Инквизитор. Книга 16. Божьим промыслом. Серебро и олово - Борис Вячеславович Конофальский

Мален, — спокойно, а может быть и холодно отвечает ему жена.

— Ах, вот как, — Волков берёт варёное яйцо и разбивает его, внимательно следя за супругой. — А я уже обещал вас взять?

— Ну, вы же будете готовиться к балу в честь приезда принца.

Волков молча кивнул супруге: ну, допустим.

— Так значит я вам пригожусь, — уверяет Элеонора Августа супруга всё так же холодно. И после ещё и заявляет. — Уж никто в Малене, не знает так двора и привычек высоких особ и не имеет такого вкуса, как я.

— Ах, вот даже как! — Волков тут и яйцо оставил в покое на мгновение. Потом он вздыхает и заявляет. — Я вас возьму с собой, но при том условии, что вы за всю поездку… — И тут он повторяет. — За всю поездку не повздорите с мной ни разу, а также не будете мне докучать просьбами о покупках.

— Я знала, что вы меня не любите, — продолжает баронесса. Но её выдают глаза. Женщина чуть закатывает их, что-то представляя в своих мечтах. А потом и говорит сыновьям:

— Барон, Хайнц, радуйтесь, господин наш решил до нас снизойти и взять с собой.

И мальчишки тут же выскакивают из-за стола. Поездка для них праздник. Они любят большой и богатый дом Кёршнеров, а ещё в такие поездки никогда не берут учителя. Так что праздник это двойной.

А перед тем, как уехать, он приказал Сычу, чтобы тот кого-нибудь отправил к его племяннику Бруно. Чтобы племянник приехал к нему через два дня.

* * *

Он просил, чтобы Кёршнер пригласил на обед всех тех людей, которых в городе считали первыми людьми из партии Эшбахта. А так как обед уже начался, то гости стали появляться уже к концу застолья. В общем, у Кёршнера собрались братья Фейлинги, сенатор Виллегунд и он сказал им:

— Господа, к нам в город, в Мален, прибудет Его Высочество принц Георг Альберт фон Мален.

— К нам? — Изумился Кёршнер, видно, не понимая к кому именно.

— Вот, дьяволы! — Воскликнул Виллегунд. — А я думаю, что эти мерзавцы шепчутся в сенате о чём-то который день, видно уже что-то пронюхали про приезд принца.

— Пусть шепчутся, — говорит им генерал и достаёт письмо от принца.

Достаёт и начинает читать, правда, пропуская некоторые моменты. Господа горожане слушают его благоговейно. А закончив чтение генерал и говорит:

— Давайте встретим принца так, чтобы ему не было тоскливо у нас.

— Конечно! — Воскликнул Хуго Фейлинг. — Вино, еда… У меня отличный повар. Всё нужное мы сыщем, всё купим… Я думаю, что все захотят участвовать…

— Да, думаю мы должны дать в честь принца обед и бал. Чтобы он вспоминал Мален, не так как иные города.

— Несомненно, — согласился Виллегунд. — Всё это мы найдём, я думаю, что часть затрат на бал, мы сможем возместить из казны города. Полагаю, что сквалыги из магистрата уж не посмеют упорствовать в этом случае и раскошелятся. — И тут он немного посмеивается. — Вот только найдём ли мы принцу в городе дев, что будут ему по нраву, видно он очень привередлив на сей счёт и простые девы его не удовлетворят.

— Ах, бросьте. — Посмеялся Фейлинг-младший. — Уж как наши девы и простые, и не простые, узнают, что в город приедет принц, так у нас отбоя от красавиц не будет. Обед и бал будет истинным цветником, уж поверьте.

— Сдаётся мне, что не только девы, а и замужние госпожи на том балу ещё заблещут, чтобы удивить принца, — поддержал его старший брат и все господа стали смеяться.

— Может быть там, в Вильбурге, дамы у принца самые распрекрасные. — Предположил Виллегунд. — И наши ему не покажутся.

— Девы и дамы там, не краше здешних, — Успокаивает господ генерал и продолжает: — Дитмар, друг мой, я не вижу иного жилья, кроме вашего, что могло бы соответствовать запросам принца.

— О, Господи! — Кёршнер приложил свои пухлые ручки к груди. — Его Высочество будет у меня жить?

— Не можем же мы поселить принца в доме графа, вы же знаете, он загажен и разрушен Маленами. — Произнёс барон.

Конечно, Хуго Фейлинг тоже был не против принять принца, но в этом случае ему тяжко было оспаривать это право. Дом Кёршнеров был самым большим в городе. Даже дом епископа, и тот был меньше, чем у торговца кожами.

— Ну, так вы согласны, дорогой родственник?

— Господи, — тряс подбородками Кёршнер. — То для меня великая честь, но я боюсь, господа, боюсь, что не смогу соответствовать… Барон, вы же будете тут со мной, когда Его Высочество…

— Не волнуйтесь, друг мой, конечно, я буду с вами. У вас хороший дом и хорошие слуги. И у вас и господина Фейлинга неплохие повара, а вина я куплю сам. Осталось только найти прекрасных дам, для нашего высокого гостя.

— Дамы будут, — уверенно заявил Фейлинг.

— Мне надобно привести в порядок дом. — Вдруг вспомнил Кёршнер. — У меня ещё после нападения дыры от пуль возле окон на замазаны, не закрашены.

Но Волков на сей счёт не соглашается:

— А вот это оставьте, я покажу их принцу. В общем, господа, я собираюсь поехать к епископу, а вы без меня тут посчитайте бюджет, моя жена желает принять участие в устройстве обеда и бала, она бывала при дворе и сможет кое-что рассказать о том. Да и хозяйку дома надо пригласить, думаю она должна знать, о высоком госте, что скоро у неё будет.

— Мы с удовольствием выслушаем баронессу, — говорит Хуго

Фейлинг.

* * *

Епископ принял генерала без всяких церемоний, и сначала тот рассказал ему о визите принца. Но к этой новости отец Бартоломей отнёсся без всякого интереса: Приедет — рады будем — встретим, мессу торжественную отслужим. Было видно, что его интересует иное дело, и он говорит барону:

— Друг мой, архитектор показал мне эскизы церкви. Место утверждено, можно приступать к строительству.

И тут Волкову стало казаться, что епископ всё знает про бегство Бригитт. Может быть, даже знает, и про деньги, что она украла. И что тут ему оставалось делать?

— Надеюсь, что скоро мы приступим к строительству. — Со вздохом отвечает генерал.

—