Песня для Корби - Эгис Кин Румит

Мужчина повернулся и пошел к своей машине. Корби проследил за ним взглядом. Он подумал, что безумие Токомина куда-то исчезло. Он переборол его за эту ужасную ночь. Он уничтожил страх и боль, но сохранил чувство долга. Он стал несгибаемым, как сталь.

***

Ник и Ара подошли к Корби. Их взгляды невольно обратились к тому, кто приходит из долин. Корби решил, что еще не время позволять ему пугать всех присутствующих, и снова набросил на него покров.

– Видеть все это твоими глазами и увидеть самому – не одно и то же, – с содроганием сказал Ник.

– Банда, – ответил Корби, – вы сделали все гениально. Вы лучшие.

Ара поднял карточку «Вест Винд» и посмотрел на Андрея.

– Как он? – спросил он.

– Я хорошо, – прошептал Андрей. – Так она у вас? Вы ею пользовались?

– А как бы я без нее добрался до тебя? – спросил в ответ Корби.

– Не знаю, – ответил Андрей. – У меня еще не было времени подумать.

Впервые к Корби пришла мысль, что Андрей тоже может не все понимать в этой истории. Она стала слишком большой, захватила в себя больше десятка судеб, заставила их соединиться в огромный, загадочный узор.

– Я поймал ее, когда ты бросил, – объяснил Ара. – Ее чуть было не унесло ветром.

– Чуть было не унесло ветром, – шепотом повторил Андрей. Его глаза заблестели, и Корби показалось, что он смеется, просто слишком слаб, чтобы смеяться так, как это обычно делают.

– Я тоже хотел вам сказать спасибо, – прошептал Андрей. – Вы очень-очень хорошие друзья.

– Друг Корби – мой друг, – сказал Ник.

– «Зеленые Создания» знают, что мы будем делать? – спросил Корби.

Ара открыл рот, но его перебил Король.

– Настолько, насколько это возможно, – сказал он.

– Инструменты едут, – сообщил им Комар. – Если вы не против, я буду ведущей гитарой, а ваши гитары составят ритм.

– Кто платит деньги, тот правит бал, – улыбнулся Король.

Корби переглянулся с Ником. Тот пожал плечами.

– Только Ира и Рыжая были согласны на бескорыстные услуги, – объяснил он.

– Что ж, так даже лучше, – решил Корби. Ара коснулся своей карточкой магнитного замка, и хромированные двери лифта послушно отползли в стороны, открывая сверкающую металлом и стеклом просторную кабину.

– Мы все не влезем, – заметил Ник.

– Мы с Андреем должны пойти первыми, – сказал Корби.

Другие ребята расступились, пропуская носилки. Вместе с друзьями в лифт зашла Аня.

– Еще остается место, – пригласила она.

Зашла Ира. Корби нажал самый верхний этаж. Двери закрылись, и скоростной лифт помчался вверх. Паша и Алекс слегка крякнули под возросшим на несколько мгновений весом носилок, но не позволили им упасть или качнуться.

Корби рассматривал сверкающие полированным металлом стены кабины. Все стало другим с тех пор, как он был здесь в первый раз. Раньше, скорчившись на полу этого лифта, лежал он, а теперь там лежал настоящий убийца Андрея. С его распадающегося тела на металлический пол стекали нити ртутной слизи.

Подросток почувствовал, что Ира смотрит на него, и прямо встретил ее взгляд. Она моргнула от неожиданности.

– Я все делал неправильно, – сказал он. – Я не понимал, чего людям стоит меня любить. Прости меня.

Лицо Иры дрогнуло.

– Не так уж это было серьезно, – глухо ответила она.

– Ты пришла, – возразил ей Корби.

Ира опустила глаза. Корби тронул ее за руку.

– Мы поговорим, – обещал он, – но в другое время.

– Хорошо, – удивленно согласилась она.

***

– Ух ты, – сказал Паша. Поддерживая носилки, он первым вышел из кабины. Ночью пространство недостроенного этажа казалось чем-то фантастическим. Темная поверхность бетона, редкие сигнальные огни, обозначающие голый край платформы. Между серых колонн гулял сквозняк. За отсутствующими окнами – бескрайний ночной город.

– Нам вверх по лестнице, – подсказал Корби. – Там будет решетка, и придется подождать Ару с карточкой.

Ждать пришлось недолго. Ара, Ник и музыканты поднялись на втором лифте.

– Грузовик с инструментами пришел, – сообщила Ара. – Скоро они нас нагонят.

– Хорошо, – обрадовался Комар.

На чердаке горел один-единственный фонарь. Он стоял прямо на полу, и его луч прочертил маршрут от выхода на чердак до подъема на крышу. Подростки прошли по линии белого света и поднялись по последней лестнице. Паша и Александр берегли Андрея, как могли. Им удалось ни разу не наклонить носилки.

Они вышли на крышу. Была ночь, и спящий город внизу светился тысячью огней, но цвет неба уже неуловимо менялся. Корби понял, что скоро начнется рассвет. Он попросил поставить носилки у края крыши, у того самого ее угла, где он стоял в отчаянии и думал о том, что его самоубийство может спасти Ару и Ника, а потом услышал крики бейсджамперов. Сейчас это место казалось очень спокойным. Ночной город почти не шумел. Соседние небоскребы светились в темноте.

Корби взглянул на Андрея. Тот странным, рассеянным взглядом смотрел в небо. Но Корби чувствовал его присутствие, его внимание. Андрей был вместе с ним в свой последний час на земле. Вокруг них полукругом собрались друзья.

– Всю дорогу Ник уговаривал меня сделать одну вещь, – тихо сказал Ара. На его щеках вспыхнул румянец. – Андрей, ты не против, если я почитаю из Библии?

– Почитай, – шепотом согласился умирающий.

– Я учил на армянском, – смущенно сказал Ара. Несколько секунд он молчал, потом тихо заговорил. Андрей, чуть улыбаясь, смотрел в небо. Люди Шершавого вынесли на крышу ящики с музыкальным оборудованием. С ними был Главный. Он деловито распоряжался угрюмыми бандитами. Комар и «Зеленые Создания» пошли распаковывать инструменты.

С удивлением Корби понял, что это самый спокойный момент в его жизни. Время замерло рядом с ложем белокурого юноши. Незаметно пошел дождь. Его легкие капли падали на открытое лицо Андрея и стекали по его бледным щекам.

Ира подошла к Корби.

– Мы не можем играть под дождем, – сказала она. – Мы просто испортим оборудование.

– Не под этим дождем, – возразил Корби. – Этот дождь должен пойти. Он для нас. Посмотри вверх.

Ира запрокинула голову. В светлеющем небе она увидела, что странная, темная грозовая туча висит только над Москва-Сити. Облака вращались, скручивались в воронку, и в их центре появился маленький клочок чистого черного неба – око бури.

Ира передала слова Корби остальным музыкантам. Издалека Корби наблюдал, как Главный собирает систему. Шесть микрофончиков от ударной установки – Рыжая сама воткнула их. Две гитары. Зеленые огоньки вспыхивали один за другим – сначала хаотично, потом они выстроились в ровный ряд. От инструментов к пульту и от пульта к колонкам ползли десятки проводов, свиваясь в змеиные клубки. Крыша превратилась в космический корабль с открытой палубой. Она парила над городом, а на ней