Первый закон: Кровь и железо. Прежде чем их повесят. Последний довод королей - Джо Аберкромби

Ознакомительный фрагмент

class="p1">Теперь удивился Глокта. Он ожидал резкого вдоха, бегающих глаз, торопливой попытки соврать, но не столь откровенного признания. Девятипалый, однако, и не моргнул.

– Я когда-то был его поединщиком, – пояснил он.

– Поединщиком?

– Да, я бился за него в десяти поединках.

Глокта с трудом подыскивал слова:

– И вы побеждали?

– Да, мне везло.

– Вы, разумеется, отдаете себе отчет в том, что Бетод вторгся в пределы Союза?

– Да уж. – Северянин вздохнул. – Мне надо было прикончить этого гада много лет назад, но я был молод и глуп. А теперь я сомневаюсь, что мне выпадет еще один случай – так уж все устроено. Надо… как там это называется?

– Смотреть правде в глаза, – подсказал Ки.

Глокта сдвинул брови. Мгновение назад ему казалось, что он вот-вот извлечет смысл из этой чепухи. Но то мгновение куда-то ускользнуло, и смысла стало еще меньше, чем когда-либо. Инквизитор воззрился на Девятипалого, но не сумел прочесть на изрезанном шрамами лице никаких ответов. Только новые вопросы.

«Разговаривает с духами? Дрался на поединках за Бетода, хотя является его врагом? Таинственная женщина напала на него среди ночи? И он даже не знает, зачем находится здесь? Умный лжец смешивает ложь с правдой, а этот навыдумывал столько, что я не знаю, с чего начинать».

– Ага, у нас гость!

В комнату вошел пожилой человек, коренастый и крепко сложенный, с короткой седой бородкой. Он энергично тер лысую голову куском ткани.

«Значит, вот это и есть Байяз».

Маг упал в уцелевшее кресло; в его движениях не было ни капли той величавости, какую можно ожидать от значительной исторической фигуры.

– Я должен принести извинения. Не мог удержаться и не воспользоваться ванной. Здесь отличная ванная. Я моюсь каждый день с тех пор, как мы прибыли сюда, в Агрионт. Я настолько пропитался дорожной пылью, что прямо-таки вцепился в возможность снова стать чистым! – проговорил старик и провел ладонью по своему безволосому черепу.

Глокта мысленно сопоставил его черты со статуей Байяза в аллее Королей.

«Что ж, сходство не кажется поразительным. В этом нет никакой внушительности, к тому же он гораздо ниже ростом. Дайте мне час, и я наберу пяток стариков, которые выглядят более убедительно. Даже если бы я поработал с бритвой над архилектором Сультом, у меня получилось бы лучше. – Глокта взглянул на блестящую лысину старика. – Интересно, ему приходится брить ее каждое утро?»

– А вы кто будете? – спросил самозваный Байяз.

– Инквизитор Глокта.

– А, один из инквизиторов его величества! Большая честь!

– О нет, это для меня большая честь познакомиться с вами. Ведь вы, в конце концов, не кто иной, как легендарный Байяз, первый из магов.

Старик внимательно посмотрел на него колючими, жесткими зелеными глазами.

– «Легендарный» будет, пожалуй, чересчур, но я действительно Байяз.

– Ваш спутник, мастер Девятипалый, как раз описывал мне события прошлой ночи. Весьма красочная история. Он заявляет, что именно вы были причиной… всего этого.

Старик фыркнул:

– У меня нет привычки привечать незваных гостей.

– Я вижу.

– Увы, покои тоже пострадали. По моему опыту, в таких случаях следует действовать быстро и решительно. А обломки можно собрать и позже.

– Разумеется. Простите мое невежество, мастер Байяз, но как именно произведены эти повреждения?

Старик улыбнулся:

– Надеюсь, вы понимаете, что мы не делимся тайными знаниями ордена с кем попало. А ученик, боюсь, у меня уже есть. – Он указал на растерянного юношу.

– Да, мы познакомились. Но тогда, может быть, объясните по-простому, чтобы я понял?

– Вы назвали бы это магией.

– Магией. Понимаю…

– Именно. В конце концов, именно этим мы, маги, более всего и известны.

– Хм-м… Полагаю, вы будете так любезны и покажете мне что-нибудь?

– О нет, нет! – Так называемый «волшебник» удовлетворенно рассмеялся. – Я не занимаюсь фокусами.

«Этого старого болвана, как и северянина, раскусить нелегко. Дикарь говорит с трудом, а этот болтает напропалую, но ничего не объясняет».

– Я должен признаться, что пребываю в некотором недоумении относительно того, как ваш ночной посетитель проник внутрь. – Глокта огляделся по сторонам, словно выискивал способы войти в комнату. – Охранник ничего не видел. Значит, остается окно.

Глокта осторожно прошаркал к дыре и выглянул наружу. Прежде там находился маленький балкончик, но теперь на его месте торчали лишь несколько каменных обломков. Дальше стена гладко и отвесно шла вниз до самой воды, поблескивавшей далеко-далеко.

– Взобраться сюда непросто, особенно в платье. Задача практически невозможная, не так ли? По вашему мнению, каким образом той женщине удалось все проделать?

Старик опять фыркнул:

– Не хотите ли вы, чтобы я делал за вас вашу работу? Может быть, она вылезла из очка уборной! – Северянина, казалось, очень обеспокоило это предположение. – Почему бы вам не поймать ее и не допросить? Разве не для этого вы здесь?

«Трогательно, трогательно! И как отлично сыграно! Изображает оскорбленную невинность настолько убедительно, что почти заставил меня поверить в эту белиберду. Почти, но не до конца».

– В этом и заключается проблема. Нет никаких следов вашего таинственного посетителя. Тела не обнаружили. Есть обломки дерева, части мебели, камни из стены – все это разлетелось по улице внизу. Но ничего, что говорило бы о ночном госте, кем бы он ни был!

Старик пристально посмотрел на Глокту, и между его бровями залегла глубокая складка.

– Возможно, тело сгорело дотла, – ответил он. – Возможно, оно распалось на слишком мелкие частицы или вообще испарилось. Магия не всегда действует точно или предсказуемо, даже в руках мастера. Такие вещи случаются. Очень часто. Особенно когда я раздражен.

– Но я все же рискну вызвать ваше раздражение. Мне пришла в голову мысль, что вы, возможно, вовсе не являетесь Байязом, первым из магов.

– Вот как? – Кустистые брови старика сошлись вместе.

– И я должен принять во внимание вероятность того…

В комнате разлилась напряженная тишина.

– …что вы просто самозванец.

– То есть мошенник? – резко уточнил самозваный маг.

Бледный юноша вжал голову в плечи и тихо попятился к стене.

Глокта внезапно почувствовал себя совершенно одиноким посреди заваленного обломками круга – одиноким и неуверенным в себе. Но он упрямо продолжал:

– Мне пришло в голову, что происшествие могло быть разыграно специально для нас. Демонстрация магических способностей весьма уместна для вашей роли.

– Уместна? – прошипел лысый старик, и его голос зазвучал необычайно громко. – Уместна, говорите? Было бы уместно, если бы мне дали спокойно спать по ночам! Было бы уместно, если бы я сейчас сидел в своем старом кресле в закрытом совете! Было бы уместно, если бы люди принимали мои слова как закон, как это было раньше, а не задавали мне идиотских вопросов!

Сходство со