Хранитель лабиринта и пленница белой комнаты - Владислав Чернилевский

Ознакомительный фрагмент

– Не думаю, что это хорошая черта характера, – возразил я.

– Я и не говорила, что это хорошая черта характера, – уколола девушка.

Ей надоели мои жалобы, и таким ответом она намекала, что мне пора перестать ныть. Превращать общение в игру «давай я тебя пожалею» она не собиралась. Я мысленно согласился с ней и не стал спорить.

Девушка тем временем удобно расположилась на подоконнике, прижала зайца к груди и, положив голову на гладкое стекло, произнесла:

– Ты в прошлый раз не ответил.

Попытка понять, что она имела в виду, напоминала прыжок с головой в воду. Нырнул, убедился, что нужного воспоминания нет, вынырнул обратно. Я любил погружаться в свои мысли, но только если я понимал, о чем идет речь. Если такого понимания нет, я начинал злиться. Чтобы в этот раз нотки недовольства не переросли в симфонию гнева, я уточнил:

– А что ты спросила?

Девушка посмотрел на меня возмущенным взглядом, в котором выразительным почерком написала: «Ну как можно не понимать, о чем я говорю!» Я даже почувствовал себя виноватым, хотя ни малейшего повода чувствовать себя так у меня не было. Поняв, что от меня бесполезно ждать чудес сообразительности – в моем представлении, чудес телепатии – моя собеседница смиренно выдохнула и с легким дрожанием в голосе спросила:

– Ты покажешь мне другие миры?

Как только прозвучали эти слова, ее поза, мимика и взгляд изменились. Она снова сжимала игрушечного зайца до удушения и ждала полными надеждой глазами ответа. Но что я мог ей ответить? Что она сон? И что мне нужно разобраться с проблемами в моем мире, где я сплю у входа в Бесконечную Лестницу, которая куда-то потерялась.

Я предпочел ничего не отвечать. Я лег обратно в кровать и уставился в белый потолок. Так можно игнорировать человека – рассматривать то, что тебя окружает. Потолок недавно покрасили известкой. Именно поэтому он был свободен от грязи, плесени и мелких трещин. Однако даже свежесть краски не делала его идеальным: покрытый полосами и разводами, с въевшейся в фактуру мелкой пылью потолок нес в себе следы запустения. Эти детали пугали меня – во сне таких нюансов не увидишь. Этот мир был реальным, таким же реальным, как и мой.

– Я не сон, я живая! Не игнорируй меня, прошу! Не хочешь показывать мне другие миры – не показывай, но, пожалуйста, не молчи! – закричала девушка.

Наверняка ее глаза намокли от слез. Я не мог позволить себе их видеть и продолжал смотреть в потолок. Я должно был что-то сказать, чтобы успокоить ее, и начал говорить то, о чем думал сейчас:

– Мне сегодня снился странный сон. Я встретил старого друга, и мы с ним поспорили, что находится в подвале Лаборатории, где я работаю: Бесконечная Лестница или обычный подвал. Когда мы приехали туда, чтобы проверить, то за дверью на своей работе я вместо невозможной архитектуры увидел связку водопроводных труб старого подвала. Хотя был точно уверен, что там была Лестница. Как такое может быть?

– Наверное, ты открыл дверь не в ту комнату, – пережевывая слезы, предположила Пленница белой комнаты

– Нет, это была точно та дверь… – опроверг я гипотезу собеседницы.

– Я не сказала, что это была не та дверь. Ты открыл ту дверь не в ту комнату, – ответ девушки зазвучал привычным голосом: спокойным, важным, но приветливым. Она больше не плакала. Мгновение, в которое девушка позволила себе стать слабой, закончилось.

Теперь я думал не над тем, как ее успокоить, а над ее словами. Ответы юной леди всегда отличались экстравагантностью, но этот казался совершенно абсурдным в своей логичности. Я повернулся на бок в сторону соседки, чтобы убедиться, что она не шутит. Девушка сидела на подоконнике, свесив ноги, и по-прежнему прижимала к себе кролика. Пленница белой комнаты растолковала мой взгляд, как непонимание, и пояснила:

– Ты открыл дверь в склад, а надо было открыть дверь в офис.

– Ты хочешь сказать, что одна и та же дверь ведет в разные комнаты? – спросил я и театрально перекосил глаза, один прищурил, а другой широко раскрыл, чтобы выразить весь скепсис от ее идеи.

– Именно! – девушка радостно соскочила с подоконника на пол, довольная своим ответом. Я не разделял энтузиазм.

– Так не бывает. За одной дверью может быть только одна комната, – возразил я.

– Неправда. За одной дверью может быть сколько угодно комнат, – заявила девушка, только я успел закончить фразу.

– И как же такое может быть? – поинтересовался я.

Чем больше я общался с Пленницей белой комнаты, тем больше мною овладевало любопытство. Ее острота ума и по-детски наивные ответы заставляли смотреть на мир под другим углом, а поскольку мой мир оказался перевернутым с ног на голову, косой взгляд был сейчас очень кстати.

Девушка задумчиво поднесла указательный палец к губам, формулируя мысль, а затем, улыбнувшись на мгновение и опустив руку, с серьезным видом ответила:

– Два человека могут пройти через одну и ту же дверь, но попасть в совершенно разные места. Вор прошел через дверь и попал в тюрьму. Полицейский прошел через дверь и попал на работу. Дверь одна, а комнаты разные.

– Но они разные только в голове этих людей, в их отношении к этой комнате, – возразил я, не до конца улавливая мысль, которую старалась донести собеседница.

Она попыталась ее объяснить:

– Ты и твой друг подошли к одной двери. Ты думал, что за ней Бесконечная Лестница, но твой друг знал, что Бесконечных Лестниц не бывает, и привел тебя в обычный подвал.

– Но ведь я знал, что там Лестница, почему привел меня он?! – воскликнул я.

– Знать и верить – это разные вещи. Вот что ты знаешь об этой комнате?

– Что это больничная палата…

– А во что веришь? – не дала мне договорить девушка.

– Что это всего лишь сон, – честно ответил я.

– Разве бывают такие сны?

Девушка сделал шаг в мою сторону и потянула ладонь, чтобы ухватиться за мою руку, но остановилась на полпути. Она не спрашивала, она пыталась донести до меня идею, которую я отвергал.

Конечно, это место не было похоже на обычный сон – он был слишком реален для сна. Но в Лаборатории людям снятся необычные сновидения, совсем как настоящие. Я продолжал считать, что сейчас сплю в Лаборатории с Бесконечной Лестницей, где безумный ученый создал гомункула и армию зомби, и мне снится совершенно обычная палата сумасшедшего дома, в котором странная девушка объясняет не менее странные вещи. После этой цепочки мыслей, единственное, о чем я подумал,