Бывший муж. Простить нельзя, забыть невозможно - Екатерина Руслановна Кариди

Глава 7

Первое ощущение было как ожог. Узнавание. Проклятая память тела…

У нее сами собой закрылись глаза, она непроизвольно качнулась назад, прижаться к нему. Но тут же опомнилась. Этого не хватало! Он просто застал ее врасплох.

Лидия отшатнулась и застыла, глядя на бывшего мужа исподлобья.

— Никогда не делай так больше, — проговорила холодно.

— Как? — он склонил голову набок и показал на шаль, которую держал в руках. — Вот так?

И все-таки шагнул к ней и накинул шаль на плечи.

— Я шел мимо и увидел, что тебе холодно. А ты подумала что-то другое?

Черт. Как это было глупо с ее стороны. Она чуть не выставила себя идиоткой. Не хватало еще, чтобы бывший муж решил, что она испытывает к нему какие-то чувства.

— Конечно, нет, — фыркнула Лидия. — Просто я…

Надо было еще придумать, что сказать. А в голову, как назло, ничего не шло. И она сказала правду.

— Просто вся эта ситуация там в парке. То, что заминировали эллинг. Это… Я до сих пор не могу успокоиться.

— Тебе страшно?

Он внезапно оказался слишком близко, ей было видно огненные отблески в его темных глазах.

— Н-нет, — Лидия незаметно попятилась, отстраняясь от него. — Просто у меня разболелась голова.

— Хммм? — презрительно хмыкнул Виктор. — Неудивительно, от общения с Вайном у кого угодно голова разболится.

Ну уж нет, за последние два дня Лидия достаточно всего этого наслушалась. Она посмотрела на бывшего мужа и спросила язвительно:

— Лорд Салем, сколько экспрессии. Мне кажется, или вы Дереку Вайну завидуете?

— Я? — он искренне расхохотался, потом сказал уже серьезно: — Ты ошибаешься, Лидия. Я просто хотел сказать, что Дерек менталист, будь осторожнее с ним.

Менталист? Допустим. Это редкий дар, но к ней-то это какое имеет отношение? Она всего лишь пишет женский любовный роман.

— У меня мигрень, — сказала она. — Это от перепадов давления.

А Виктор нахмурился.

— Раньше у тебя не было мигреней.

— Раньше многое было иначе, — она отошла ближе к камину, протянула руки к огню и передернула плечами. Несколько секунд висело молчание, потом раздался звук шагов.

— Замри. Стой спокойно и опусти голову.

— Что?! Нет…

Однако он уже нажимал ей большими пальцами на какие-то точки за ушами и на затылке.

— Так лучше?

— Прекрати сейчас же…

Но боль ушла. Виктор убрал руки, а она тут же отошла и уставилась на него, потирая затылок.

— Выпей молока и ложись в постель, — сказал он.

И вышел из гостиной.

Она некоторое время еще стояла у камина и злилась. Потом направилась в кухню. Действительно, надо было выпить молока и вообще поесть. Она сегодня не завтракала и не обедала толком.

Но стоило ей войти в кухню, у нее просто глаза округлились от возмущения.

Ее букет!

Тот самый, что вчера ей преподнес Дерек. Она поставила его в вазу на столе в обеденной зоне. Молочно-белые лилии смотрелись чудесно и оживляли интерьер. А сейчас его не было. Пустая ваза стояла на столешнице возле мойки.

Полная самых неприятных опасений, Лидия заглянула в шкафчик под мойкой.

Однако в мусорном ведре цветов тоже не было. Секунду она в ступоре смотрела туда, потом стала, хлопая дверцами, открывать по очереди все шкафчики. Как раз в этот момент в кухню вошел Виктор.

— Что-то ищешь, дорогая?

Она резко развернулась е нему, показывая на пустую вазу:

— Твоих рук дело?! — развернулась она к нему резко.

— Что, дорогая? — спросил он, невинно состроив брови домиком.

Не спеша подошел к ней вплотную и заглянул через плечо.

— Ах это? Да, я их убрал. Они слишком резко пахли.

Нет, так не должно было продолжаться!

— Виктор, это были мои цветы, — проговорила она медленно и раздельно. Их подарил мне…

— Угу, я знаю, твой главный редактор, — насмешливо бросил он. — Но ты же не любишь лилии.

Лидия отвернулась и медленно выдохнула. Она действительно не любила лилии, предпочитала розы и фиалки. Но сейчас это не имело значения!

— Ты не должен был.

— Прости, — он склонился к ней, однако никакого раскаяния в его глазах не наблюдалось, а то, что сказал дальше, и вовсе ее разозлило. — Цветы были пропитаны усиливающим аромат составом, это показалось мне странным. Возможно, это делается в магазине. Но до тех пор, пока мы не выясним, где и кем это было сделано, цветы побудут в лаборатории у Иствара. Он как раз занимается тем, что проводит химический анализ.

— У кого? — Лидии показалось, она ослышалась.

Нет, это было слишком!

Она закатила глаза и просто ушла из кухни.

Вернулась к себе в спальню, и некоторое время ходила как лев по клетке, не в силах успокоиться. Потом скинула шаль, в которую все это время бессознательно куталась, и замерла посреди комнаты.

Надо было как-то сбросить с себя волнения сегодняшнего дня, унять эту внутреннюю дрожь. Она медленно повернулась и ушла в ванную. Ну и что с того, что она недавно мылась в душе? Принять горячую ванну с лавандовым маслом было идеально. Успокоиться, расслабиться.

Выбралась она из ванной примерно через полчаса. Благоухающая лавандой, розовая и распаренная. На ходу запахивала халатик и вдруг замерла. В кресле в дальнем конце комнаты неподвижно сидел Виктор и смотрел на нее. В приглушенном свет ночника блестели темные глаза. Рядом с ним на столике стоял поднос.

Это было неожиданно и слишком интимно.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она.

Туго затянула пояс и сложила руки на груди. А Виктор поднялся с кресла и медленно подошел. Остановился в одном шаге.

— Ты не выпила молока и не поужинала.

Голос звучал низко и отдавался рокотом внутри. Когда он вот так стоял рядом, она не чувствовала себя в безопасности.

— Что тебе