Изгнанник Ардена - Софи Анри (российский автор)

что она ночует в покоях Тристана, но тот предупредил, что вернется в штаб только к утру.

Немного помешкав, он все же решил убедиться, что с леди Адалиной все в порядке, и открыл дверь комнаты. Кровать была пуста. Изекиль нахмурился и приблизился к письменному столу, на котором освещенные светом луны лежали листы бумаги и открытая чернильница. Он зажег свечу, пригляделся к записям и беззвучно выругался. Эта авантюристка сбежала на встречу с братом! Хорошо, что хоть додумалась оставить записку, чтобы они могли ее найти.

Изекиль уже хотел вернуться в комнату, чтобы одеться и отправиться в таверну «Большая кружка», – судя по записке, именно там должна была состояться встреча, – но случайно бросил взгляд в окно. На территорию штаба через ограду лезли люди. Полдюжины, не меньше.

– Проклятье, – уже громче процедил Изекиль и рванул в свою комнату. Наспех накинул плащ, вооружился кинжалом и побежал в соседние покои, где мирно посапывал Бернард. – Просыпайся живо! – Он толкнул его в плечо, и Бернард резко подскочил на кровати. – Дом окружили неизвестные. Это точно не наши люди.

Изекиль всегда, даже в самых опасных ситуациях, трезво оценивал происходящее. Адалина сбежала на свидание с братом и до сих пор не вернулась, зато во двор их штаба проникли вооруженные люди. Это засада.

К счастью, Бернард быстро сообразил, что к чему, и начал одеваться.

– Может, это ваши люди? – спросонья спросил он, ни на миг не прекращая сборы.

– О штабе знают единицы, и будь это наши люди, то подали бы сигнал, прежде чем врываться среди ночи на территорию.

Словно в подтверждение его слов, с улицы донеслись звуки борьбы.

– Быстро одевайся и беги вниз. Там должен спать кто-то из караульных. Разбуди его, если он еще не проснулся, а потом найди бочки с маслом. Они стоят в углах каждой комнаты. Облей им все поверхности.

– Зачем поливать все маслом?

Изекиль стиснул челюсти до зубовного скрежета.

– Дом нужно сжечь.

Даже если караульные одолеют противников, этот штаб больше не безопасен. О нем уже знают, а значит, его нужно уничтожить. Здесь хранилось слишком много секретных сведений о лордах разных королевств.

Бернард не стал больше задавать вопросы и поспешил вниз.

Звуки борьбы становились все громче и громе. Не теряя времени даром, Изекиль достал из сундука вместительную холщовую сумку и, перекинув ее через плечо, вернулся в комнату Адалины. Он сгреб все записи со стола и закинул в открытую шкатулку. Вторая была заперта. Изекиль положил обе в сумку и побежал вниз по лестнице в кабинет принца Тристана, где содержались самые важные документы, которые необходимо было сохранить. После того как собрал стопку с бумагами, несколько свитков с ценными сведениями и сундучок с драгоценными украшениями – хотя принц Тристан не страдал от нехватки денег, как и сам Изекиль, отец всегда учил его бережливости, – он вылил масло из глиняного кувшина на стол, диван и ковер, поджег комнату и вышел в гостиную, где Бернард выполнял его поручение. Диваны, кресла, столы и шкафы уже блестели от масла.

– Достаточно, – сказал Изекиль. – Главное – уничтожить кабинет и гостиную. Идем на кухню, там тайный ход.

Стоило ему произнести эти слова, как раздался оглушительный стук. Кто-то пытался выбить дверь, а значит, трое караульных гильдии погибли и теперь враги собирались проникнуть в дом. На окнах стояли кованные решетки, поэтому у них было ровно столько времени, сколько потребуется людям снаружи, чтобы снести дверь.

– Бежим! – крикнул Изекиль и рванул мимо горящей мебели в сторону коридора. Он лишь молился, чтобы пламя разрослось настолько, что находиться в доме будет невыносимо и враги отступят.

Но судьба, будто в насмешку, посылала им одно испытание за другим.

Не успели они добраться до кухни, как входная дверь с грохотом сорвалась с петель, и в дом проникли сразу трое мужчин. К этому времени огонь охватил лишь половину гостиной, но пространство заволокло густым черным дымом.

– Беги на кухню и отодвинь от стены буфет, – распорядился он, бросив Бернарду сумку с бумагами и шкатулками, а сам, не мешкая, ринулся в бой.

Первого солдата он убил быстро, полоснув его шею кинжалом, пока тот кашлял от едкого дыма. Второй – такого же роста, как Изекиль, но немного шире в плечах, – одним ударом ранил его в плечо. Задыхаясь от гари и морщась от боли, Изекиль медленно отступал к коридору. В гостиной что-то лопнуло, и пламя, рассвирепев, взвилось до самого потолка и обрушило на пол деревянную балку. Третий солдат струсил и побежал к выходу, но второй и не думал отступать.

Позади находилась дверь на кухню – единственный шанс на спасение, и Изекиль не мог пропустить туда врага. Нападавший раскашлялся, наглотавшись едкого дыма, и Изекиль, движимый внезапным порывом, стянул с себя плащ и бросил его на голову врага. Тот на миг растерялся, но этого хватило, чтобы Изекиль подлетел к нему, пырнул ножом и побежал в сторону кухни. Он вряд ли убил солдата, но выиграл немного времени.

Огонь из гостиной и кабинета перекинулся в коридор, и дым заволок даже кухню. Дышать стало нечем, а глаза заслезились.

– Я отодвинул буфет, – кашляя, произнес Бернард и указал на маленькую дверь, ведущую к подземному ходу.

– Помоги мне, – крикнул Изекиль, заперев дверь кухни на засов, а потом приблизился к буфету и начал толкать его. Правая сторона рубашки пропиталась кровью из раны на плече, а тело слабело от нехватки свежего воздуха.

Когда они придвинули буфет к стене, Изекиль достал из нижнего ящика ключи, отпер дверь тайного хода и пропустил Бернарда вперед. Потом дрожащими руками запер его с внутренней стороны, надеясь, что это задержит врагов, если после пожара они доберутся сюда.

– Куда мы идем? – спросил Бернард, все еще кашляя.

Они шли по туннелю в кромешной темноте, держась за сырые стены. Здесь почти не воняло дымом, но воздух стоял затхлый и спертый.

– У каждого штаба гильдии есть потайной ход, через который можно покинуть дом. Этот ведет в пекарню. – Язык Изекиля заплетался, а каждый шаг давался ему с большим трудом.

– У каждого штаба? – удивленно переспросил Бернард. – Он у вас не один?

Изекиль мысленно отругал себя за болтливость. Обычно он был очень бдительным, но из-за ранения и нехватки воздуха голова его отяжелела, а он сам молился, чтобы не потерять сознание прямо в туннеле.

– Слишком много вопросов, – процедил он, и оставшийся путь они проделали молча.

Пекарня была закрыта на ночь, так что им не придется сталкиваться с посторонними людьми. Когда они открыли тайный ход