Восхождение язычника 2 - Дмитрий Шимохин

С грустью я вернул клинок на место.

— А кольчуги? — я провел рукой вдоль стоек с ними.

— От пятнадцати до двадцати пяти, многое от плетения зависит или от того, вплетены ли железные пластины в саму кольчугу.

— А луки у вас есть? — дошла очередь до того, за чем я пришел.

— Да есть, — и парень удалился буквально на пару минут.

— Вот и они, — выложил на стол два лука, один простой, к какому я и привык, а вот другой был так называемым сложносоставным. К его плечам крепились костяные пластинки, что для натяжения требовало дополнительных сил, но и выстрел был сильнее, несмотря на небольшие размеры лука.

— Сколько? — я сразу вцепился в это сокровище. Хочу!

— Девять золотых.

Дорого, а к нему еще и колчан со стрелами надо. Если бы не благодарность Андроса, пришлось бы уйти ни с чем. А так вполне даже можно, а ведь, помимо денег от янтаря, у меня есть еще и заначка, монеты, которые мне Рознег подкинул, а там семь золотых.

— За восемь возьму, — я продолжал крутить лук.

— Это с Петром надо говорить, я не смогу такую цену дать, — вздохнул парень.

— Так зови.

Сзади раздался какой-то грохот, и я обернулся.

— Оно само, я ее не трогал, — голос у Гостивита был удивленный. Кто бы сомневался. Гостивит уронил стойку с копьями.

— Эх, — парень грустно вздохнул и пошел поднимать копья.

Я же посмотрел на Гостивита, который начал помогать.

— Что за шум? — в лавку зашел сухой старик, который подслеповато щурился.

— Да, вот упало, — мальчишка показал на стойку.

— Понятно, а я вижу, лук присмотрели, хорошая работа и недорого совсем, девять золотых, — начал расхваливать товар старик.

— За восемь возьму, — я серьезно на него посмотрел, торговаться, как дед, я не умел, но, судя по местным ценам, придется учиться.

— Хм, — ромей задумался, — если еще и стрел возьмешь больше чем на золотой, отдам и за восемь.

— А еще я вещи ваши могу укрепить по медной монетке за вещь, — рядом появился мальчишка.

— Укрепить, это как? — я что-то даже и не понял, о чем он.

— У меня сила есть, она на вещи действует, я могу ей вещи укреплять и делать прочнее. Бронь становится тяжелее пробить, а на лезвии меча меньше зарубок остается. — Увидев, что я задумался, он зачастил: — Священник меня смотрел в самом Константинополе и сказывал, что эта сила от самого бога идет.

— О как, ну давай посмотрим, — и я вытащил нож и положил перед мальцом.

Он, взяв в руки, посмотрел на лезвие, немного скривился и, прикрыв глаза, начал тихо шептать молитву, в которой я разбирал только отдельные слова.

А нож в его руках засиял буквально на секунду.

Ну ни черта себе, еще один одаренный, и сила такая интересная.

— Вот все, с вас один медный фолис, — и мальчишка улыбнулся.

— Держи, — и я, выудив из кошелька монетку, положил перед ним.

— Благодарю. Только укрепление полгода продержится, а после все как и было станет, — и мальчишка от меня отбежал, поглядывая на мою реакцию.

Вот хитрый ромей, хотя и так неплохо. А сам нож был едва теплый.

Надо бы проверить, насколько он крепче стал.

Не дождавшись от меня реакции, старик заговорил:

— Ты стрел принеси колчан и тетивы две захвати, — он обратился к мальчишке.

— Ага, хорошо, — и тот умчался во внутренние помещения.

— А неплохо мальчишка умеет, — я поделился своим впечатлением.

— Неплохо, — согласился старый ромей, — только отец его кузнецом был и мог сразу так предметы укреплять, может, и не так сильно, как он, зато навсегда. Жаль только, плохо кончил, — грустно вздохнул старик.

— Это как плохо? — удивился, такой талант лелеять надо.

— Ну, у него кузница была в Константинополе, да и сам он был кузнецом отменным, много к нему богатых клиентов шло, вот кому-то это не понравилось. Разорили его, кузницу и имущество забрали в счет уплаты долгов, а самого на каменоломни отправили отрабатывать оставшиеся долги. А я вот сестру с её сыном и приютил, а мальчишка способный, весь в отца, — и старик грустно улыбнулся.

— Это как так разорили-то? — я аж удивился.

— Ну, я сильно-то всего и не знаю, — пожал плечами старик, — вроде как заказ ему поступил на брони и мечи, да еще и в тот момент, когда у него материала не было, а он взялся, только металл заказал, но там он запаздывал, а сроки поджимали, ну он у других людей и заказал, а они с деньгами и пропали, потом через гильдию попытался, но там или не помогли, или помогли так, что только хуже сделали. Срок подошел, заказ не готов, а денег нет, вот и забрали все.

— Его подставили, и заказ был подставной, — я аж нахмурился, ничто не ново под луной.

— Я тоже так думаю, разве кому что докажешь, тем более если денег нет.

— Да, невесело у вас тут, — я грустно усмехнулся.

А старик взглянул на меня исподлобья.

— А у вас что, по-другому, у кого сила и власть, тот и прав, — и ударил кулаком по столешнице.

— Бывает и так, а бывает и по-другому, — и я вспомнил историю Говши, как он смог вернуться и отстоять свою правду.

— Вот и у нас бывает по-разному, — и старик вздохнул.

— Вот я принес, — и мальчишка положил на стол колчан и две тетивы из шёлка.

Я же начал осматривать колчан, обычный, простой без всяких прикрас, не то что мой старый.

Ровные древки стрел и хорошие боевые наконечники, двадцать пять их было в колчане.

— За один золотой и пять серебра отдам колчан со стрелами, — произнес старик.

Девять золотых и пять серебра выходит, дороговато, но чего уж, для себя беру.

— Сейчас только лук проверим, — я подхватил тетиву и накинул на плечи лука, пришлось поднапрячься, чтобы согнуть их и накинуть тетиву.

— Тетива хорошая, может долго в таком состоянии быть, — вставил свое слово старик.

Я же натягивал тетиву, тяжеловато идет, непривычно, зато стрелы смогут дальше лететь. Надо будет тренироваться с этим луком.

— Хорошо, беру, — достав кошелек, я отсчитывал требуемые монеты.

— Гостивит, Дален, давайте свои топоры, — и первым полез доставать его из петли.

— А зачем? — удивленно спросил Гостивит, но все же достал.

— А ты разве не видел? — поинтересовался у него Дален.

— Неа, я кольчуги смотрел, — помотал головой Гостивит.

— Вот сейчас и увидишь, — ответил я.

— Укрепишь? — я спросил у парня. Он кивнул и приступил к работе.

— Яромир, он как ты, получается, одарённый? — схватил меня Гостивит за рукав. — А что он делает?

— Вещи укрепляет, —