История об игроках и играх - Кира Вольцик

раз используйте шейкер. Мы посовещаемся и решим, как вкуснее, — Юстас придерживалась в разговоре с барменом официального тона.

Мы с Ульяной переглянулись. Я почувствовала, как ступор постепенно начал отпускать девушку. Она смотрела на меня округлившимися глазами, не произнося ни звука. Ее тонкие пальцы оказались на спинке высокого барного стула и начали выстукивать сложную дробь.

— От неврного напряжения помогает, говорите? — неуверенно спросила Ульяна.

— Теоретически, да, — подтвердила Юстас.

Ульяна села на стул рядом с разведчицей так быстро, словно лишняя секунда могла заставить ее передумать. Я продолжала стоять рядом.

— Тебе не говорили, что в ногах нет правды? — разведчица посмотрела на меня через плечо и поставила рюмку с напитком перед свободным стулом.

Я никогда не понимала этой поговорки. Допустим, в наших нижних конечностях истина на самом деле встречается нечасто, но в том месте, которое контактирует с табуреткой, ее тоже мало. Тем не менее, я неловко забралась на стул рядом с Юстас.

До настоящего момента я никогда не пила крепкий алкоголь в компаниях, предпочитая (если уж такое желание возникает) выпить с отцом, потому я абсолютно не знала, как себя вести. В фильмах в таких ситуациях обычно говорят какие-то тосты, но мне всегда это казалось глупой традицией, абсолютно лишенной смысла. Иногда с отцом или братом мы могли выпить немного коньяка, но делали это смакуя и за длинным разговором, без поднимания бокала и заклинаний «за любовь!» или «за удачу!».

— Приступим? — деловито спросила Ульяна, пододвигая рюмку к себе, видимо, у нее тоже не было опыта пьянок.

— Поехали! — скомандовала Юстас.

Мы послушно выпили по порции напитка. Из любопытства и от незнания я попыталась покатать жидкость по небу, после чего едва не задохнулась. Во рту все горело, на глазах выступили слезы.

— Твой зарубежный коллега редкостный извращенец, — сдавленным голосом сказала Ульяна.

— Он аристократ, — мечтательно откликнулась Юстас, — я узнавала, у него есть родовое поместье в Великобритании

— Я тоже аристократка, — пожала плечами помощница Ермакова. — У меня есть фамильный герб с дятлом. Иногда мне кажется, что это символично.

Она разговаривала с нами поверх коммуникатора. Девушка набрала пару слов, но захлопнула книжку-футляр и положила гаджет на барную стойку, так и не закончив нужное сообщение.

— Без обид, но я бы предпочла поместье, — призналась разведчица.

— А я бы — герб, — не согласилась я. — Это более тонкие понты.

— Понты не могут быть тонкими, — возразила Юстас.

— В нашем мире возможно все, — Ульяна погасила нашу дискуссию философским тезисом. — Будем пробовать вариант номер два?

Бармен послушно приготовил нам еще по коктейлю, не дожидаясь прямой просьбы. На этот раз я не пыталась распробовать вкус, потому негативного опыта практически не получила. С другой стороны, я не могла судить о лучшем варианте напитка, а ведь мы определили себе целью именно сравнительный эксперимент, желая выявить лидера среди двух рецептов лекарства от нервных расстройств.

— Вы можете подать календарь, — попросила бармена Ульяна. — Я плохо вижу, а мне нужно ответить на сообщение, опираясь на даты и дни недели…

После тяжелого дня узел на ее затылке растрепался, что делало строгий облик девушки чуть мягче и нежнее. Кожа на скулах отреагировала на алкоголь румянцем, а глаза лихорадочно заблестели: сказывались и нервное напряжение, и коктейль из водки с мартини. Все же странный выбор ингредиентов для мужчины: водка — брутальность, относительная дешевизна и быстрое опьянение, мартини — попсовость и тусовки, выбор молодых девушек, не имеющих собственного вкуса. Все вместе складывалось в брутальную женщину, хотя часть мозга пыталась просчитать мне еще один вариант, который явно был ближе к истине.

— Подождите, я принесу вам другой. Этот мы повесили в качестве декорации, — пояснил бармен, сняв календарь со стены и положив его перед нами. — Видите, здесь что-то напутали и даты немного изменились. Седьмое июня и в понедельник, и во вторник, и в среду…

— Интересно, — Юстас склонилась над календарем, изучая остальные месяцы.

— Очень, — обаятельно улыбнулся бармен. — Наш хозяин коллекционирует календари с ошибками. Там под них целая стенка отведена…

— Зачем тебе календарь? — спросила я.

— Во вторник должна выйти газета с моей колонкой. И если успею, я бы хотела заменить отосланный материал на другой, если еще возможно уложиться в график, — пояснила Ульяна. — Только я абсолютно потерялась в днях…

— Ты работаешь еще в одном месте? — спросила Юстас, вновь ставя перед нами рюмки с гремучей смесью.

— Еще один проект Артема, он создает журнал, отличием которого можно назвать обилие колонок авторства разных людей. Это могут быть какие-то наблюдения, мысли, — Ульяна чуть прищурилась на свет. — Мало иронии и много собственного пафоса, но мы только начинаем и пока не можем найти свой собственный лучший путь. Возможно, когда-то он станет популярным продуктом.

— И ты там публикуешься? — прервала длинное объяснение Юстас.

— Раз в два месяца, — кивнула Ульяна. — Не могу судить о качестве. Определенно, мне есть куда расти.

— Самокритично, — похвалила я.

Мы молча выпили еще по одной рюмке «лекарства от нервного напряжения». Юстас положила подбородок на сложенные перед собой руки. Разведчица всегда казалась мне пустоватой, но в тот момент я почувствовала, толком и не поняв того, что она тоскует.

— Ты давно общалась с Петей? — спросила я.

Юстас набрала воздуха в грудь для ответа, как вдруг с негромким хлопком зал погрузился в темноту.

— Не бойтесь, у нас проблемы с проводкой и пробками, такое случается, — бармен поставил перед нами горящую свечу. — Теперь половина зала обесточена… И лампы не горят…

— Так даже романтичнее, — улыбнулась ему Ульяна.

Юноша едва заметно смутился и пошел расставлять свечки на столики.

— Ты собиралась рассказать нам о Пете, — напомнила Ульяна, поворачиваясь к Юстас. — Давно вам хотела сказать, его необходимо постоянно хвалить, он страдает и чахнет без поощрения, это видно невооруженным глазом. Потому начинает вредничать и работать куда хуже, чем может. Причем, сам того не замечает. Если вы не измените тактику, он быстро от вас сбежит.

— В похвале нуждаются все люди, — сказала я, хотя была полностью согласна с девушкой.

— У некоторых эта потребность выражена сильнее, у некоторых — слабее. Тебе, скорее всего, плевать на чужое мнение, — девушка смотрела на меня чуть прищурившись и улыбаясь одними уголками губ. — А я, как и ваш криминалист, постоянно нуждаюсь в добром слове.

— Твой жених тебя часто хвалит? — вдруг заинтересовалась разведчица.

— Мы слишком редко разговариваем для этого, — улыбка Ульяны превратилась в усмешку. — Я не могу сказать, что я ему доверяю, хотя он положительный во всех отношениях. Он слишком серьезно относится к себе, пожалуй. Не понимает иронии и не любит играть. Ему не хватает