Шоссе Петля - Олег Новгородов

- Что, да что она может мне сделать? Утащить в могилу вместе с собой? Пусть сперва сама туда ляжет!

- Ляжет, - безжалостно пообещал Сотченский. – Сядь, не носись… Я думаю, у этой бабы есть определенный диапазон способностей. Не слишком широкий – ты с ней в контрах больше года, и проще было тебя извести. Порчу наслать. Но это не в ее компетенции. Однако ж… она отнюдь не безобидна. И, Валентин, на твоем месте я дал бы команду безопаснику пробить, какие жизненные обстоятельства у этой Малахитовой. Потому что реакция ее очень даже неспроста.

Васнецов зевнул. Несмотря на выпитый кофе, его клонило в сон. На эту ночь кошмары оставят его в покое, и госпожа Малахитова – не то мертвая, не то живая – не прошипит ему в ухо: «Хочешь, я станцую для тебя – и ты возьмешь меня обратно на работу?». Потому что слой информации окосеет от его перегара. Конечно, неплохо бы прямо сейчас позвонить Щербакову и распорядиться насчет Малахитовой, но очень уж хочется на боковую.

- Ляжешь на втором этаже или на первом? – спросил Игорь. – Постельное белье, подушки я тебе выдам.

- А гостевая у вас на втором или на первом?

- Занимай любую, кроме моего кабинета и Алискиной спальни. Этого она нам не простит, - хихикнул Игорь.

- Неохота тащиться по лестнице. Так что первый этаж мне вполне подхо…

Васнецов поперхнулся. Шквальный ветер, утихший ненадолго, мгновенно усилился с места в карьер. С первобытным воем непогода закусила удила и взялась за пригород по-настоящему. Машины заголосили все одновременно испуганным хором. В туманящихся сумерках с неба хлестнули первые струи дождя.

Из-за деревьев напротив дома Сотченских вынесло по земле кусок пестрой материи, насквозь мокрый. Васнецов судорожно ухватился за подлокотники кресла. Он вспомнил, где в последний раз видел эти причудливо-бессмысленные ромбики и квадратики.

На шее у Малахитовой. Кокетливый такой платочек.

Пока они обсуждали, каких сюрпризов следует ждать от госпожи Малахитовой, сюрприз уже был здесь. Штормовое предупреждение не помешало Малахитовой прийти за своим бывшим директором.

- Передумал, - выговорил Васнецов. – Буду спать наверху.

- Ну… - Игорь взглянул на него и замер изумленно. Васнецова колотила крупная дрожь, а на лице выступили капли пота. Напуганный до полуобморока Васнецов – это надо же… - Валентин, что случилось?

- Она там, - ответил Васнецов, указывая рукой в окно. – Вон, платок ее валяется.

Сотченский чертыхнулся и быстро вышел в прихожую, сорвав с вешалки кожаную куртку. «Игорь, вернись, не вздумай!», просипел ему вслед Васнецов, но тот уже исчез за дверью. Не колеблясь ни секунды, он покинул безопасный дом и отправился туда, где бушующий ветер глушит шаги, и где увидеть КОГО-ТО можно, лишь натолкнувшись на него сослепу. А он, Васнецов, примёрз к этому проклятому креслу. Ему (который, зажав ладонью кровящую колотую рану в животе, орал в озверелые рожи погранцов: «Ррррроттааааа!!! Отставить!!!») не хватило духу пойти вместе со своим товарищем.

В грязно-белой мути госпожа Малахитова проскользнет мимо Сотченского. Или просто оставит его в своем временном укрытии с перекушенным горлом.

- А это – кто кого, - пробормотал Васнецов. (В их кругу поговаривали, что Сотка после морской пехоты поехавший, и для него человека убить - как два пальца. И что именно он свернул шею соседу-зэку боевым приемом).

Хрустнув гравием на каблуках, Игорь аккуратно защелкнул замок и повесил куртку обратно. С нее тут же натекла на пол вода.

- Не было там никого, - сочувственно сказал он, проходя в комнату. – Да и негде ей там встать, твоей Малахитовой – липы к ограде вплотную растут. Хотел я посмотреть на твой кошмар, прикинуть, из чего он состоит, но не сложилось… Да-а-а… - он хлопнул Васнецова по плечу. – Крепко тебе башню снесло. Баба очень сильная.

- Что и требовалось доказать… Видел бы ты, как она меня прессовала! Блин, паралич у меня, что ли, - Васнецов забарахтался в кресле.

- Развезло тебя с трех рюмок. Если сутками не жрать и не спать… Иди-ка ты, действительно, наверх, нечего внизу кантоваться. Там DVD есть, поставь себе смешное что-нибудь. Но не фильм ужасов. Знаешь, чего боится страх? Смеха твоего. «Смеяться в лицо страху» - это не громкие слова, старичок. Это – способ выживания.

***

Послушавшись совета, Васнецов, прежде чем лечь, сунул в проигрыватель диск с подборкой каких-то допотопных комедий. Но погрузился в сон еще до того, как прошли вступительные титры «Жандарма в Нью-Йорке».

А на первом этаже Игорь Сотченский, отбросив штору, следил за удаляющейся по улице женщиной. Она подобрала с тротуара мокрый платок и зашагала к центральным воротам комплекса. Спряталась она не за липами, а просто прижалась к одной из них, каким-то чудом слившись с древесной корой. Но еще большее чудо – что он не увидел ее с двух шагов.

И, пожалуй, не стоит рассказывать об этом Васнецову. У человека и так уже с головой непорядок.

Сотченский позвонил на КПП, но дежурный охранник бодро отрапортовал, что