Лисёнок по имени Серёжка - Людмила Евгеньевна Пельгасова

С сердцем проблемы? И… что? Он серьезно собрался ее хату смотреть?! О Божья мать, серьезно?

В изнеможении от обилия впечатлений влюбленная барышня плюхнулась на лавочку у подъезда с самым мечтательным видом. Она смотрела на тусклое весеннее солнышко, робко глядящее на землю сквозь все 8 октантов низкой слоистой облачности и глупо улыбалась. Серёня….

Эйфория так и не позволила девушке повернуть голову и проследить за любимым мужчиной. Например, она так и не узнала, что он скрылся в том самом подъезде, где живет Ксения Петровна и куда так рвался спасенный лис.

* * *

Первая попытка с наскока выяснить у милой девочки Олечки подробности с треском провалилась. Кажется, он выбрал не самый лучший способ напроситься в гости… нет, безусловно оригинальный, но тут нужно что-то другое. Так размышлял Сергей Алексеевич, крутя в руках ошейник, совсем недавно украшавший шею его второй животной формы. Ошейник был красив: темно-коричневый, из гладкой прочной кожи, украшенный заклепками. Недешевая вещь. У девочки есть вкус…

Да и сама девочка достаточно интересная в общении, особенно на фоне провинциальных барышень всех возрастов. Сколько ей лет? Непохоже, чтобы совсем девчонка. Недетское поведение… опять же, быстро сориентировалась как помочь сбитой лисе. Хм… и почему кажется, что там еще что-то важное происходило между явью и наркозом? Ну, нет, точно нужно в гости напроситься. Только так, чтобы она не подумала, что я к собственной курсантке пристаю… еще чего! «И ошейник вернуть как честный человек!» — немедленно вставил ехидный внутренний лис. Чернобурцев послал его к черту. А еще через два дня произошло событие, заставившее пересмотреть приоритеты.

Как обычно после пар Сергей Алексеевич завел машину, собираясь съездить в город, а по дороге заскочить к родителям. Собственно, доехать он успел только до родителей. Через три минуты работы двигателя из-под капота повалил плотный сизый дым. Проработавший не один десяток лет пилотом-инструктором на АН-2 Чернобурцев прекрасно помнил, что такой цвет дает горящее масло, поэтому припарковавшись на свободном месте напротив Ольгиного подъезда — не специально, а просто потому что рядом не было других машин — встревоженный автовладелец на всякий случай вооружился автомобильным огнетушителем и поднял крышку капота. Вонь горящего масла сделалась невыносимой, в клубах серого дыма ни черта было не разобрать. В довершение всего, струйка горячей темной жидкости прицельно плюнула из развороченного маслопровода аккуратно в грудь, как раз меж полами незастегнутой куртки. «Рубашке и галстуку конец, — поморщился мужчина, быстро отлепляя от кожи пропитанную горячей жижей ткань. — И пиджаку тоже!»

Столб дыма поднимался вверх, нехотя рассеиваясь в неподвижном воздухе. Сергей Алексеевич на всякий случай обвел взглядом окна трех соседних домов: нет ли свидетелей этого досадного происшествия? И на аллее наткнулся на знакомую миниатюрную фигурку: именно в это момент Ольга возвращалась домой. Среагировала девочка очень оперативно, свернула с дорожки, приблизилась, помахивая своим НАТОвским рюкзачком.

— Надо переодеться! — заявила она. Вот так вот без визгов, охов и ахов, без лишних предисловий и к главному.

— Да, я как раз сейчас к маме собирался зайти… — смущенный преподаватель запахнул куртку, пряча пятно. — Черт знает что. Там и…

— Предлагаю не пугать маму, — Ольга махнула рукой в сторону дома. — Первый подъезд. Второй этаж.

— Вы уверены, что это удобно? Может, не стоит?

— Вполне! — фыркнула девушка. И добавила уже серьезно. — Да еще и посмотреть надо, вдруг ожог?

Под напором аргументов Чернобурцев таки сдался, и они направились к подъезду.

* * *

С бьющимся как после пробежки сердцем гостеприимная хозяйка однушки металась по комнате и быстро запихивала валяющиеся вещи в шкаф и на балкон, пытаясь спешно придать помещению приличный вид. Получалось не очень хорошо, потому что вредная скотина то и дело лезла под руки, мешала, срочно требовала внимания и ласки. Ольга драматическим полушепотом орала на собак и отпихивала котов, но так, чтобы не слышно было за стенкой. Сбылась мечта идиотки: у нее в кухне сейчас переодевается самый клевый мужик на свете… и ведь сам пришел! Ну почти сам. Неважно! Важно, что прямо сейчас можно будет совершенно неофициально попить с ним чай, просто сидеть напротив и любоваться на Серёню в безразмерном анораке, пес знает какими путями оказавшемся в закромах у миниатюрной барышни. Вот уж никогда не знаешь, как может пригодиться совершенно ненужная, казалось бы, вещь. От беглого медосмотра гость, к сожалению, отказался, но ведь еще можно будет поправить на нем анорак. Прикоснуться и чуть дольше задержать руки на плечах. Ох уж эти немудреные радости…

От лирических раздумий девушку отвлек резкий звук с кухни. Рухнуло что-то громоздкое и тяжелое. Тело взвилось в воздух раньше, чем мозг сгенерировал правильную догадку. Ольга рывком распахнула кухонную дверь и замерла на пороге.

Посередине небольшой кухоньки валялся белый короб вытяжки, ни с того, ни с сего объявивший стене о своем суверенитете. К кухонному сепаратисту примкнули сковородка и ковшик, до падения соратника мирно обитавшие на газовой плите, а теперь сгрудившиеся вокруг своего нового партийного лидера.

— Все живы, — успокаивающе улыбнулся Сергей Алексеевич, стоящий у стола без рубашки, в наброшенном на плечи полотенце.

— Э-э-это главное! — с трудом собравшись с мыслями, вымученно ухмыльнулась Ольга, стараясь не пялиться на полуобнаженный торс предмета своих воздыханий. Ммм, а фигура-то! Возраст мимо прошел. Поджарый, как пес молодой… Стоп!

Повисла неловкая пауза.

— Никого не трогаю, пытаюсь с «Фейри» застирать масло с рубашки, — возмущенно начал рассказывать свидетель происшествия. — И внезапно падает вытяжка. Ни с того, ни с сего. Ну хорошо, на огне ничего не стояло! А если бы ты тут суп варила в этот момент? И ведь «Скорую» некому вызвать было бы…

Он еще что-то говорил, вернувшись к своему менторскому тону, хорошо знакомому по парам воздушного права любому курсанту, но Ольга уже не слушала. Взгляд ее расширенных от волнения глаз прикипел к левому боку гостя. Там, на бледной коже алел свежий рубец, по краям которого еще местами топорщились хвостики нерассосавшегося кетгута. А недалеко от первого — второй шрам, совсем бледный и старый. Но, даже если бы не было второго, Ольга узнала бы эту розовую полоску из… ну, из тысячи вряд ли, а вот из десятка — точно. Сложно не узнать свою собственную работу…

— Вам тоже «Скорую» было некому вызвать тогда… — сорвалось с губ Ольги. — Обошлось же!

Мужчина перехватил направление взгляда девушки, резко и досадливо выдохнул, звук оказался похож на лисье фырканье. Но тотчас же по-особистски прищурился, сверля Ольгу взглядом светлых глаз и… жестом опытного фокусника выбросил вперед руку с зажатой в пальцах