. Шу отошёл от столба, потёр затёкшую от непривычной позы спину и огляделся. Кругом затхлость и разруха. Может, из-за них дух перестал являться местным жителям? Шу представил вдруг, что его зовут погостить в пыльный дом, где одни комнаты пусты, другие забиты рухлядью, а посреди одной из спален кто-то устроил свалку. Нет, он бы и близко не подошёл к такому жилищу.
Шу прошёлся вокруг площади, оглядывая её, как в первый раз. От клумб остались одни названия. Ветхий фонтан забит палой листвой и мусором, а мозаика, бегущая по его чаше, потускнела и облупилась. Вот с площади и начнём, решил Шу.
В знакомом магазинчике ему охотно подсказали, где можно дёшево купить краску, малярные кисти, брезент и небольшую тележку. Инструменты, рабочие рукавицы и верёвку Шу нашёл в кладовой, куда не заглядывал с тех пор, как обновлял цветник для дорогой Лин.
Шу очистил от мусора чашу фонтана и затянул её брезентом. Обновил узоры на бортиках — и они засияли, придавая фонтану праздничный вид. Шу взялся грузить в тележку мусор, скопившийся на площади: ветки, обрывки бумаги, осколки бутылок. Нагруженное увозил к ближайшей помойке и снова собирал хлам.
Надо ещё подновить клумбы, покрасить старые скамейки и починить башенки-фонари. Тогда площадь станет уютнее, и, может бы, дух Мо-мати придёт, чтобы помочь людям.
Шу не сразу заметил, что за ним наблюдают. За тополями у края площади притаились дети Нин и глядели на старика во все глаза. Шу пару раз провёз тележку с мусором мимо ребят, а потом позвал:
— Ребятишки, хотите поиграть? Спорим, я больше вас мусора соберу за десять минут!
— Нет, мы больше! — тут же отозвался бойкий младший братец.
Мальчики вышли из-за деревьев и подошли к старику.
— Давайте-ка проверим, — подмигнул им Шу. — Сейчас ровно час дня. В час десять кладём добытый мусор с трёх сторон от тележки, потом подсчитаем. Чур, моя сторона с востока.
— Моя с юга! — закричал младший.
— Хорошо. А зовут тебя как?
— Юнги. А брата Тэ.
— А я дедушка Шу. Ты какую сторону берёшь, Тэ?
— Северную.
Юнги хитро спросил:
— А кто победит, тому что будет?
— Свежая плюшка! С корицей.
— Ура!
— Ну, давайте начинать!
Соревнование затянулось. В первый раз выиграл Шу, потому что мусор вокруг он уже убрал и точно помнил, где теперь искать фантики и ветки. А палая листва за мусор не считается. Юнги взялся спорить — и решено было переиграть. Так старик и ребята соревновались целый час, а потом Шу повёл детей в булочную в Суу-мати за плюшками.
Потом Шу разрешил ребятам покрасить скамейку в солнечно-жёлтый — мальчишки обрадовались, увлеклись и к концу дня, посовещавшись, решили помогать соседу просто так.
Назавтра Шу поручил ребятам голубую скамейку, а сам пошёл смотреть, что осталось от кинотеатра. Руины портили начавшую преображаться площадь и печалили старика.
Убедившись, что всё уцелевшее прочно стоит или лежит на своих местах, не грозит осыпаться или рухнуть, Шу предложил маленьким помощникам организовать замок.
Развалины по мере сил расчистили, украсили завалявшимися у Шу бумажными гирляндами и водрузили на импровизированные башни три флага, сшитые Нин по просьбе сыновей. Четыре дня — и Замок-на-развалинах был готов.
Вечерами Нин навещала соседа, принося то кусок пирога, то контейнер с рагу, и со счастливой улыбкой рассказывала, как радуются мальчики.
На пятый день мальчики не примчались, как обычно, а пришли тихонько и молча взялись расчищать клумбы. Шу отложил починку мостовой и взялся расспрашивать ребят. Мальчики помялись, но рассказали, как вчера у их мамы украли сумочку. А в ней зарплата, мамин любимый кошелёк с золотой рыбкой и телефон. На неё налетели незнакомые подростки и ловко выдернули старенькую сумочку.
— Если бы я там был, я
