Узел на сердце - Ольга Корвис

успел, потому что Аксинья вдруг улыбнулась улыбкой победительницы.

— Думаешь, спасся? — рассмеялась она. — Ты уже мой. Плетение завершено. С тобой оказалось проще, чем с ним.

Словно в подтверждение её слов в сознании опять начал сгущаться вязкий туман. Тёмный, не колеблясь и не раздумывая, вскинул пистолет и дважды выстрелил в Аксинью.

— Ага, хер тебе на воротник! — процедил он, глядя в мёртвое лицо.

Артём потряс головой в тщетной попытке разогнать нахлынувшую на него сонную муть. Он чувствовал, что ещё немного — и забытье его поглотит. На мгновение укололо липким, неприятным страхом. Потом его смыло злостью. Просто так он не сдастся — позвонит Мишке, пока может это сделать. А тот придумает что-нибудь. Главное, чтобы тварина не воскресла. Тёмный бегло глянул на Аксинью — та по-прежнему оставалась трупом. Но даже мёртвая она смотрела на него свысока. Артём вернул пистолет в кобуру и подобрал с земли плетение. Хотел было сунуть в карман — сохранить для штабных, раз уж оно, сука, вот-вот превратит его в грёбаного зомбаря… И замер. Нет уж, сначала он сам попытается свою шкуру спасти. Тёмный быстро подошёл к факелу и поднёс плетение к огню. Вспыхнуло так, словно деревяшку облили бензином. От жара Артём выронил тотем, и тот упал на землю. Прогорело за считанные секунды. Как только огонь погас, Тёмный почувствовал, что всё — он свободен.

Из груди вырвался вздох облегчения. Справился. Осталось разобраться с другой хероборой. Но сначала — найти Севера. Если плетение на него действовало так же, как и на Тёмного, смерть Аксиньи ничего не изменила. Артём быстро пошёл в лес — в ту сторону, где скрылся Сашка. Он надеялся, что найдёт его так, без дрона. И что тот не успел снова плюхнуться в болото. Через несколько минут Тёмный вышел на берег. У самой воды, обхватив руками колени, сидел Север.

— Саш? — позвал Артём.

Тот вскинул голову и обернулся. В его глазах отразилась неподдельная радость.

— Ты… Ты всё-таки есть! — быстро заговорил Сашка, поднимаясь с земли. — А я думал, мне всё приснилось. Я просто очнулся… здесь. Вроде бы помнил, что ты был. Одежда на мне чужая. И в то же время всё как во сне… Я слышал голос… её голос, а потом он пропал… Она…

Он наконец умолк и вопросительно посмотрел на Артёма.

— Она мертва, — ровно произнёс Тёмный.

— Что?.. — неверяще переспросил Сашка. — Как?

— Напоролась на три пули.

Север вдруг нервно и горько рассмеялся, на несколько секунд закрыл лицо руками.

— Я… теперь смогу отсюда уехать?

— Сможешь, такси только заколебёшься вызывать, — мрачно отшутился Артём. — Пойдём обратно, надо ещё кое-что сделать, чтобы твои мозги окончательно очистить.

На подходе к поселению Тёмный услышал странный звук, как будто кто-то время от времени ударял палкой о дерево. Когда они добрались и увидели источник звука, Артём невольно содрогнулся. Мужчина из сарая пытался колоть дрова. Гниющая рука почти не слушалась, но он старательно бил топором по деревянной чурке, не в силах её расколоть. Глядя на него, Тёмный задумался, почему они по-прежнему под воздействием мёртвой ведьмы, а Сашка — нет. Он перевёл взгляд на Севера, и увидел в его глазах такое же непонимание.

— Им можно как-то помочь? — спросил Сашка.

— Когда она пыталась меня подчинить, делала плетение. Обычная ветка с ниткой, но я чуть не стал таким же, как он, — хмуро ответил Артём. — Видел что-то похожее на такие тотемы?

Север отрицательно покачал головой.

— Если и видел, то не помню, — он посмотрел на мёртвую ведьму. — Что с ней делать? Может, накрыть чем-нибудь?

— Ничего. Наших вызову, пусть разбираются. С ней и со всей этой хероборой.

Летние ночи — самые короткие. Пока Тёмный отвоёвывал свой разум и искал Сашку, край неба совсем посветлел. В предрассветном полумраке Артём заметил за избой огромный дуб. Он вспомнил слова, которые прочитал в досье и слышал от Алексея Романовича — про дерево, заслоняющее солнце. Подойдя поближе, Тёмный не удержался от удивлённого возгласа. На нижней ветке колыхались обломки веточек. К некоторым были примотаны срезанные волосы, к каким-то свёрнутые клочки бумаги. На одной он заметил срезанную русую косичку. А у подножия дуба стояла грубо сколоченная приставная лесенка. Вот же блядская ирония — спасение было на самом виду. Призванные люди каждый день ходили мимо него, не в силах ничего изменить.

— Да ладно…

— Что там? — тут же откликнулся Север.

— Жизни, — хмуро ответил Артём. — Посмотри на нижнюю ветку.

Сашка подошёл поближе.

— Это те плетения, о которых ты говорил?

— Думаю, да. Сейчас проверим.

Тёмный быстро сходил за факелом и поднёс его к тотемам. Те тоже вспыхнули как порох. Полыхнули ярким пламенем и за секунды осыпались чёрной трухой.

— Что-то поменялось? — спросил Артём.

Ответить Север не успел. По поселению прокатился жуткий вой. Кричал мужчина с гниющей рукой. Из барака, откуда он вышел, выбежала растрёпанная женщина и согнулась в рвотных спазмах. Люди в загоне проснулись. На их лицах Артём видел одни и те же эмоции: боль, страх, непонимание… Как только он сжёг плетения, вернул призванных в поганую реальность. Мысленно он укорил себя за порывистость, но теперь сожалеть было поздно. Только охреневать и смотреть на результат своего не самого умного поступка.

— Господи, что же это… — причитала женщина возле сарая.

— Что происходит? Что это всё значит?!

Мужчина скорчился на земле и тихо выл. Из второго сарая выходили люди, такие же растерянные, грязные, еле живые и умирающие. Последней, шаркая ногами, медленно вышла старуха. Растрёпанная, совсем седая. В отличие от остальных она не выглядела испуганной. На её лице Тёмный увидел тоску и что-то похожее на облегчение. Подслеповато шурясь, она остановила взгляд на Артёме.

— Теперь и помереть можно с чистой душой, — еле слышно произнесла она. — Спасибо тебе, сынок, спасибо…

Старуха тяжело осела возле стены сарая и обмякла. Даже не подходя к ней, Тёмный знал, что она мертва. А все остальные столпились возле него, словно у него были ответы на все их горькие “почему”. Он в полном оцепенении смотрел на людей, пока Север не встряхнул его за плечо.

— Надо им помочь.

Не глядя на Сашку, Артём нервно кивнул и молча вытащил телефон. На дисплее он увидел десяток пропущенных от Васильича. А