Лисы округа Хансон - Ксения Хан

Хичжин пинает его носком кроссовка.

– Как здорово ты придумал! – пародируя, отвечает русалка. – Смертному с богом не справиться – только помешаешь. Не волнуйся о Харин, Тангун её не тронет. Наверное.

– Вот именно! Мы знать не знаем, что там Тангун на её счёт надумал, поэтому я должен поехать в отель и защитить Харин, а вы пока…

Тэун распаляется всё больше, но лица слушающих его квемулей и Юнсу вытягиваются не из-за эмоций и криков. Тэун запинается на полуслове и оборачивается, чтобы убедиться, что шум ему не послышался.

Прикрытые двери собора медленно отворяются, и оттуда, таща за собой тело бывшего господина До, медленно выползают Хэги и Сэги. Не буквально – они идут на своих двоих, только ноги мёртвого судмедэксперта один прихватил под локоть и тянет за собой, а второй вцепился пальцами в шею трупа – и подталкивает по ходу движения. Кто-то – Хэги? Сэги? – даже насвистывает.

– О, вы тут, – салютует застывшей группе один.

– А мы думали, вы сбежали, – добавляет второй и пяткой пинает одну из тяжёлых дверей собора. Та захлопывается с грохотом, хотя весит прилично – Тэуну потребовались большие усилия, чтобы в первый раз открыть её самостоятельно.

– Эм… – мычит от удивления Хичжин.

– Вы бы… – начинает Юнсу.

– Трупик положили, – заканчивает Джи.

Тэун натужно кашляет и, пока поднимается на ноги, успевает собраться с мыслями и вытащить из кобуры пистолет. А надеялись, обойдётся без стрельбы.

Хэги и Сэги одинаково лыбятся, второй отпускает голову судмедэксперта, и та грохается об пол с характерным треском.

«Фу, блин, фу!»

– Аккуратнее надо! – срываясь на высокие ноты, орёт Тэун и тут же прикусывает язык. – Это вам не мешок риса, это же тело! Оно хрупк… Меня сейчас вырвет.

Из расколотого черепа сочится кровь вперемешку с чем-то серо-зелёным. Мозги, похоже. Не думать, не думать об этом!

– Сами просили труп бросить, – пожимает плечами первое пресмыкающееся.

«Хэги, точно он».

– Вам он зачем нужен? – спрашивает Сэги. – Допросить уже не получится.

Оба ржут.

Тэун, Юнсу, берущий насекомых на мушку, а также Джи и Хичжин по обе стороны от них преграждают ржущим дебилам дорогу.

«Раз эти двое здесь, значит, труп нужен Союлю. Раз труп нужен Союлю, он в сговоре с Тангуном».

Говорил же Тэун, что один на другого работает!

– Руки вверх? – неуверенно тянет Юнсу, тряхнув пистолетом в нескольких футах от лица Хэги. Тот скалится и, скорее ради забавы, бросает ноги эксперта До и показывает открытые ладони, все в слизи.

– Допустим, – отвечает за него Сэги. Он перешагивает через растекающуюся у парадного входа в собор лужу и подходит к своему собрату.

– Что дальше? – спрашивает Хэги.

Тэун не сводит глаз с обоих, хотя сам не знает, что будет делать, если они кинутся на них. Придётся стрелять, конечно, но вроде бы пули их не убьют, только приостановят. Этого хватит, чтоб всем разбежаться в стороны и не попасть под удар.

– Хён, ты отошёл бы, – говорит Тэун через плечо змеёнышу, тот ныряет прямо со ступеней на газон и послушно прячется в тени. И тут же шипит.

– Хён, тут С-с-союль!

Гоблин появляется справа от Тэуна – выныривает из сгустившегося тёмного облака, словно сотканного из смога, и выбрасывает вперёд свои многочисленные лапы. Те впиваются острыми когтями в плечо Тэуна и бросают его на Хэги и Сэги. Паразиты, гогоча, бросаются врассыпную. Тэун слышит, что Юнсу кричит и стреляет.

– Юнсу, стой!

Напарник тоже летит к Тэуну и падает ему в ноги, проезжаясь боком по жидкости из тела До. Тэун садится, закрывая собой друга.

– Жив?

Джи и Хичжин, коротко вскрикнув, ударяются о закрытые двери собора и кряхтят. Значит, приложило не сильно. Союль возвышается над ними чёрным силуэтом на фоне ночных огней города, его фигуру обрисовывает ярко-красный неоновый свет от креста над входом.

– Вы – идиоты, – выдыхает гоблин, его глаза горят от холодной ярости. – Я дал Харин все подсказки, а она оставила кучку придурков рядом с ценным экспонатом и потащилась – куда? К Тангуну? Она сдурела?!

– Чья бы псина лаяла, – пыхтит Тэун и кое-как встает на ноги. Он поднимает руку с пистолетом, наставляет дуло на Союля, но гоблин фыркает, ни разу не впечатлившись. Он отталкивает пистолет и в мгновение оказывается в одном вдохе от Тэуна, хватает его за горло, бросает в стену и сам подлетает следом, чтобы вдавить его в дребезжащие двери собора.

Тэун реагирует с запозданием, успевая схватить только одну лапу из тени. Союль шипит от боли, его физическая рука сжимается вокруг шеи Тэуна сильнее.

– Оставь его! – кричит Юнсу позади, слышится щелчок пистолета. – Отпусти или я выстрелю!

– Попробуй, детектив Ли, – рычит Союль. Его тёмные когтистые лапы, словно удлинившиеся плети, подхватывают едва очнувшихся Хичжин и Джи, бросают в Юнсу, как шары для боулинга в одиночную кеглю. Втроём они падают, кувыркаясь, по ступеням собора.

– Хватит! – кое-как выдыхает Тэун. – Прекрати, иначе я оторву тебе эту… штуку!

У него достаточно сил, чтобы вырвать тень из чернеющего облака за спиной Союля, и тот тоже это понимает.

– Я не драться пришёл и убивать никого не собираюсь, – цедит он, стискивая зубы. – Отпусти меня, я отпущу тебя, и нам придётся поговорить.

– Да что ты? – плюётся Тэун. – С чего бы нам тебе верить?

– С того, идиот, что Хэги и Сэги ещё никого из вас не порвали на части, а могли бы!

Это правда. Тэуна удивило, что они послушались и бросили тело господина До, а теперь почему-то приклеились к соборной стене и висят там, как Питеры Паркеры, вниз головой и смотрят, как их хозяин возится со смертным.

Тэун пожалеет об этом, но позже.

– Ладно, – кашляет он. – Отпускаем друг друга. Три, два…

Они с Союлем разжимают руки одновременно и отходят от стены. Юнсу, Джи и Хичжин кое-как поднимаются обратно и окружают токкэби со всех сторон.

Тэун трёт шею.

– Ты хотел поговорить, – сипит он. – Но мы уже знаем, что твоя подлая душонка работает на бога, незачем теперь притворяться!

– Ох, из всех людей… – начинает Союль медленно и прикрывает на мгновение глаза. Хэги и Сэги следят за ними со стен собора. Союль подаёт им знак, и паразиты чуть расслабляются.

Всё это Тэун отмечает скорее снова проснувшимся чутьём, а не зрением: чувствует, как сжимается воздух вокруг собора, обещая бурю. Словно всех их заключило в пузырь, и кислород внутри заканчивается – все органы стискиваются в ожидании драки.

– Из всех людей, – продолжает Союль, – почему моя ненаглядная выбрала такого дебила…