Ответный удар - D. Wismurt

просвистел над головой, а затем раздался зычный голос Минина.

— Отставить!

— Нуу-у-у, е-мае. Вроде жив, — пробормотал побелевшими губами.

Сколько уже хожу под смертью, пора бы привыкнуть, но нет, трясутся поджилки.

Приподнял голову, оглядывая обстановку. Трое контрабандистов и наши ребята лежали на земле, а под ними расползались во все стороны лужи крови. Поднялся спотыкаясь, чуть не пропахав носом асфальт и бросился к Богдане.

Оказался рядом с ней одновременно с Митиным.

— Теслер! — обеспокоенный голос вампира ударил по барабанным перепонкам.

— Тс-с-с, — послышалось тихое.

Женщина чуть пошевелилась, и я испустил облегченный вздох.

— Жива, чертовка!

Кирилл, увидев, что моя напарница в относительном порядке, тут же отвернулся, раздавая распоряжения, я же хлопнулся задницей на землю, рядом с Богданой.

— Ты как? — спросил взволнованно, чувствуя, как начинается тряска.

Отходняк, однако.

— Бывало и лучше, — простонала Теслер, переворачиваясь на спину и зажимая окровавленный бок рукой, — Спасибо, Стас.

— Не за что. Ты главное держись. Во-он, уже врачи на подходе.

Из дежурившей неподалеку скорой в нашу сторону бежали четверо людей в белых халатах.

— Ты сам-то как? Не задело?

Оглядел себя, похлопал по бокам, прислушался к ощущениям. Кроме того, что штормило от пережора, все было в порядке.

— Ну, Новиков, ты и учудил, — хмыкнул подоспевший к нам Артур, сразу кинувшийся проверять пульс у двух лежащих оперативников. — Не ожидал от тебя такой прыти. О-па, Васек, жив! — довольно произнес он, но тут же нахмурился и посмурнел.

Второму парню явно не так повезло. Две пули прошили грудную клетку насквозь, не давая шанса на спасение.

Подоспевшие врачи отодвинули Виктукова в сторону. Богдану и Василия быстро погрузили на носилки и споро потащили прочь.

— Ээ-э... — только и смог произнести я, — Не проще ли было лекарей вызвать?

— Так магией пули не извлечь, — Пояснил оперативник. — Сначала операция, потом исцеление. Это, кстати, наши ребята, посвящённые, так что все путем будет. Поднимут обоих на ноги за считанные дни.

— Хорошо, если так, — Произнес устало. — Все, я свое дело сделал, пора и честь знать.

— Тебя подвезти?

— Не-е. Сам как-нибудь доберусь, — отмахнулся от помощи, — Оо-о, Артур, там это... — Махнул рукой в сторону склада. — Обездвиженный, но живой боец валяется. Так что берите на здоровье и допрашивайте, только сдается мне, не так уж много он знает.

— Вот это удружил. Молодец, Стас, — раздался сзади голос Митина, — Как ты вообще справился? Я, если честно, не верил, что сдюжишь.

— Пустое, — отмахнулся от начальника отдела разведки, — Кирилл, если я больше не нужен — поеду. Устал сильно. Штормит. Сейчас бы поспать.

— Артур, Стас на тебе. Довезешь до дома.

— Сказал же, сам.

— Это приказ. Не обсуждается. Не хватало еще, чтобы по пути в аварию попал. Ты бы себя со стороны видел. Трясешься как суслик перед балобаном.

— Кем? — не понял слов вампира.

— Птица такая есть хищная, но да не суть важно. Отдых тебе нужен. Причем хороший.

— Вот с этим согласен.

— Тогда проваливайте оба и... Новиков, чтобы я тебя в ДМБ ближайшие пару дней не видел. Приходи в себя. Набирайся сил, а то скоро у нас прогулка предстоит в места не столь отдаленные.

— Это куда? — приподнял брови в удивлении, уже заранее зная, что сейчас произнесет Митин.

— В Изморозь. Будем шерстить всю зону «от и до».

Потер ладони в предвкушении. Даже усталость на миг притупилась.

— Вот это хорошо. Вот это правильно. Наконец-то можно будет свести счеты.

Я криво улыбнулся, да так, что Артур, увидев мой злобный оскал, отшатнулся назад.

— Эк, тебя разобрало, — буркнул оперативник, — успеешь еще поквитаться.

— Непременно, друг мой, непременно.

Уже отойдя на довольно приличное расстояние, обернулся. Взгляд выхватил тоненькую фигурку Морозовой. Кристина что-то бурно объясняла Митину, размахивая руками, но это было уже не мое дело. Сами разберутся.

Пока ехали, не смог удержать глаза открытыми, задремал в машине, даже не заметив как оказались возле моего дома. Очнулся только от толчка Артура.

— Сам дойдешь или проводить?

— Может еще в постель уложить предложишь?

— Не-е, это без меня. Увольте, господин Видящий.

Кое-как вывалился из внедорожника и направился к подъезду, не заметив стоящую рядом с ним женщину, пока меня не сцапали за руку.

— Стас!

Резко отшатнулся и с удивлением уставился в знакомое до боли лицо.

— Мама? А ты что здесь делаешь?

— Разговор есть, — нахмурившись ответила родительница, кидая недовольные взгляды на отъезжающую машину, а я чертыхнулся, понимая, что не попросил Артура пригнать мой автомобиль со стоянки Рыча.

Завтра придется самому возвращаться, а так не хочется.

— Ладно, пошли домой. Не на улице же разговаривать.

Пошатнулся слегка, тут же словив взволнованный взгляд матери.

— Стас, что случилось? Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет. Все в порядке.

Затем, видимо что-то прокрутив в голове, родительница резко остановилась.

— Ты ранен?

Материнские руки тотчас начали меня ощупывать на предмет повреждений.

— Ауч! — прошипел я, когда ладонь надавила в область подреберья.

Небольшая рана, нанесенная в драке с контрабандистом, дала о себе знать, да и при падении на землю я знатно приложился, хорошо хоть морду не разодрал, а то совсем бы перепугал своим внешним видом бедную женщину.

— Ерунда, пара синяков, не больше, — попытался успокоить мать, которая почему-то не поверила моим словам и упорно потащила вглубь подъезда, охая и причитая.

— Говорила я тебе! Предупреждала! Не слушал. Не захотел понять. Ты же совсем взрослый, сам все решать можешь. Доигрался? А если бы тебя убили? Наверняка ведь на своей чертовой работе пострадал.

— Мам, хватит уже, — произнес вяло.

Сил спорить совершенно не осталось. Я даже не был уверен, смогу ли выслушать то, что она собиралась мне сказать, не уснув в ходе разговора, но зайдя в квартиру, понял, что беседа откладывается.

Родительница первым делом осмотрела мои травмы, обработав порез и смазав синяки мазью, благо аптечка у меня с недавних пор имелась в наличии.

— Так о чем ты хотела со мной поговорить?

Мама тяжело вздохнула.

— К нам вчера приходили.

— Кто? — насторожился я, а в душу сразу закралось нехорошее предчувствие.

— Они не представились.

— Подожди? — сон мгновенно испарился, заменяясь нервозностью.