Наследие стражей. Иди... Том 1 и Том 2 - Алексей Климин

Почувствовав некое — не свое, обреченное недовольство, понял, что Руди решил все-таки послушаться. Вот, так-то уже лучше — хоть дышать легче стало!

Сам же я как несся вперед, так и продолжал с той же скоростью перебирать ногами.

А тут и с компанией гвардейца не сложилось. Подручные Рарша, хоть старались поспевать за хозяином, но и огрызаться своими атрибутами не забывали, не подпуская нас близко. Солдат же оказался видно магом совсем слабым, так что щит его после первой же совмещенной стихийной атаки снесло и новый, достойный, он так соорудить и не смог. В общем, когда я раз на третий прикрыл его своим щитом, стало ясно, что он мне в этом деле не товарищ, а лишь тормоз.

— Иди назад, не мешай! — вынужден был рявкнуть на него, когда он опять, путаясь у меня под ногами, шарахнулся от очередной атаки.

Все эти происшествия так и не позволили мне хоть сколько-то ощутимо уменьшить расстояние между мной и Раршем с его компанией. А вот башня заметно придвинулась и стала видна лестница с галереи, спускающаяся на площадку к ней.

Козлине с Юлькой оставалось до нее всего ничего!

Воздухом и огнем пробить совмещенный щит «ассасинов» у меня не выходило, а другими стихиями я не владел. Но мысль, что однажды они все равно должны были проявиться, и почему бы не попробовать призвать, к примеру «землю», прямо сейчас, как-то сама накрыла меня.

Я остановился и коснулся руками камня пола.

«Пожалуйста… надо! Очень-очень надо!», — принялся я уговаривать, то ли себя — неумеху, то ли спящий еще дар, то ли Судьбу, чтоб хоть однажды хоботом мотнула именно в ту сторону, в которую требуется именно сейчас, и именно что — позарез.

Кто-то?… что-то?… отчаянный клич мой услышал!

В пальцы толкнулось так, будто камень ожил и я ощутил составляющие пола. Не железобетон. Понятно. Железа не обнаружилось, зато просмоленные и неотзывчивые бревна имелись. Но вот между ними мешанный с камнями… все же цемент?… глина?… да пофиг!… главное, я точно мог превратить это в пыль!

Верхние шлифованные плиты пошли дыбиться волной, точь-в-точь как у Мара земля в лесу или песок на турнирном поле. Я довел ее до ног удирающих «ассасинов» и руки сжал, кроша все, что там имелось, в труху. Раздался хруст камня, и мужики с громкими воплями провалились!

Но моя неопытность не позволила мне рассчитать пролом так, чтоб он попал под ноги и Раршу.

Пока сам бежал до дыры, успел увидеть, как тот на шум резко обернулся, отчего обморочная девица начала выскальзывать изего рук, он попытался ее удержать, но видя приближающегося меня, выпустил совсем, и та, как была без чувств, так безвольно на пол и завалилась. А он, наподдав по спине остановившейся было Юльке, ухватил ее за руку и припустил к лестнице, которая была от них уже всего метрах в трех.

Я к этому моменту добежал до пролома. Сквозь пыль в дыре увидел, что на груде камней, щебня и какого-то раскрошенного до состояния песка раствора, лежит, наполовину погребенный один из «ассасинов». И он точно уже неживой. Второй же, почти выбравшийся из завала, видно пострадал меньше, и стоило мне высунуться через край, как он запустил в меня воздушными лезвиями.

Бликующие бумеранги я отбил и сразу же окатил его огнем. Тот заорал так, что стало понятно — в ближайшее время он мне не противник.

Сколько вложил в фаер силы? Не знаю. Мне было не до расчетов атакующего атрибута. Я спешно мостил воздушную подушку под ноги себе, чтобы сигануть туда — в дырищу.

Но эта схема тоже была отработана не очень, так что, приземляясь, в щиколотке ногу я все же подвернул. Боль в ней дернула резко, но через мгновение, пошла на спад, дав знать, что это не перелом. Но именно из-за нее, занятый собой, упав, я даже не огляделся толком. И даже дикий вой обожженного воздушника сразу к нему моего внимания не привлек.

Но стоило отвлечься от собственной ноги, как я его и увидел…

Он еще орал пронзительно — вереща на одной ноте, а меж тем, ни волос на голове, ни глаз… да лица в принципе, у него уже не было! Все превратилось в сплошное обугленное нечто. Как и одежда, вместе с кожей на груди… и руки, которыми он хаотично еще дергал…

И я б, наверное, сам вырубился от такого близкого и страшного вида гибнущего человека, но, то ли общий напряг происходящего, то ли собственная боль в ноге, то ли все же шок неприятия реальности, но в данный момент рассуждалось как-то на удивление рационально и отстраненно. Я смотрел на него и кроме констатации факта, что, дескать, отлично — минус два урода, ничего не ощущал.

Тут рядом приземлился Мар, продавив собой свеженасыпанный щебень и подняв очередное облако пыли, пихнул меня в плечо и прогудел:

— Чё ты любуешься на него? — и, молниеносно выкинув руки в сторону вопящего воздушника, одним движением свернул ему шею. — Погнали!

Действительно, что это я? Рарш, волоча за собой эльфийку, уже приближался к двери в башню.

Ну, мы с Маром и понеслись. Остальные наши, кажется, пошли более простым путем и теперь спускались по лестнице. Только гвардеец остался на галерее, крича оттуда, с высоты, несшимся со всех сторон к завалу охранникам:

— Приказ герцога! Не препятствовать!

Мы ж с громилой бежали к двери, которая только что закрылась за Раршем и Юлькой, и долбали в нее, чем только могли. В смысле, Мар-то мог и валуном, подхваченным из обвала, приложить, а я все больше фаерами, усиленными воздухом, поскольку ума пока хватало в столь сложной ситуации с вновь познанной стихией не экспериментировать.

Перед самой дверью остановились и жахнули уже совмещенным атрибутом. Когда створку проломило, оттуда, конечно, вырвалось что-то огненное, но сложную схему городить и накачивать ее силой Козлине похоже, было совсем некогда, так что то, что вырвалось, нас даже не остановило. И, прикрываясь щитами, мы миновали пламенный вихрь насквозь, не останавливаясь.

И все же Рарш нас основательно опережал.

Эта башня, в отличие от нашей, замковой, была полой. То есть, если перекрытия этажей и существовали здесь когда-то, то теперь были или демонтированы, или в каком-то давнем бою снесены, а потом так и не восстановлены. В общем, труба, диаметром метров в тридцать, просматривалась ввысь полностью, тормозя взгляд только где-то там, на высоте этажа шестого. Лестница