Первородный. Цена магии - Евгений Валерьевич Решетов

залитую лунным светом комнату и увидел громадное количество статуэток денежных жаб, пучивших глаза отовсюду! Они стояли на скособоченном шкафу, на столе, на подоконнике около рассохшейся деревянной рамы и даже возле кадки с денежным деревом!

А обои⁈ Они были украшены фотокарточками денег и какими-то странного вида рисунками, разделёнными на сектора. При этом на панцирной кровати лежала подушка с вышивкой, изображающей золотые монеты. И такого же толка покрывало красовалось на низенькой софе, обосновавшейся в углу комнаты возле стола с радиоприёмником.

— Ян, иди сюда! — позвал меня брат.

— Иду! — сквозь шок бросил я. — Кажется, Владимир слегка тронулся.

На кухне тоже повсюду стояли амулеты и статуэтки, поблескивающие под тусклым светом лампочки, свисающей с потолка, покрытого жёлтыми пятнами.

— Чай будешь? — спросил брат, наливая в закопчённый чайник воду из-под крана.

— Можно, — хрипло ответил я и уселся на скрипучую табуретку, примостившуюся около стола с изрезанной клеёнкой.

— Сейчас будет, — сказал средний, зажёг старенький примус и поставил на него чайник. Следом он открыл дверцы пошарпанного буфета и протянул: — К чаю… к чаю у меня есть крендельки. Только, кажется, парочка уже немного покрылась плесенью. Хм, теперь они эдакие крендельки дор блю. Гы-гы.

— Угу. И со вкусом пищевого отравления, — вымученно усмехнулся я и, подумав немного, задал вопрос, давно вертящейся у меня на языке: — А ты не знаешь, что такое абсалон?

— Абсалон? Просто салон — знаю, что такое. А абсалон — нет. Может, название вина?

— Вряд ли.

Владимир пожал плечами и занялся кухонными хлопотами, а я решил немного обобщить сведения, полученные сегодня.

Итак, я в профиль вроде бы всё тот же Ян Горин, а глянешь в анфас — совсем другой человек. Прежний Горин вроде бы не обладал магией и был тютей, а у меня и характер более боевитый, и дар есть. Правда, мой дар даже более странный, чем утконос на велосипеде. А еще странно то, что у меня имеются навыки работы с магией, пусть и всего с двумя умениями.

Что же со мной такое произошло? Как я так изменился? Хм, где же взять ответы на эти вопросы? Ну, кое-какие идеи у меня уже появились. Я прям с завтрашнего дня и начну воплощать их в жизнь.

— А вот и чай, — сказал брат и пододвинул ко мне кружку, исходящую паром.

— Спасибо, — поблагодарил я его, взял кружку и сделал маленький глоток. — Ох, хорош чаек. То, что доктор прописал.

— Это мне поклонница подарила, — самодовольно улыбнулся средний и вдруг встрепыхнулся, будто что-то вспомнил. Он сунул руку в карман своего ярко-малинового пиджака и достал скомканный жёлтый листок. — Гляди, что сегодня со столба сорвал. На, почитай.

Я взял объявление, развернул его и быстро пробежал глазами машинописные строки. Они рассказали мне, что в Светлоград впервые прибыл очень успешный купец, обещающий за приличную сумму научить всех желающих торговать продукцией из Поднебесной, где её штампуют за сущие копейки. Дескать, прибыль будет такая, что ого-го… только успевай мешки подставлять. Правда, количество мест ограничено, поэтому на лекцию купца смогут попасть далеко не все.

— Сомнительное мероприятие, — пробормотал я и вздрогнул, услышав громкий стук в дверь.

— Ян, иди узнай, кто там пришёл, — прошептал брат, опасливо посмотрев в сторону прихожей. — Если чей-то рассерженный муж-рогоносец, то скажи ему, что я с концами съехал отсюда.

— Ладно, — проронил я, встал с табуретки и подошёл к входной двери. — Кто там⁈

— Это Марьяна, — прозвучал приглушённый дверью виноватый женский голос. — Я бы хотела извиниться перед Владимиром. Я была неправа.

Выглядывающий из кухни средний расслышал её слова и торжествующе прошептал:

— Этого и следовало ожидать. Я же тебе, Ян, сразу сказал, что она ещё прибежит ко мне с плаксивыми извинениями.

— Ничего ты такого не говорил, — буркнул я и задумался.

Хм, а почему Марьяна, будучи девушкой, сказала, что была неправа? Это же нонсенс! А ещё этот громкий стук в дверь. Не могла хрупкая девушка так постучать…

— Посторонись! — бросил мне натянувший грозную мину Владимир, подскочил к двери и стал открывать замок.

— Стой! За дверью не только Марьяна!

Глаза брата расширились, но было уже поздно. Он успел полностью открыть замок. И дверь квартиры распахнулась с невероятной силой, будто с той стороны её пнул бешеный слон.

Створка угодила брату точно в лоб, отправив его в глубокий нокаут. Он безвольной куклой смачно шлепнулся задницей на пол, а спиной ударился о дверцу гардеробного шкафа. Язык брата вывалился изо рта и повис, как у собаки. Глаза же закатились.

А мой изумлённый взор обратился к скрытой полусумраком лестничной клетке, где в обществе мстительно лыбящейся Кудряшки стояла пара лысых громил, облитых тусклым светом, падающим из прихожей.

Здоровяки оказались похожи словно братья. Оба под два метра ростом, с грубыми чертами лиц, приплюснутыми носами и маленькими колючими глазками, сверкающими из-под выступающих надбровных дуг.

Руки верзил в объёме оказались больше, чем мои бёдра. А дешёвая одежда выдавала в них лиц, больше привыкших к запахам дна общества, чем к ароматам светских раутов и балов.

— Владимир получил своё. Его, можно сказать, наказал сам Господь, — кивнул я на брата, решив уладить дело миром. — Так что вот вам мой совет: идите восвояси и забудьте дорогу сюда. Хороший совет, мудрый.

— Холосий совет, — ядовито выплюнула девушка, пытаясь передразнить меня с помощью гримас и ужимок. — У меня для тебя тоже есть хороший совет. Отойди и не мешай нам. Твой брат ещё не искупил свою вину передо мной!

— Не могу. Я же дворянин и брат.

— Ребята! — взвинчено бросила здоровякам Кудряшка, указав на Владимира дрожащим от негодования пальцем. — Приведите в сознание это ослиное дерьмо. А брата его свяжите, чтобы не тявкал и не мешался под ногами.

— Сделаем, — усмехнулся тот