Доктора Звягина вызывали? - Игорь Алмазов

– Журнал с необходимыми данными в данный момент у других терапевтов, они обновляют данные, – ответил я министру, – но я могу сказать любые интересующие вас цифры по памяти.

– Хотите сказать, что помните наизусть статистику всех кардиологических больных? Учтите, у меня выписаны кое-какие цифры с предыдущих отчётов, я легко могу подловить вас на лжи, – прищурился проверяющий, указывая на свой пухлый от записей блокнот.

– Да я не собирался вам лгать, – пожал я плечами, – спрашивайте.

Министр начал задавать мне вопросы, и я безупречно ответил ему все цифры. В паре моментов он решил меня подловить, даже спросив, сколько у нас пациентов с выполненной трансплантацией сердца. Такая пациентка действительно была, но на весь город она – одна. Молодая девушка с врожденным пороком сердца, ожидающая свою очередь несколько лет. В таких операциях нуждается довольно много пациентов, а вот доноров ожидаемо мало. Сейчас девушка чувствовала себя относительно хорошо, работала удалённо в какой-то компании и регулярно появлялась для обследований.

– Вы меня приятно удивили, молодой человек, – с восхищением произнес министр здравоохранения, – так точно знать население своего города! Похвально, похвально.

Я сдержанно кивнул в ответ. Мы вышли из кабинета и наткнулись на губернатора и главного врача, видимо, как раз направлявшихся к нам.

– Сергей Георгиевич, я восхищен! – восторженно проговорил министр, – Михаил Алексеевич удивительно точно разбирается во всех данных, держа в уме сложные цифры по статистике! Повезло вам с заведующим.

– Ага-ага, давно его пора на эту должность поставить, сам об этом думал, – ответил главный врач.

Вот чёрт! Его что, не предупредили, что сегодня я и так играю роль заведующего терапией? А если министр сейчас что-то заподозрит и всё вскроется?

– Теперь пройдемте в ваш кабинет? – с вожделением спросил проверяющий. Ну да, зря только переживал. Тот уже и забыл про проверку, а все слова пропустил мимо ушей. Но мне только лучше.

– Пройдёмте, – кивнул Сергей Георгиевич, пропуская министра вперёд. Я же глянул за его спину и увидел скукожившееся от злости лицо Станислава Валентиновича, снова подслушавшего разговор.

Это у него привычка новая такая – подслушивать?

– Станислав Валентинович, а вы, совершенно случайно, не видели журнал кардиологических пациентов, когда заходили в кабинет? – подошёл я к нему.

Станислав сначала позеленел от злости, а затем покраснел. Ходячий человек-светофор! Понял, что отвертеться не получится.

– Да, я его взял. Мне срочно понадобились данные о пациентах с инфарктом миокарда для заказа льготных препаратов, – промямлил он, возвращая мне журнал.

– Так срочно, что это не могло подождать окончания проверки? – уточнил я, принимая документ.

– Ну… Я подумал, что это точно никто проверять не будет. Поэтому и взял, – ответил Станислав, – а я смотрю ты удачно тут всё провернул, раз тебя уже и заведующим собрались сделать! – резко сменил он тон.

– А я смотрю, у тебя эхолокаторы вместо ушей, так хорошо чужие разговоры улавливать, – усмехнулся я, – ты бы лучше пациентов так внимательно слушал, жалоб бы на тебя поменьше было.

– А вы не расскажите Сергею Георгиевичу об этом? – снова сменил тон Станислав, откровенно струсив.

– О чисто случайно пропавшем журнале? Нет, доносами не занимаюсь. Но ещё хоть раз попробуешь мне устроить какую-то подлянку – пеняй на себя, – ответил я.

Станислав кинул на меня взгляд, который, видимо, должен был быть свирепым, но выглядел коллега скорее загнанным и испуганным. Он хмыкнул и, гордо задрав нос, удалился в свой кабинет.

Я же направился к себе, узнать как там дела у моей медсестры. Светлана сегодня осталась в кабинете отправлять к другим терапевтам особо назойливых пациентов, стремящихся попасть ко мне на приём.

– Ну что, удержала тут оборону? – спросил я её, остановившись в дверях.

– Конечно! Хотя одна бабушка очень уж настойчиво именно к вам попасть хотела, пришлось за ручку её к Елене Александровне отводить. А то села здесь на стул и говорит: «Буду ждать, сколько потребуется».

– Ну молодец, – усмехнулся я, устало присаживаясь на стул.

– Как проверка прошла? – поинтересовалась Света.

– Да всё отлично. Все документы в порядке, замечаний никаких не было. Мы с тобой отлично поработали.

– Да? Странно. Я видела в коридоре Станислава Валентиновича, он выглядел очень недовольным. Я подумала там проблемы какие-то с проверкой, – задумчиво проговорила Светлана.

– Да нет, это он из-за чего-то другого, наверное, – ответил я.

Я-то прекрасно знал, из-за чего он так взбесился. Но Свете обо всех этих интригах знать необязательно.

– Ещё распоряжения на сегодня будут? – поинтересовалась медсестра.

– Пока отдыхай, я пойду отчитаюсь Екатерине Вениаминовне. Она, наверное, уже вернулась в свой кабинет, – ответил я.

По дороге меня успел перехватить наш невролог, Антон Эдуардович, и резким рывком затащил в мужской туалет.

– Эй, в чем дело? – возмутился я. – О чем люди в коридоре подумают? Один врач затаскивает другого в туалет и закрывается изнутри!

– Ой, ладно тебе, – махнул тот рукой, – ну что, тебя заведующим сделать хотят?

– Откуда у вас такая информация? – поинтересовался я.

– Ой, да ладно, наедине можно и на «ты», – панибратски махнул тот рукой. – Да вот! Сорока на хвосте принесла.

Быстрые у нас в поликлинике сороки. Стоило главному врачу заикнуться об этом в коридоре, и слухи уже начали расползаться по всей поликлинике. Хотя наш невролог и так обычно был в курсе всего на свете, так что это неудивительно. Прослушка у него, что ли везде стоит?

Антон Эдуардович тоже работал в поликлинике уже несколько лет. Он был женат, и у него даже был маленький сын, но сам себя он считал местным «казанова» по которому сохнут все девушки. Правда таковых рядом особенно не наблюдалось, но это не мешало ему регулярно рассказывать о своих похождениях. Особой его фишкой являлась как раз таки полная осведомленность о личной жизни сотрудников поликлиники. Спроси его про любую девушку – тут же расскажет, есть ли у неё парень, муж, или она свободна.

– Пока ещё никто меня никуда не назначает, – сдержанно ответил я, – просто сегодня выручил начальство, сыграв роль заведующего терапией.

– Неплохо-неплохо, – смешно потер он ладонями, – ты будешь заведующим, а я стану главным врачом! Заживём тогда.

– Ты собрался становиться главным