Найди меня во снах… - Ксения Ратникова

«Тебе плохо, да?»

«Какая проницательная девушка», — вдруг ответил Илья, и Диана поджала губы, чтобы не заплакать вновь.

Ему правда плохо. Это он? Может быть, все-таки она связана с Ильей? Может быть, она чувствует что-то, что происходит с ним? Как там называется это? Антиципация? Если она действительно предвосхищает события, то, возможно, она как-то чувствует Илью? С ним происходит не прямо то, что она видит, но нечто все равно нехорошее? Проблемы на учебе, дома? Мало ли в конце концов, что может твориться в душе человека. Но если это действительно предчувствие, значит, Диана все узнает на самом деле. Должна узнать!

«Почему?» — она надеялась, что сейчас, когда ночь стирает границы и сближает души людей, Илья расскажет, она поймет его и сделает наконец правильные выводы.

«Это мои личные моменты, ты в них не виновата», — ответил он фразой, которую она сама сказала ему при первой встрече.

Диана вздохнула. Нет уж, она ни за что не отступит! Если этот парень в каморке — образ художника, образовавшийся в ее голове, то тогда все сходится. Но если там реальный человек, то это не Илья. И проверить это можно лишь единственным способом.

«Могу я увидеть твою мастерскую?», — спросила она. И добавила: «Хотелось бы посмотреть, как ты работаешь»

«Разумеется», — ответ пришел мгновенно.

«Тогда до завтра?»

«До сегодня».

Точно. Диана улыбнулась. Ведь уже «завтра».

Диану под утро сморил сон, хоть она и боялась засыпать. Увидит она Севера или он лежит сейчас во тьме своей каморки? Попав в сон, Диана сжалась от холода. Мир больше не разрушался, но все деревья завяли, а холодный, пронизывающий насквозь ветер срывал высохшие, почерневшие листья и уносил их в мрачное небо. Сухая трава пригнулась к земле. «Его здесь нет», — подумала Диана и пошла вверх по склону, туда, где за холмом притаился Темный Лес. Грозовые тучи вновь сгустились над тем местом.

Диана села на землю и заплакала. Не помогали никакие мысленные увещевания, что это лишь сон, лишь проекция в ее голове, предвосхищение или что там еще. Она чувствовала, что Северу сейчас плохо, как никогда. И неважно, что это не взаправду, он страдал будто по-настоящему. В груди сжималась боль и тоска, Диана проклинала тот день, когда поехала на эти чертовы шашлыки! Если бы не нее купание, то с головой все было бы в порядке. А если эти кошмары на всю жизнь? Она точно сойдет с ума! Уже потихоньку сходит…

Диана легла на спину, не взирая на холод, и уставилась в тяжелое низкое небо. Врачи говорили, что мозг находился без кислорода критическое время, так, может быть, она на самом деле умерла и это место одновременно рай и ад? Каких только мыслей не приходило в голову от отчаяния… Диана даже думала, что, возможно, тот страшный огромный мужик прорвется сквозь завесу, поймает ее и будет издеваться над ней тоже.

— Диана? — голос Севера рядом раздался совершенно неожиданно. И тут же стало теплее. — Почему ты лежишь тут на траве?

Он присел рядом. Она смотрела на его удивленное и напуганное лицо, наверное, с минуту. Север тоже ничего не говорил, только тревожно хмурился и поглаживал ее плечо, будто успокаивая. Диана наконец села.

— Представь, ты засыпаешь, и каждый раз видишь одного человека, — начала она. — И этому человеку очень плохо. Так плохо, что невозможно смотреть. И ничего поделать тоже нельзя! Невозможно как-то повлиять на это. Просто стоишь и смотришь.

Север немного отстранился.

— Ты же не про меня говоришь? — с подозрением уточнил он. — Если что, мне совсем не плохо, скорее, наоборот. Я грущу только когда грустно тебе.

Как обычно, Север смотрел очень открыто и ласково. Здесь ему и правда не бывало плохо, в мире снов он был свободен и дышал полной грудью, он улыбался и делал то, что хотел. Но что же это за каморка?

— Нет, — мотнула головой Диана. — Просто подумала об этом.

Она соврала раньше, чем подумала, но угрызений совести не испытала.

— Такое бывает и в реальности, — произнес спокойно Север и повернулся навстречу легкому дуновению ветра. — Если кто-то из близких неизлечимо болен, например. Стоишь над его кроватью в больнице и видишь, что даже сильные наркотики не помогают. И нельзя прервать его жизнь, потому что это не только запрещено законом, а потому что и сам не готов отпустить. И видеть его боль тоже нет сил.

Север говорил так, будто точно знал, о чем говорит.

— Что? — Диана заглянула ему в лицо, но он все так же легко и спокойно улыбался. — Ты испытываешь нечто подобное?

— Да, наверное, — ответил он и пожал плечами, снова повернувшись к нему. — Я не помню, кто это, только помню, как было плохо, когда стоял над кроватью умирающего мужчины. Возможно, этот кто-то из моей семьи. И возможно, он — причина, по которой я нахожусь здесь.

Диана мотнула головой. Она упрямо продолжала думать о другой причине его присутствия — ее сумасшествие. Надо же, как изощряется ее пострадавший мозг! Что еще он выдаст?

— Диана, ты смотришь на меня так, слово, ненавидишь, — грустно произнес Север.

— Никого я не ненавижу! — вспыхнула она. Если бы он знал, что она видит и что чувствует?! Стоит ли рассказать? Надо ли ему знать или достаточно того, что он получает там? Хотя, если это лишь ее сон, то можно делать что угодно? Можно рассказать ему, а потом заставить забыть?

Но вместо того, чтобы начать говорить о каморке с картинами, она придвинулась к нему, толкнула в грудь руками, заставив лечь на траву, снова мягкую и свежую. И решительно задрав его футболку, она принялась гладить его и целовать. Шею, ключицы, грудь, живот. На них не было ни следа от побоев, лишь мурашки от ее напористых прикосновений.

Прежде они не заходили так далеко, и Север что-то невнятно и смущенно бормотал, легко пытался отстранить ее, но слишком неуверенно, чтобы она приняла всерьез его попытки, дышал часто и глубоко. Она стянула его футболку через голову, наклонилась, поцеловала. Какое-то ненормальное, сумасшедшее желание овладело ею. Диана никогда не была так близка с парнями, но тут, в собственном сне, она была уверена и раскованна. Максимально раскованна.

Север обнимал ее, уже не пытаясь вырваться. Конечно, это ведь ее реальность, и она в ней полновластная хозяйка. Да если она захочет, сможет создать тут вообще что угодно. Пусть и его руками!

Север исчез внезапно, Диана просто свалилась на траву опять холодную и пожухлую.