Игра Водящего - Дака Гермон

и нас спасёт, – добавляет Ниа.

– Хорошо. Но давайте все вместе.

Я отпускаю руку Лирика. Он толкает дверь. Та открывается, царапая пол, со звуком, похожим на карканье. Я заглядываю в темноту. Ниа меня слегка подталкивает, и я шагаю вперёд. Квинси останавливается в дверях – одна нога в тайной комнате, другая в гостиной.

Я шарю по стене в поисках выключателя. Зажигаются несколько лампочек, свисающих с потолка. Ниа и Лирик охают. Квинси тоже.

Похоже на допросную в полицейском участке. Одна стена вся увешана фотографиями детей. Под каждой написано имя, возраст и даты; это напоминает мне генеалогическое древо, которое я составлял для урока истории. Только очень пугающее.

Я подхожу ближе на негнущихся ногах. Рассматриваю лица.

Аннабель Ли, 9 лет. Исчезла со школьной спортплощадки.

Камерон Джонс, 12 лет. Последний раз видели в зоопарке.

Брайан Ким, 8 лет. Пропал на площадке для скейта.

Таша Уилкенс, 11 лет. Исчезла в боулинге.

Господи… и Шей тут есть.

– Это стена пропавших, – говорит Лирик.

– Думаю, мы нашли нужные доказательства, – я медленно поворачиваюсь.

На другой стене жуткая картинная галерея: кривые линии, большие пятна краски. Похоже на художества в комнате Зака, только больше и страшнее. Руки, сжимающие черепа, кривые деревья с лицами, вырезанными на коре. Скелет, готовящийся к прыжку, парящее в воздухе существо, похожее на дракона.

– Стало быть, Хайд – похититель и чудовище? – шепчет Лирик. – А мы у него в доме!

Бессмыслица какая-то. Зак предупреждал нас насчёт Хайда? Зачем ему Карла и Шей? Зачем он ставит метки? И как он это делает?

Ниа подбирает несколько листков бумаги. Похоже, Хайд распечатал старые объявления о поисках.

– Фотографии других пропавших детей, – говорит Ниа. – Смотри на даты. Они пропали больше двадцати лет назад.

Лирик треплет свою шевелюру.

– Ты думаешь, он похищал детей всё это время? Не может быть. Они пропали ещё до его рождения.

Квинси бормочет, потирая руки, как будто замёрз.

– Скверное место. Нам нельзя быть здесь.

Лирик подбирает обрывок бумаги, покрытый жёлтыми пятнами.

– Что это? – интересуется Ниа. Мы смотрим через его плечо.

Буквы выцвели, но всё ещё можно разобрать заголовок.

– «Хайд Миллер, 10 лет. Исчез бесследно», – читает Лирик.

– Как Шей и Карла, – говорю я чуть слышно.

– Что ещё? – спрашивает Ниа.

Лирик рассматривает листок.

– Его нашли через семь лет. Он бродил у озера. У него был большой шрам. Он лишился памяти и не мог объяснить, что с ним случилось.

Моё сердце колотится. Это так похоже на то, что случилось с Заком!

– Хайд исчезал, а теперь он ищет следы пропавших детей, – догадался я. – Зак пропадал. Шей исчезла, Карла тоже. Теперь Квинси помечен.

Ниа хватает меня за руку.

– И что это значит?

– Что вы все будете следующими, – отвечает скрипучий голос.

11

Лирик дёргается и роняет листок.

Я так резко поворачиваюсь, что у меня хрустит в спине.

– Кто это сказал?

Рисунок на стене движется. Краска отслаивается и стекает на пол. Загораются красные глаза.

– Скоро мы встретимся со всеми вами, – произносит голос.

Ниа вопит. Или это я… Натыкаясь друг на друга, мы несёмся к двери.

– Скорей, скорей! – тороплю я. Мы вываливаемся в гостиную.

Лирик захлопывает дверь и поворачивается.

– Что это было?

– Это Хайд? Где он? – кричит Квинси.

– Дышать не могу. – Я нагибаюсь, упираясь руками в колени. Сердце бешено колотится.

Ниа хватает меня за руку.

– Джастин, это было чудовище? Оно сказало, что скоро встретится с нами!

Сердце колотится. Мне одновременно и жарко, и холодно, и от этого дурно.

Лирик бежит к входной двери и резко останавливается. Он осторожно выглядывает в окно.

– Он идёт! Хайд идёт!

– Ой! – Лирик отшатывается и налетает на Ниа.

Хайд приближается к дому, и я слышу, как он фальшиво насвистывает. Рядом с ним бежит пес.

Плохо. Очень плохо!

Внезапно Хайд останавливается и озирается. Он что-то говорит, но я не могу ничего разобрать. Он выглядит встревоженным.

– Надо смываться! Сейчас же! – шепчет Лирик.

– Что-то происходит, – вдруг кричит Квинси, хватаясь за голову. – Мне плохо!

Я оглядываюсь в поисках другого выхода. Бросаюсь в кухню, оттуда в прачечную. Над стиральной машиной окно, выходящее во двор. Я открываю его.

– Сюда, скорее!

Все спешат ко мне. Я высовываюсь и осматриваюсь. Путь свободен. Я помогаю вылезти Ниа. Она благополучно приземляется на заднее крыльцо. Квинси следующий. Потом Лирик.

От громкого скрипа открывающейся входной двери у меня кровь стынет. Пёс лает. Я слышу, как он бежит ко мне.

– Что там, Батч? – произносит Хайд.

Я ныряю в окно. Плюхаюсь на крыльцо. По спине бегут мурашки. Мы скатываемся по ступенькам и зигзагами бежим через задний двор. Если нам удастся незаметно выбраться на улицу, мы спасены. Мы пробираемся через кучи ржавого барахла.

– Квинси, скорее! – кричит Ниа.

Я оглядываюсь. Квинси старается изо всех сил. Выпучив глаза, он отчаянно размахивает руками, но это не придаёт ему скорости. Он движется всё медленнее. Спотыкается. Падает на колени.

– Не бросайте меня!

Я устремляюсь к нему, но резко останавливаюсь.

– Что это?

По небу расплывается чернильная темнота. Порыв ветра закручивает мою одежду. Пыльный смерч поднимается и атакует Квинси. Он кричит, захваченный вихрем. Я закрываю лицо. Пыль жжёт глаза.

Лирик борется с ветром.

– Что происходит?

Раздаётся громовой удар. Зигзаги молний бьют в кучу дров возле дома Хайда. Вспыхивает пламя. Другая молния попадает в перевёрнутый холодильник. Он взрывается. Летят искры.

От страха волосы у меня встают дыбом.

– Держитесь подальше от металлических предметов! – предупреждает Ниа. – Они могут стать проводником!

– Мы на свалке, тут везде металл, – Лирик старается перекричать рёв ветра.

– Джастин! – Земля трескается, вокруг Квинси образуется провал. Его ноги исчезают. – Помогите!

Я бросаюсь к нему и хватаю за запястья. Он уже ушёл по пояс и смотрит на меня глазами, полными ужаса.

– Держись!

Он скользит вниз. Я падаю на живот. Метка на его руке крутится и горит. Внезапно меня оттаскивают назад. Я оглядываюсь – это Ниа держит меня за ноги. Лирик хватает её за щиколотки. Мы образовали живую цепь.

Ногти Квинси царапают мои запястья. Кажется, сейчас суставы разорвутся.

– Квинси, не отпускай!

По его грязному лицу текут слёзы.

– Джастин… – Его влажные пальцы выскальзывают из моих рук.

– Нет! – кричу я, вцепившись в его рюкзак.

Отрывается карман. Квинси исчезает, и земля смыкается над ним.

Тьма отступает. Небо снова голубое и безоблачное. Ни грома, ни молний. Ветер успокаивается, только веет лёгкий бриз.

Я отползаю к