Сохрани. Уничтожь - Мария Хронос

и требовательными, где ее сердце стучало так громко под его ладонью — и стучало только для него одного. Не было времени. Не было боли. Не было Астеля, сопровождения, чертовых таблеток и маячка…

— Киран, — Крис вдруг замерла, упираясь руками в его грудь. — Прекрати…

— Что? — он опешил, отстранившись и глядя в её болезненно сморщившееся лицо.

— Ты делаешь мне больно!

— Крис, я… Я ничего не делаю, — он растерянно окинул ее взглядом. Сжалась под ним, прижимая руки к груди, заметалась на постели. Киран взволнованно коснулся ее плеча, и Крис закричала, выгибаясь от боли.

— Хватит! Киран, прошу тебя!

Режущий вспорол нежную кожу, оросив Кирана кровью.

— Крис!

Теплые капли брызнули на лицо. Снова и снова. Рубашка из белой стала багровой — и Киран закричал, прижимая к себе Крис.

— Крис! Крис! Я не хотел! Я не хочу причинять тебе боль! Крис! Пожалуйста!

— Киран… — она захрипела, и у рта надулись кровавые пузыри. — Я… тебя…

— Помолчи! Святые, Крис, помолчи! Ооооо…. Черт…я сейчас… я…

Его бросило в холодный пот. Дрожащие руки беспорядочно блуждали по ее ранам, пытаясь сделать хоть что-то, пытаясь зажать вспоротые вены, вскрывшуюся артерию — но руки только больше погрязли в крови, Крис все сильнее булькала и хрипела, содрогаясь под ним, пока наконец взгляд ее не застыл, устремившись в потолок.

Последний выдох вырвался из легких с тихим сипением.

— Нет, — Киран прижал ладонь к ее щеке, пачкая красным лицо. — Нет. Нет, нет, нет! Крис! Крис, пожалуйста! Не бросай меня. Крис! Я не мог… я… Нет!!!

Руку обожгло чудовищной болью. Он бросил короткий взгляд на плечо и увидел, как из него, вспарывая кожу и мышцы, ползет маячок.

Пип. Пип. Пип.

Он ярко мигал, издавая сигнал. Как чертова бомба, готовая через секунду взорваться. Веки жгло. Слезы кипели на глазах кислотой.

— Крис! Криииииииис!

Резкий вдох.

Он вскочил. Сел, смаргивая слезы.

Вся постель. Белье. Кожа. Всё было холодным и мокрым. Киран лихорадочно поводил ладонями по сбитой простыне. Включил свет, чтобы убедиться, что это не кровь.

Просто пот. Просто взмок, как мышь, умирая от страха.

Выдох.

Убрал волосы, прилипшие к лицу, ощущая, как натужно колотится сердце.

Реальность медленно вступала в свои права, не спеша вытеснять остатки ужасного сна. Мёртвые глаза Крис все ещё так ярко стояли перед глазами, что Киран позволил себе слабость поплакать ещё, судорожно сжимая в руках одеяло.

Грудь теснила такая опустошающая боль, что даже пульсирующее плечо едва отвлекало. Киран вцепился зубами в край одеяла. Прижал его к лицу так крепко, как только мог.

И закричал.

Крис была жива. Они говорили всего каких-то два дня назад — с тех пор она избегала его, выходя из гостиной всякий раз, как Киран появлялся на пороге. За обедом все так же шутила с Зеном, Армони и Вин, но больше не поднимала на него глаз. Садилась всегда подальше, словно одно только присутствие рядом с ним теперь было слишком болезненным — и Киран не смел нарушать ее безмолвный запрет.

Он сам отменил все тренировки. Он сам не понимал, как дальше смотреть в её глаза, после всего, что ему пришлось ей наговорить. Он сам причинил ей боль, и ему придется жить с этим, придется помнить тот взгляд, который она подарила ему на прощание — взгляд, полный презрительного разочарования. Взгляд, обвиняющий в трусости.

Но…

Она была жива.

Киран выдохнул, отбрасывая одеяло, быстро отирая ладонями лицо. Ещё дрожащими руками стянул мокрую простыню, снял наволочку и пододеяльник.

Не важно, сколько кошмаров ему придется пережить. Не важно, как сильно Крис станет его ненавидеть.

Не важно, как быстро забудет его.

Когда он исчезнет во тьме, Крис останется, чтобы жить и дышать в мире, полном любви и света. Она останется там, где её настоящее место.

Не с ним.

Глава 39. Слабость

— Джер, — Киран тихо взвыл, когда руку в очередной раз вывернуло раздирающей болью. — Ты достал их? Скажи, что достал. Святые, молю тебя.

В трубке зашуршало. Голос Джера звучал отдаленно и глухо.

— Ох... Киран. Я сказал, что постараюсь как можно быстрее. Я делаю все, что могу. Но пока…

— Джер! Я подыхаю! Ты слышишь меня? Я сейчас сдохну!

— Киран...

— Отрежь мне гребаную руку! — всхлипнул Киран. — Это невыносимо! Я устал. Блядь, я так устал! Я не хочу сдаваться им, Джер. Не хочу…

— Я знаю. Киран, я знаю. Потерпи, прошу тебя. Мы что-нибудь придумаем. Ты сможешь продержаться… Ещё два дня?

— Ты издеваешься? — Киран прижался спиной к стене, скатываясь вниз. — Мне нужно что-то. Прямо сейчас! Обезболивающее не помогает. Ничего не помогает! Джер… Ты можешь облегчить боль? Хоть как-нибудь? Прошу тебя…

— Я сейчас не в городе, но уже выезжаю. Всего несколько часов, и я буду...

— Несколько часов? — заорал Киран вне себя от ужаса. — Джер, ты знаешь, что со мной станет за несколько часов?! Мне... Мне сегодня же нужно выйти на смену. Я должен. Я должен быть в порядке. Я должен выглядеть, как обычно. Должен...

— Киран, — Джер тяжело вздохнул. — Я сделаю все, что смогу. Ничего не принимай, пока я не приеду. Я знаю, тебе больно. Очень больно. Но прошу тебя. Никаких таблеток и алкоголя. Это только все усложнит.

Киран снова завыл, откидываясь к стене. Горячие слезы текли по лицу вперемешку с холодным потом.

— Жди. Я скоро буду. Так скоро, как только смогу.

— Нет... — тяжело дыша, отозвался Киран. — Нет, подожди. Не бросай трубку. Ты можешь поговорить со мной? Можешь просто... Поговорить, пока едешь. О чём-нибудь. Не важно. Я боюсь... Мне страшно, Джер. Я боюсь отключиться. Раньше никогда не было настолько...

— Я здесь. Не могу обещать, что проговорю долго, но пока связь не пропадёт... — в трубке снова послышался металлический треск. — Кристоль тебе рассказала?

— Что? — Киран на секунду забыл о боли. — О чём?

Джер замялся, явно сомневаясь, стоит ли продолжать. Послышался назойливый пищащий звук: похоже на сигнал, который раздается в авто, когда не пристегнут ремень.

— Джер, — настойчиво позвал Киран.

— Мне не следует это говорить, — глухо отозвался Спаркс. — Как врач, я просто не имел бы права. Но как ее отчим... Бывший отчим. Не важно.