Гнев Империи III - Антон Романович Агафонов

его кулак своим, добавив к многослойной духовной броне ещё и алых молний. Грубая сила против техники…

От соприкосновения двух сил случился новый взрыв, гораздо более сильный. Он снес буквально все, что находилось в нескольких десятках метрах вокруг, распылил, оставив лишь кратер.

Мы оба остались стоять на ногах, но если я стоял твердо, то мой противник спустя пару секунд рухнул на колени. Его тело горело, выгорало изнутри. Он слишком сильно перегрузил сосуд, впитал больше, чем позволял его Сосуд Правителя, если у него он вообще был.

— Я НЕ ПРОИГРАЮ! — кричал ГНЕВ, смотря куда-то в небо. — Я ГНЕВ! ВЕЛИЧАЙШЕЕ СТРЕМЛЕНИЕ! Я СОКРУШУ ЛЮБОГО, КТО ВСТАНЕТ У МЕНЯ НА ПУТИ!

— Ты слишком слаб, чтобы называться ГНЕВОМ, — совершенно спокойно сказал я, хватая его за подбородок и заглядывая в глаза. Парень попытался высвободится, но у него не было кисти на левой руке, а правая была измолота в хлам. — А теперь замолкни и ответь на мой вопрос, тогда, может быть, я тебя пощажу.

Это была ложь. Я не мог позволить другому себе подобному, да тем более с таким уровнем самоконтроля, шастать по миру. К сожалению, аватар ГНЕВА, по крайней мере в этом мире, должен быть один.

— Где тебя создали? Где записи Рубцова? — спросил я.

— Я убью тебя!.. Убью тебя!.. Не проиграю! НЕ ПРОИГРАЮ! Я ГНЕВ!

Он начал подниматься, несмотря на все приложенные силы. Его пламя разгоралось все сильнее, я видел, как горит его кожа и волосы, как энергия неконтролируемым потоком вырывается наружу.

— Хватит! Ты превратишься в живую бомбу, придурок! — рыкнул я и отступил. Парень вбирал в себя все больше и больше сил, разгонял её, дополняя энергией мира, как делал я, но при этом в нынешнем состоянии у него не было и толики контроля. В любой момент его могло разорвать от переполняющей мощи.

— УБЬЮ… УБЬЮ… УБЬЮ! ГР-А-А-А-А-А!

Но в следующий миг в его груди появилась дыра размером с кулак.

— Тц… Вот не хотел же тебя использовать…

— КРОВИ-И-И-ИЩА!

Энергия, хлещущая из “братца”, враз испарилась, ведь я только что уничтожил её источник. Сам второй ГНЕВ так и стоял на коленях и ошарашенно уставился на дыру в своей груди.

— Я не могу умереть… Я… Я ГНЕВ… Я сильнейший… Я буду жить вечно… Я буду… — в его голосе больше не было злости. Лишь страх и непонимание. Неверие в то, что он вообще способен умереть.

— Никто не живет вечно, — фыркнул я, подходя, и одним точным взмахом меча отсек ему голову. — Ни ты, ни я…

Наступила тишина, и я прислушался к своему основному телу.

“КОНТРАКТ РАЗОРВАН” — донеслось откуда-то с иных планов бытия. Едва слышно, но сейчас, зная, что именно чувствовать, это было не сложно.

И после этого я облегченно выдохнул, хотя кое-какое грустное послевкусие осталось. А ещё я таки выяснил, что вполне себе смертен. Как и предполагалось, потерю головы я не переживу.

Бегло окинув взглядом окружение, я удивился, насколько сильно оно поменялось. Один крупный кратер метров тридцать шириной, куча полуразрушенных зданий вокруг. От броневика и других машин вообще ничего не осталось. Ещё хорошо, что никаких зевак вокруг не было.

Я бросил короткий взгляд на обезглавленное тело и поспешил прочь. Скорее всего, с минуту на минуту тут уже кто-нибудь объявится, и лучше всего будет, чтобы я остался неузнанным.

***

— Вы уверены, что он мертв? — уточнил Рубцов, откинувшись на кресле.

— Он лишился головы, Тайный Советник. Разумеется он мертв, — заверил его подчиненный. — Прямо сейчас его тело доставили в Черноморское отделение.

“Неужели я недооценил мальчишку? Руслан казался таким перспективным и могучим, но проиграл…” — думал Рубцов, свободной рукой поглаживая бородку.

Потеря Марии Старцевой была крайне неприятной, и не только потому, что это лишало Рубцова рычага давления. Дмитрий Старцев был уже отработанным материалом, и его устранением Рубцов собирался заняться при удобном случае. Ожидалось, что с ним разберется Руслан, но видимо, Третий оказался недостаточно силен.

К счастью, у него есть и другие… Да и научная выставка в скором времени должна многое перевернуть. Старцев не важен, пусть он и один из кусочков бога. В скором времени у Империи будет армия таких “кусков”. Доработать процедуру, снизить смертность, и вобрать в себя бога сможет любой крестьянин. Ему не нужно будет даже иметь родство с Императором для использования сил. Бессмертная армия, по силам не уступающая хагга…

— Господин Тайный Советник?

— Да, я на линии. Просто обдумываю приказы, — спокойным голосом сказал старик. — Есть примерные представления, куда он пошел после схватки?

— Не он, они.

— Они? — тут Рубцов немного удивился. Старцев почти всегда действовал один, да и по донесениям все его близкие не покидали Ильинска.

— Да, тут действовала целая группа вооруженных людей.

— Это точно? — нахмурился Рубцов.

— Несомненно. Очевидцы видели немного, но это точно была группа. Они устроили ловушку для автоколонны и действовали очень профессионально. Это хорошо подготовленный налет.

“Группа? Налет? Что происходит?”

Старцев был одиночкой, никому не доверял, и сомнительно, что в Черноморске он внезапно смог найти подготовленную вооруженную группу, готовую вступить в прямую конфронтацию с Тайной Канцелярией. Очень сомнительно…

Что-то очень конкретно не сходилось.

— Один из моих людей принес довольно любопытные слухи. Но повторюсь, господин Советник, это лишь слухи, и их подлинность ещё нужно проверять.

— Я понял, рассказывай.

— Говорят, что несколько дней назад некий господин, представлявшийся правой рукой Графа Орлова, искал людей для какой-то работы. Предлагал хорошие деньги, но детали неизвестны.

— Думаешь, за этим стоит Беспалов? — уточнил Рубцов.

— Я не могу ничего предполагать, лишь говорю то, что слышал. Это лишь слухи, и их достоверность вызывает у меня сомнение.

Тут Рубцов был совершенно согласен. Правой рукой Орлова считали помещика Черниговского, но тот давно под плотной слежкой и в данный момент находится в Новоавдеевском селе. Мог ли он ускользнуть от слежки? Нужно все хорошенько проверить, но Рубцов полагал, что если к этому действительно приложили руку Беспалов и Орлов, то они использовали для работы другого человека, а не Черниговского, который мог для придания “веса”