Хроники Хазарского каганата - Саша Виленский

Ознакомительный фрагмент

Она испуганно посмотрела на него и нажала ногой на педаль. «Господи, вот дура-то! Даже жалко ее как-то!».

Она открыла ворота маленьким пультом, и они въехали на стоянку перед домом. Вот и все. Как просто. Впрочем, самые лучшие пути — самые простые, это практикой доказано.

— Ты пока не выходи, — ласково сказал он. Моделька кивнула и сжалась на кресле водителя. Лейтенант быстро обошел машину, открыл ей дверь.

— А теперь пойдем — подал он ей руку. Ладошка у нее была потная, а пальцы — ледяными. Волнуется. Ну что ж, правильно делает. Как раз сейчас ей есть из-за чего волноваться.

В доме было прохладно и тихо. Только кондиционер шелестел.

В общем, чего-то такого он и ожидал: распахнулась дверь комнаты, и оттуда вышел Сержант. Остановился, остолбенело глядя на Лейтенанта.

— Ты чего, командир? — тупо спросил он.

— Да вот, ничего, — в тон ему ответил Лейтенант.

Повисло молчание.

— Я пойду? — осторожно спросила моделька.

— Да! — Нет! — они с Сержантом ответили одновременно. Девушка застыла на месте.

— Отпусти ее, — попросил Сержант.

Лейтенант помотал головой.

— Сам знаешь, нельзя.

— Никак?

Лейтенант снова с сожалением помотал головой.

— Жалко. Молодая совсем. Будь человеком, а?

— Вы о чем? — дура дурой, а поняла. Лейтенант поднял пистолет и выстрелил ей в лоб.

— Нельзя, Сержант. Ты ж меня сам учил.

— Ну да, было дело, — Сержант обмяк, глядя на раскинутое стройное тело. — Мог бы и пожалеть.

— Ты же знаешь — не мог. Слушай, а зачем тебе все это надо, а? Какой компромат? Какие документы? Тебе чего, денег мало было?

— Через меня за эти годы знаешь, сколько заказов прошло? И от каких людей? Меня — да и тебя — все одно грохнули бы потом и фамилии не спросили бы, а так был хоть какой-то шанс. Думал, им проще откупиться. Ошибся. Бывает.

— Ты, Сержант, не ошибся. Ты пожадничал. А ведь могло и выгореть, если бы был скромнее.

Лейтенант пожал плечами. Он сам не знал, зачем завел этот разговор. Все ж и так было понятно.

— А может вместе? Как раньше, командир? Вдвоем против всех, а?

Неужели он не понял, что Лейтенант продумал и этот вариант. Если бы в этом был хоть какой-то проблеск надежды, он бы согласился, но тут безнадежный случай.

— Извини, Сержант. Не получится.

Сержант поднял руку, чтобы заслониться от пули, но ясное дело, не удалось. От пули не заслонишься.

Лейтенант вспомнил про застреленных Сержантом женщин и малодушно подумал: может, это возмездие? И самому стало стыдно от такой глупости. А девочку эту сейчас кто пристрелил? Ну да, так было надо, кто бы сомневался. Только вот чья бы корова мычала, получается. Возмездие какое-то придумал.

Примчись полиция на пару минут раньше — и Сержант, возможно, остался бы жив. Он, похоже, умудрился их каким-то образом вызвать, или же какая-то хитрая сигнализация сработала. Но в курортных городках полиция не спешит. При желании Лейтенант пристрелил бы пару-тройку этих неуклюжих парней, умеющих справляться только с пьяными в барах, да с подростками, курящими косячок. Но это было бессмысленно, а парни эти ни в чем не виноваты. Жалко только, что так глупо попался. И еще модельку жалко.

* * *

— В общем, там приняли решение об экстрадиции, а родной суд припомнил все — информирован он был неслабо и дал по максимуму. Что, если посмотреть абстрактно, довольно-таки справедливо. Ну, вот он я, как есть. Кто следующий? — Голубой обвел взглядом присутствующих.

— Нет, господа, на сегодня этого душевного стриптиза достаточно! — Желтая жестом остановила Голубого, готового возразить. — Не волнуйся, все всё расскажем. Только не сразу. Утомительно.

И все как по команде ринулись кто куда. У душа и туалета даже пробка возникла.

Сергей направился к бару. Надо было срочно выпить и как следует подумать. У него довольно сильно болело где-то внутри, он знал, что это просто элементарный страх, но было буквально физически больно. С другой стороны, размышлял он, щедро наполняя стакан, от судьбы все равно не уйдешь.

— Ты не знаешь, когда пуля попадает в голову, это больно?

Он обернулся. То ли мисс Блю подошла сзади так тихо, что он не заметил, то ли он вообще плохо отражал действительность, занятый рассуждениями о бренности собственной жизни.

— Не знаю, — попытался он пошутить. — Мне никогда в голову пуля не попадала.

Получилось неловко. Да и шутка была не Бог весть какая. Мисс Блю даже не улыбнулась, наливая себе коньяк.

— Думаю, если сразу убьет, то не больно, — начал рассуждать он уже серьезно. Эти мысли его и самого занимали. — Хуже, если она только ранит, а такое тоже бывает. Боюсь даже представить, каково это.

— А где, интересно, у них стволы установлены? — раздался голос с другой стороны. Это подошли Желтый с Красным, видно, срочно выпить надо было всем. — Как-то же их должно быть видно?

— Вряд ли, — сказал Сергей. — Судя по тому, как они все тут продумали, уж этот-то момент рассчитан достаточно точно. Не могли же они не понимать, что мы начнем искать источники выстрела?

— Судя по тому, что входное отверстие было со стороны лба, выстрел производится автоматически, через некое призменное устройство на противоположной стороне комнаты, — уверенно сказал Голубой.

— А как ты понял, что стреляли в лоб, а не в затылок?

Голубой пожал плечами.

— Это же сразу видно, не перепутаешь!

— Ну да, — саркастически отозвался Оранжевый. — Тебе видно, ты ж у нас специалист.

Голубой мрачно посмотрел на юношу.

— Остроумный ты наш! Давно никто не учил, как со старшими разговаривать?

— А что ты мне сделаешь? Застрелишь? — Оранжевый сначала хихикнул, потом засмеялся, потом его начало трясти от хохота. «Истерика», — равнодушно подумал Сергей. Голубой тоже видно сообразил, что парню плохо и быстро, резко хлестнул его по щекам, сначала по одной, потом по другой. Оранжевый перестал смеяться, удивленно посмотрел на Голубого, помолчал и вдруг разрыдался.

— Довели парня?! — Желтая обняла Оранжевого за плечи, увела в сторону, бросила, обернувшись:

— Не стыдно?

— Нам же должно быть и стыдно! — Голубой сделал большой глоток, поморщился.

— Молодой еще, боится. Интересно, а он что, думал, что именно ему повезет? Что как раз его, молодого и красивого, выберут женщины в качестве того единственного, кто будет жить? А почему не меня, например? — Красный картинно напряг мускулы, но сразу как-то обмяк. — Что делать-то будем, а? Как выбираться из этой задницы?

— А как ты выберешься? — вступил в разговор Синий. — Никак ты не выберешься. Лотерея.

— Нет, брат, не лотерея, — Красный размышлял вслух. — Эти суки ставят над