Тьма и Пламя - Владимир Петрович Батаев

своим солдатам царь, бог и отец родной. А уж если вся армия размером в дюжину рыл, то приходится отвечать на челобитные и молитвы каждому.

Всё же, когда в отряде только мужики, то всё попроще. И отношений внутри группы никаких, кроме дружески-собутыльнических. А если кто-то чего-то не поделил, то набьют друг другу морды, да и всё на этом. В смешанной группе сложнее, тут точно у кого-то возникнут любовные связи. И если вздорная девица вдруг уйдёт от одного к другому, то и до поножовщины дойти может. А это совсем не дело. Тогда надо втемяшивать всем в головы, что баба — такой же равноправный член отряда, как все остальные. И если она хочет с кем-то покувыркаться, то это её дело и выбор. И тот, с кем она до этого спала, каких-то прав на неё не получил.

Только вот не получится. Как минимум — обратный случай, если мужик из отряда изменит подружке с деревенской бабёнкой. Тогда разозлённая наёмница сама его под рёбра пырнёт острой железякой. В любом случае, не примут вообще все и каждый принципа свободных отношений. Вот если с отрядом пару маркитанток тащить, то за них поножовщины не случится. А верная напарница всё же будет ощущаться как своя женщина в большинстве случаев.

Так что лучше, чтоб в отряде ни у кого шашней между собой не было. Но если средневековым наёмникам это втолковать попроще, можно и через пинки и удары палкой по спине, то с юными аристократами такое точно не прокатит. Мы тут обитаем в очень замкнутом мирке. Пусть даже есть целые этажи с крестьянскими поселениями, но вот времени у адептов туда бегать к полюбовницам и любовникам не хватает. И даже с членами другой группы видимся разве что в столовой и иногда в корчме. Так что отношения внутри группы возникнут неизбежно. И вызовут проблемы. Я могу разве что попытаться их чуток уменьшить.

— А Ванда? — внезапно и невпопад спросила Гвинет.

— Что? — не сразу сообразил я, задумавшись. — Э-э… За неё пусть Кеннет с Итаном подерутся. Или оба… Хм… В общем, это их проблемы.

— Оба? — Гвин уставилась на меня, в удивлении округлив рот. Я едва удержался от комментариев по этому поводу. — Не думала о таком. А если мы с тобой… Ну, как в той байке: «Быстренько переночуем, а потом ты дорогу вспомнишь, и дальше пойдём?»

— Чего? — удивился я, припомнив похожий анекдот из своего мира.

— Не слышал, что ли? — хмыкнула Гвин. — Наняла аристократка проводника для перехода по Жёлтой Зоне. Ну, идут они полдня, а потом проводник говорит: «Кажется, заблудились мы, не узнаю эту местность. Надо тут ночевать, а с утра верную дорогу поищу». А аристократка ему отвечает: «А может, мы сейчас по-быстрому переночуем, а потом ты дорогу вспомнишь, и мы дальше пойдём?»

Я не выдержал и заржал, хотя местная версия байки почти в точности повторяла известный мне старый анекдот. Всё же есть что-то общее в менталитете местных жителей с моим. Надо самому припомнить несколько старых анекдотов, которые можно переложить на здешний лад. Не только песенками же народ веселить.

— Можно и переночевать, — отсмеявшись, согласился я. — Только не здесь, а в Форте. И без претензий потом на будущее. Чисто развлечься для удовольствия по взаимному согласию.

— В Форте видно будет, — буркнула Гвинет.

Я не удержался, всё же притянул её к себе и поцеловал. Она тут же принялась прижиматься ко мне всем телом под распахнувшейся курткой. И для кого я всё это говорил сейчас, а?

— Хм, вас так сожрут, а вы и не заметите, — раздался раздражённый хрипловатый голос рядом.

Отпихнув Гвин, я вскочил, правой рукой выхватывая меч, а левую, с Сигилом, выставляя для выстрела огненной стрелой. Но тут же успокоился, узнав нежданную гостью.

— Тёть Ань, ты как сюда попала? — поинтересовался я.

— А ты что, думал, мы своего командира и половину отряда бросим? — сложив руки под грудью, строго вопросила толстуха. — Ну, некоторые хотели, но им быстро объяснили, как они неправы.

— Все живы? — уточнил я.

— Ну, — кивнула Аннабелль. — Так, пара синяков и ушибов. У Митчелла, возможно, пара рёбер треснуло. Но не смертельно.

— Присаживайся и рассказывай, — предложил я.

Спирт ей предлагать не стал, зная, что эта бабень склонна злоупотреблять алкоголем. А похлёбку, пусть и не очень вкусную, мы сами давно сожрали.

Выяснилось, что после нашего падения на этаж вниз, остальная часть отряда сбежала от хлынувшей из бокового коридора крысиной волны. Но не разбежались, держались вместе и отбились. Не в последнюю очередь благодаря Джареду с его молотом. Впрочем, Рэм с секирой и огненный Сигил Митчелла тоже помогли.

— Потом наш проводник сказал, что надо пробираться к ближайшему кругу перемещения, — вещала Аннабелль. — Но я с ним не согласилась. И попросила Рэма мягонько его убедить. После чего у проводника случайно треснули пара рёбер и челюсть опухла. А карту доступа я забрала.

Я кивнул. Как я и думал, ни Джаред, ни Рэм сами инициативы не проявили. Вот чего не ожидал, так того, что это сделает Аннабелль. Особенно того, что она будет ратовать вернуться за нами.

— Итан тоже что-то вякал, но ему я сама двинула, — продолжила толстуха-попаданка. — Хлипкие в этом мире мальчишки…

Она подняла руку. Её ладонь обвила сорвавшаяся с предплечья цепь. При сжатом кулаке получился натуральный кастет. Да уж, таким если в морду двинуть, то человек в любом мире может зубов не досчитаться. Особенно если бьёт кто-то вроде Аннабелль по комплекции, и умеет вкладывать в удар вес тела.

— Ну, он поплямкал разбитыми губищами, но никто уже не слушал, — продолжила она. — В общем, спустились мы, и пошли вас искать. Вот, я нашла.

Что ж, неплохой план. Очевидно, что Джареда с Рэмом она оставила охранять остальных. Как от внешней опасности, так и от глупой попытки свалить к телепорту. А постоять за себя Аннабелль вполне могла, что тут же продемонстрировала. Изобразив паука-инвалида, ползающего на четырёх лапах, в качестве которых выступали её цепи. Таким образом она и по стене на два этажа спустилась, и тут по лесу гуляла, и через рассыпанный хворост беззвучно прошла.

— Значит, на тренировках по бегу так и будешь гонять, когда устанешь, — объявил я. — Рэму с Джаредом не придётся тебя таскать.

— Вот нифига себе благодарность, — проворчала она. — А чего это только когда устану? Почему не сразу?

— Потому что тренироваться и худеть тебе всё равно надо, — отрезал я. — И не дави на жалость и чувство благодарности. Это для твоей же пользы.

— Вот похудеешь, найдёшь себе парня в отряде, — приторным голоском пропела Гвин. — Кеннет, например… Слушай Бернарда, он плохого не посоветует.

Вот обязательно было вмешиваться и язвить, да? Ладно, сама виновата.

— Рона она уже для себя забила, — кивнув на рыболюдку, сообщил я. — А Итана ты побила. Возможно, ему понравилось… Но если нет, то остаётся только Кен.

— Мне, может, больше Рэм нравится, — рассмеялась Аннабелль.

Ну да, эту точно такими детскими подколками не смутишь, опытная тётка, а слово «благочестие» вряд ли даже в словаре видела. Так что засмущалась в итоге Гвин. А от хрипловатого хохота проснулись все остальные.

— Подъём, — объявил я. — Наш донный выход ещё не закончен. А вот неудачи, кажется, всё. Пора к кругу перемещения, объединив группу.

Я бы не отказался ещё погулять по просторам этого этажа, осмотреться тут, выяснить, кто здесь живёт и как. Возможно, в итоге вернуть обитателей заброшенного и забытого этажа к обществу Форта… Но им тут и так, вроде, неплохо. А у нас не такое задание. Доложим потом куратору, что здесь есть разумные обитатели. Если Гарри не прислушается, то и до магистров дойду. А они потом пусть сами разбираются. Мне-то какое дело, в общем-то.

Вот маленькой компанией, скажем, я, Эйлин, Джаред, Рэм и… Да, пусть Аннабелль ещё. Ну и Китти, чтоб вместе ночевать. Да, таким составом я бы рискнул тут погулять, всё выяснить, разведать. Будь у нас второй ключ доступа и немного запасов для похода.

Но сейчас это было бы глупостью. Отряд не сплочённый и не слишком опытный, с внутренними конфликтами. А даже несколько отличных бойцов не смогут прикрывать всех остальных и одновременно расправляться с врагами. Нет, валить надо. И отчитываться в выполнении поставленной боевой задачи, как сказал бы Джаред.

— Собирайтесь, — приказал я. — Большой котёл забираем, зря, что ли, за него спиртом расплачивались.

Боба решили не будить, а сам он не проснулся, несмотря на всю поднявшуюся суету и шум. Вот что значит напиться с непривычки. Его за ноги можно через половину леса протащить, и то не очнётся. В общем, крепкий