Ожерелье гномов - Юлий Александрович Стрелецкий

истерлинги. Но берем тактикой. В степи не так много источников воды. Мы занимаем тот, что принадлежит агрессивному племени, строим там лагерь, и гоблины рано или поздно приходят к нам. Но тогда они сражаются по нашим правилам. Им приходится штурмовать лагерь, а оборонять укрепления мы умеем лучше всего. Вот так и воюем.

– Да…, – задумчиво протянул Дагур, – степь на востоке неспокойна и не всегда приветлива к нам, людям. Ведь так?

– Так, мой господин.

– Но ты понимаешь, что караваны с востока очень важны для Миндона? И что в самом Миндоне живет много гоблинов, и многие из них такие же граждане нашего Города, как и мы с тобой?

– Понимаю, бургомистр, – кивнул офицер.

– А задумывался ли ты, в каком шатком равновесии находится мир в нашем доме? На каком вулкане мы живем? В Миндоне обитают не только гоблины и люди, но орки, гномы, эльфы, хоббиты и даже тролли. Хотя последним официально находиться здесь не разрешено.

Кин молча кивнул.

– Значит, ты понимаешь, как важно поддерживать это равновесие и как важно не уступить свои права?

Кин еще раз кивнул.

– Ульфанг рассказал тебе, для чего я тебя позвал? – Дагур заговорил более твердым голосом.

– Ульфанг сообщил мне, что я буду назначен в некую коллегию по расследованию межрасовых преступлений представителем от людей, – ответил молодой человек. – Но он не сообщил мне, зачем вы хотели меня видеть.

– Да, – кивнул бургомистр, – ты будешь назначен в эту коллегию представителем от людей. А поговорить я хотел с тобой вот о чем…

Дагур некоторое время молчал, задумчиво рассматривая офицера, как будто хотел получить ответы на свои вопросы, не раскрывая рта.

– Дело в том, – наконец заговорил он. – Что коллегия эта будет подчиняться не мне, но Совету Города. Всему Совету. Понимаешь? А в Совете единственный человек – это я. Гномы и эльфы – они преследуют свои интересы. И сам владыка Талион – не исключение.

Кин молчал. Он ждал, что будет дальше.

– Я неспроста намекнул тебе, что мы, люди, должны защищать свои интересы, – продолжил бургомистр. – С востока нашему городу угрожают гоблины. С запада – Империя Людей, где ты учился премудростям войны. Да, да! Поверь, стоит нам расслабиться и дружественный нам император, не моргнув глазом, наложит руку на богатства Миндона. На севере гномье царство спит и видит, как увеличить здесь свое влияние и прибрать к рукам всю торговлю. Даже хоббиты и те подмяли под себя почти все производство пива. А что же мы, люди? Неужели мы просто прислужники эльфов, как говорят о нас злые языки гоблинов? Нет, я так не думаю. Мы должны сами позаботиться о себе. Ты со мной согласен?

– Согласен, – снова кивнул Кин.

А как было не согласиться? Всем известно, что, когда начальство спрашивает: «Согласен?», почти всегда надо отвечать утвердительно.

– Вот видишь, мы в тебе не ошиблись, – развел руками Дагур. – Не зря среди сотен офицеров мы с Ульфангом выбрали именно тебя. Тогда сразу к делу. Я хочу попросить тебя об одной услуге. Формально, ты не обязан этого делать. Ты, как бы, будешь подчиняться Совету напрямую, но я хочу, чтобы ты приходил и, как добрый друг, рассказывал мне обо всем, что будет касаться работы коллегии.

Кин молчал, потупив глаза. Он чувствовал, что краска заливает его лицо.

– Но, это… это значит…, – наконец выдавил он.

– Знаю, что скажешь, – оборвал его Дагур.

Его голос стал еще тверже, но теперь в нем слышалась и неподдельная страсть.

– Ты хочешь сказать, это подло? Это некрасиво? Доносить! Так?

Кин, на этот раз, едва заметно, кивнул.

– Да, некрасиво! – согласился бургомистр. – Да, подло! Да, нехорошо пахнет! Тут я с тобой согласен. Но такая у нас работа. Выгребать это дерьмо. У нас, политиков, и у вас, стражников. Разве вы вежливо останавливаете очередного воришку и ласково препровождаете на мягкую перину? «Извините, не могли бы вы пройти с нами?» – говорите вы? Нет! Вы действуете жестко, а иногда и жестоко. И так и должно быть.

– Пойми, Кин, – вздохнул бургомистр. – Иногда хорошие дела делаются грязными методами. Такова жизнь, и тут ничего не поделаешь. А если не сделаем мы, то за нас сделают наши друзья эльфы и гномы. А они, поверь, не столь сентиментальны. И будем мы, люди, опять в стороне.

– Ну, что? На это раз ты со мной действительно согласен? – бросив острый взгляд из-за стекол, спросил Дагур.

– Согласен, – вздохнул Кин.

– Ну, тогда идем, – бургомистр похлопал Кина по плечу. – Пойми, большие дела нельзя свершить, не замарав рукава. Быть хорошеньким для всех не получится.

И они вдвоем вышли за дверь, где их ждал Ульфанг.

А в то же время по главной улице Красного Города в направлении городских ворот двигалась совсем другая компания. И компания эта была довольно странной даже для Миндона. Нет, и в Красном Городе днем вполне можно было встретить гоблина или орка. Правда, тролли здесь не появлялись, так как они в Городе жили нелегально. В общем, компания была следующей: человек, гоблин и некий великан, подозрительно напоминающий того самого тролля. Шли они спокойно, не таясь, и о чем-то беседовали.

Гоблин, что называется, бандитская рожа: крючковатый нос, темные, зло прищуренные глаза, когтистые пальцы и рукояти двух кривых сабель за спиной. А сабли как раз той длинны, что официально можно открыто носить в пределах городской черты. Но от этого они не менее опасны в руках опытного рубаки. Да, к тому же их, все-таки, две. В темном переулке с таким гоблином встретиться не особо захочется.

Человек был прямой противоположностью гоблина и своим жизнерадостным видом сразу внушал симпатию. Копна светлых волос и голубые глаза с искорками озорства. Одет в обыкновенную короткую льняную тунику, украшенную по краям незамысловатым узором. В таких ходила большая часть жителей Миндона среднего достатка. Человек был сравнительно молод – едва ли за тридцать. И его можно было бы принять за средней руки приказчика с Большого Базара, если бы не тот самый жизнерадостный вид. Подпоясан широким кожаным ремнем, на котором в широких ножнах висел короткий прямой меч. А еще, к этому поясу был прикреплен небольшой кожаный футляр цилиндрической формы, предназначение которого было неясно. Для кошелька слишком узок. Кинжал? Но рукояти не видно.

Ну, а третьим был тот самый… тролль. Положа руку на сердце, самый обыкновенный. Одет, конечно, не в шкуры, и каменного молота при нем не было. Даже выражение лица у него было не совсем такое, какое ожидаешь увидеть у тролля – злобное и свирепое. А