Шоссе Петля - Олег Новгородов

как футбольный мяч, вместо чтобы отлететь от паса, укусил игрока за ногу. Наверняка проекту предшествовало длительное изучение суеверий, процветающих в глухих деревнях, слухов, легенд, сортировка их на реальные и полностью вымышленные… И денег в это вложено немало: формирование базы данных, систематизация, командировки, да и подбор идеальных кандидатов в подопытные должен был влететь в копеечку.

Сперва я был уверен, что устроители эксперимента оборудовали подъезд системами видеонаблюдения, а в квартиру внедрили «жучки» прослушки. Но, скорее всего, этого они не могли себе позволить. Условия, именуемые в протоколе «инициирующими», требовали предельного сходства с естественными. То есть никаких посторонних взглядов, никакой техники. Если и смонтировали камеры, то на улице, но записей с них я не видел. Здесь как в лаборатории: посторонняя бактерия в пробирке – опыт насмарку.

А «посторонней бактерией» оказался курьер из пиццерии, попавший не в то время и не в то место.

Я всё пытаюсь представить себе, как это происходило. Как неумолимо нагнеталась в квартире атмосфера напряжения, ожидания беды… Полагаю, что первый страх они испытали, вернувшись со своей короткой экскурсии «к соседу», после которой агент попрощался с ними и закрыл дверь на два замка…

____

-2-

Пока Наталья стояла на балконе с сигаретой, обозревая окрестности, некурящая Гуля заваривала чай по какому-то восточному рецепту.

Презрев двадцатилетнюю разницу в возрасте, они быстро нашли общий язык. Обе увлекались эзотерикой, нетрадиционной медициной и заводили анкеты на сайтах знакомств. Обе не стрессоустойчивы, сверх меры впечатлительны; та и другая пробовали себя в творчестве, но больших успехов не достигли. Гуля имела на счету попытку самоубийства; Наталья по сфабрикованному уголовному делу провела полгода в исправительно-трудовой колонии, где обзавелась погонялом Натаха-приблуда; от нее ушел муж, а сама она, по ее выражению, превратилась в моральную развалину. Гуля замужем пока не была и в роли чьей-то жены себя даже не видела.

- Наташ, куда балкон выходит? – спросила Гуля, когда напарница вернулась.

- На лесопосадку, - вздохнула Наталья, протирая очки салфеткой. – Тропинку видно, гаражи, дальше шоссе это дебильное, как его…

- Петля.

- Угу. А за ним еще лес.

- И оба окна туда же?

- Ну да.

- Здоровски! – Гуля накрыла кружки блюдцами и присела к столу. На кухне было тесновато. – Как выбираться будем, если что?

- Не знаю. Если что, нам с тобой того… - Наталья жестом изобразила трахеотомию. – Я с балкона сигать не собираюсь. Я вообще больше на него не пойду.

- Почему?

- По-моему, он еле держится. Ветер посильнее дунет – сорвет.

Они помолчали, думая об одном и том же.

- Людей не видала? – грустно спросила Гуля.

- Ни-ко-го. И мы никогошеньки не видели, пока перлись с остановки. И в автобусе с нами никого не было. Давай смотреть правде в глаза, Гулечка. Мы с тобой сидим в чертовом расселенном доме на окраине чертова расселенного района. В квартире, где спилось до смерти не одно поколение алкашей.

- Но он-то не спился? – Гуля мотнула головой в сторону прихожей. Их, сидящих на кухне, отделяли от входной двери две комнаты, и это радовало. Огорчало, что ванная-туалет располагались рядом с дверью.

- Нет, - дрогнувшим голосом ответила Наталья и нервно взъерошила свою короткую челку. – Он не спился.

- Как думаешь, он настоящий?

- Да. Он настоящий. Я плечо пощупала – стылый, как ледышка. Агент сказал, это байкер. Врезался на полной скорости в отбойник, потом кинуло под иномару в левом ряду. Как по левым рядам гоняют, небось сама видела. Он весь шитый. И еще. Они его не бальзамировали. Он тухнет изнутри, если понимаешь, о чем я.

- Тухнет… изнутри? – сглотнула Гуля.

- Ты запашок не учуяла, не?

- Я же с насморком. – Гуля хлюпнула носом.

- Странно, должно было прошибить. По ходу, ему уже третий день идёт, или четвертый. За две недели сгниет до костей. Надеюсь, нас туда больше не поведут.

Несколько секунд они сидели тихо и прислушивались к доносящимся извне звукам. Но только лампа потрескивала на лестничной площадке.

- Вещички-то из квартиры не вынесли, - сказала Гуля. – Почему, интересно?

- А тебе не пофиг? Может, кого-то из хозяев наших хата. Хотя, нет, больно всё дешевое и старое. Трюмо и то заплесневело.

- Давай пить чай. Господи боже. А мне ведь еще надо в туалет!

- Ну так и что? Пять шагов сделать не можешь? Дверь-то бронированная… Да и душ когда-то надо будет принять.

- Дверь бронированная, - согласилась Гуля, меланхолично кроша в тарелку бисквит. – Проблема в том, что на ней нет ни щеколды, ни цепочки. И ключей у