Последний хартрум - Женя Юркина

подгонял Пернатый дом, и тот стремительно приближался. Это казалось сном, невероятным поворотом судьбы, снова подарившей шанс на спасение. Риз бросился к парапету, размахивая руками, точно моряк терпящего бедствие судна, но минутная радость померкла, когда он заметил лестницу, по которой стремительно взбирался удильщик. В ножнах на его поясе предупреждающе позвякивали лезвия метательных ножей. Всего пара метких бросков могла прикончить беглецов раньше, чем Пернатый дом подоспеет на помощь.

Риз подхватил дубинку, отвоеванную в подвале, и вернулся к краю крыши, что служил опорой для деревянной лестницы. Он собирался встретить противника крепким ударом, но тот оказался слишком быстр и ловок, взлетев на парапет. Марта испуганно заверещала и отскочила назад, прячась за спину Риза. Это ему польстило и придало решительности. Не дожидаясь, пока в него полетит нож, Риз атаковал первым, швырнув шипастую дубинку. На меткость и силу он не рассчитывал, надеясь застать удильщика врасплох и, если повезет, скинуть его вниз. Увы, не повезло. Снаряд описал нисходящую дугу и с грохотом врезался в парапет. Противник даже не дернулся, сохранив равновесие, и достал из ножен пару метательных ножей: по одному на каждого беглеца. Его ответный бросок вышел куда точнее, и лезвие вонзилось в крышу, словно молния, в опасной близости от Риза. Не среагируй он вовремя, мог бы уже похвастаться сталью в ноге. Второй нож, пущенный второпях, просвистел мимо, едва не задев плечо.

Риз попятился, увлекая Марту за собой. Он чувствовал приближение своего безлюдя, слышал тихий клекот его механизмов и видел наползающую на крышу тень. Удильщик, впервые встретивший летающий дом, на мгновение оторопел, но веревочная лестница, сброшенная из окна, ответила на его немой вопрос, и он устремился вперед.

Риз подсадил Марту, едва ли не подбросив ее вверх, чтобы она могла ухватиться покрепче. Ее алое платье реяло на ветру как знамя и мешало, пока она карабкалась наверх, двигаясь намного медленнее, чем удильщик. За несколько размашистых скачков он добрался до Риза и напал со спины, впечатав его в парапет.

От удара руку прошила дикая боль и кости хрустнули так забористо, будто раскрошились в труху. Думать об этом дольше секунды Риз не мог и двинул локтем то ли в живот, то ли в лицо. Противник был невысоким и достаточно щуплым, выигрывая в маневренности, но не в рукопашной стычке. Риз стряхнул его с себя, вмазав еще и ногой, потянулся к лестнице – его пальцы скользнули по деревянной перекладине и тут же провалились в пустоту. Тогда он сильнее подался вперед, но от неожиданного толчка в спину перевалился через парапет, головой вниз. Риз даже не понял, что падает. Его будто вышибло из тела, как воздух из легких.

Тем не менее, когда он плашмя рухнул на что-то твердое, слегка отпружинив, каждая косточка отозвалась в нем, почти закричала о своем присутствии. Поверхность, прервавшая его падение, была округлой и подвижной. Не глядя, он судорожно схватился за скользящую под ним опору и внезапно осознал, что сжимает в кулаке перья. Пернатый дом, на который он приземлился, среагировал на его грубость и резко рванул вперед. Прижимаясь к пернатой крыше всем телом, Риз боялся пошевелиться, пока безлюдь не сбавил скорость, а высунувшийся из окна Флинн не окликнул его. С помощью друга и страховочной веревки Риз медленно скатился вниз и, держась здоровой рукой за выступ на крыше, нырнул в окно.

Он растянулся на полу, не в силах пошевелиться. От напряжения все тело трясло, как у больного лихорадкой. Он не мог ни дышать, ни говорить. Казалось, что стоит открыть рот, и сердце выпрыгнет через горло. А уж когда безлюдь заложил крутой вираж, набирая высоту, Риза чуть не вывернуло наизнанку.

Он пришел в себя лишь после того, как услышал голоса, и, не веря своим ушам, решил убедиться, что не поймал галлюцинацию. На борту Пернатого дома оказался еще один пассажир, к которому прильнула рыдающая Марта.

– Почему он связан? – спросил Риз, не зная, что его поразило больше: само присутствие Лэрда или его нынешнее положение.

– Илайн собралась скидывать его в море, если с тобой что-то случится, – ответил Флинн, похлопав его по плечу. Это была та самая рука, пострадавшая от удара. Риз поморщился от боли, и друг тут же принялся по-врачевательски ощупывать ее, проверяя, нет ли перелома.

– Видишь, Ри, мои методы работают лучше, – с самодовольной ухмылкой сказала Илайн, щелкнув тумблером. Безлюдь выровнялся, и она позволила себе ненадолго оставить панель управления без присмотра, чтобы обнять Риза и шепнуть ему на ухо: – Я так боялась опоздать…

Раньше она никогда не признавалась, что чего-то боится, и потому ее внезапное откровение было особенно ценно.

– Я в порядке, – выдавил он, смутившись такому вниманию от обоих. Флинн подтвердил, что кости целы и дело обошлось только вывихом плеча.

– Куда вы нас везете? – взвыла Марта, прервав их дружескую идиллию.

Илайн резко переменилась в лице, словно внутри нее щелкнул тумблер.

– Ри, сам с ней разговаривай. Ты ее притащил – ты и развлекай. Сил моих больше нет…

Она вернулась к панели управления и весь полет не проронила ни слова, точно оскорбленная присутствием Марты. Ризу удалось успокоить ее нытье обещанием, что они летят в безопасное место, где их ждет Нил.

Когда безлюдь приземлился в бухте, первыми к выходу поспешили Лэрды. Воссоединение их семейства Риз пропустил. Илайн и Флинн тоже покинули Пернатый дом, однако вскоре его исцеляющее одиночество нарушил шпион Охо. Сегодня его длинные волосы были собраны на затылке в такой тугой хвост, что, казалось, у него даже разрез глаз поменялся.

– Рад, что не ошибся в вас. – Он почтительно склонил голову.

Риз метнул в него презрительный взгляд.

– Вы сдали меня Брадену.

Ни один мускул не дрогнул на смуглом лице шпиона.

– Он хотел получить информацию о вас, а вы – шанс себя проявить. Мы только все устроили. И теперь готовы обсудить дальнейшее сотрудничество.

– Я построю для Охо летающие дома, а взамен рассчитываю получить гарантию безопасности: для меня, моих друзей, близких, сотрудников, безлюдей в Делмаре и Пьер-э-Метале… – отчеканил Риз, потом запнулся и, взвесив все, добавил: – И для семьи Лэрда.

Шпион удивленно вскинул брови.

– Вас штормит, господин Уолтон? То вы воюете с Лэрдом, то спасаете его. Как это понимать?

– Наверняка вам известно истинное положение вещей. Не заставляйте меня пересказывать все. У Лэрда есть дети – и они помогли мне. Я прошу за них в знак благодарности.

Шпион задумчиво прищурился, отчего его глаза сделались узкими, как прорези, и после затянувшейся паузы твердо сказал:

– Охо все уладит, только наберитесь терпения.