Хранитель Ардена - Софи Анри (российский автор)

меня не осталось никаких сил… – Она нервно закусила губу.

– А зачем бороться? Вы должны научиться жить с этим. Когда адепты теней пьют яды, они не сопротивляются их воздействию. Они приучают организм извлекать из опасных снадобий полезные свойства. – Закария склонил голову набок, многозначительно посмотрев на обожженные руки Авроры, словно знал, как именно она их поранила. – Вы страдаете, думая, что часть вашей души погибла вместе с Рэндаллом. Но почему вы не берете в расчет то, что часть его души продолжает жить в вас?

Аврора вздохнула. Глубоко и свободно, словно не осталось той преграды, что мешала ей прежде.

– Спасибо тебе, Закария, – искреннее поблагодарила она.

Он лишь равнодушно пожал плечами в ответ.

– Что насчет дикарей? О нападении люди все равно узнают. Они будут возмущены, и их гнев обрушится на Совет. Так или иначе, вам придется просить помощи Артура.

Аврора набралась решительности как никогда раньше. Она дико устала, пока пыталась подстроиться под Артура и лордов Ардена. Но сколько бы ни пыталась стать настоящей арденийкой, этого все равно никогда бы не случилось. Она была рождена на Севере, где придворным интригам и козням предпочитали грубую силу.

Закария прав. Иногда не нужно бороться с внутренними демонами. Нужно учиться с ними жить.

– Мы не будем просить помощи Артура, – уверенно сказала она. – Мы потребуем ее. На своих условиях.

– У вас есть план? – В глазах Закарии впервые появилась заинтересованность.

– Да, пора напомнить и Югу, и Западу, что в Ардене есть не только богатства, но и сильные воины, способные защищать свои земли. И требовать справедливости от тех, кто про нее вероломно забыл.

Медовые крапинки в глазах Закари опасно замерцали, а на его губах появилась кривая улыбка, больше похожая на оскал.

– Я жду ваших приказов, моя госпожа.

После того как она выложила детали своего плана, Закария ушел.

Аврора еще долго сидела, размышляя над словами адепта о ритуале и принятии того, что с ней случилось. Она достала с полки в столе ключ и вскрыла шкатулку, где хранилось кольцо, которое она так и не смогла надеть после смерти Рэндалла. Камень на перстне больше не мерцал, он был холодным и черным. Пустым. Но когда Аврора, превозмогая боль от ожогов, надела его на безымянный палец, то она почувствовала приятное тепло, растекшееся по всему телу. Словно какая-то крохотная частичка вернулась в ее разбитую вдребезги душу.

Она поцеловала камень и горячо прошептала:

– Я люблю тебя, Рэй. Я всегда буду оберегать твою душу. Всегда буду с тобой.

Впервые за все время она ощутила покой.

Словно Рэндалл услышал ее.

– И я люблю тебя, душа моя… – прошептал голос у ее уха, но Аврора больше не боялась.

Она знала, что этот голос всегда будет с ней, ведь их души – единое целое.

Глава 32

Ноябрь, 1137 г. со дня Разделения

Инео сидел в тени большого лиственного дерева и наблюдал, как его ученик Микаэль наворачивает круги вокруг тренировочной площадки, перепрыгивая через деревянные барьеры, расставленные по всей территории. Рядом с Инео на соседнем камне, спрятав клюв под крылом, спал Хлебушек.

Через несколько кругов беспрерывного бега у Микаэля сбилось дыхание, он тяжело хватал ртом воздух, но не останавливался.

Когда они только приступили к занятиям, Микаэль был очень слабым и неуверенным в себе. Предыдущие учителя махали на него рукой, словно говоря, что он безнадежен. Однако за год интенсивных тренировок Инео сумел многому обучить парнишку. Он стал более выносливым, научился метко стрелять из лука и арбалета, достойно держать оборону в бою на мечах и, что самое главное, обрел уверенность.

– На сегодня достаточно, Микаэль. Можешь отдыхать, – крикнул Инео, когда Микаэль, перепрыгивая очередной барьер, споткнулся и чуть не упал.

Инео должен был называть его «господином», но Микаэль разрешил обращаться к себе по имени, когда они оставались наедине, за что он был ему благодарен.

– Как прошла тренировка? – Со стороны сада к нему приблизился Маттео. Его выгоревшие волосы в свете закатных лучей солнца отдавали бронзой. На нем была простая белая рубашка, резко контрастировавшая с его загорелой кожей, коричневый жилет с капюшоном из тончайшей ткани и темные хлопковые брюки.

Инео хотел было встать, но мужчина жестом приказал оставаться на месте и сел на большой валун рядом с ним.

– Отлично. Сначала мы метали ножи, потом провели поединок. Микаэль даже сумел задеть меня тренировочным мечом. – В доказательство слов Инео приподнял серую изношенную рубашку и показал синяк.

Маттео одобрительно кивнул.

– Ты молодец, Инео. Менее чем за год Микаэль добился таких успехов, которых не мог достичь за годы с другими учителями.

– Он способный ученик, просто к нему нужен особый подход.

Маттео извлек из кармана жилетки небольшой мешочек и отсчитал десять медных и пару серебряных монет.

– Держи.

Инео удивленно выгнул бровь.

– Завтра в городе праздник Цветения. В нем принимают участие все жители острова. Городские врата откроются на сутки, а на главной площади до самого рассвета будут танцы. Можешь отправиться туда с другими слугами.

– Хорошо, спасибо. – Инео слегка склонил голову вместо полноценного поклона и взял деньги. Ему не хотелось идти на праздник. Он собирался просто постирать свою одежду и постельное белье или сходить в библиотеку.

– Инео, я всем своим людям обеспечиваю условия для проживания. Они хорошо питаются, спят в чистых комнатах, заводят семьи с другими слугами моего поместья. – Маттео сверлил его угрюмым взглядом, и Инео недовольно поджал губы, понимая, к чему он клонит. – Ты находишься здесь уже год, а память утратил и того раньше. Не пора бы уже начать новую жизнь?

– Я и живу, – мрачно отозвался Инео.

– Нет, не живешь, а существуешь. Вот скажи, у тебя есть друзья?

– У меня есть Хлебушек. – Инео погладил своего питомца, который даже не вздрогнул от прикосновения.

– Я про людей, – раздраженно фыркнул Маттео. – Ты лишний раз даже ни с кем из усадьбы не разговариваешь.

Инео тяжело сглотнул. Перед глазами возник образ истекающего кровью Ахиги.

– У меня был друг, да только дружба эта стоила ему жизни.

Маттео нахмурился и отвернулся, избегая взгляда Инео.

Повисло неловкое молчание.

– Ну а девушки? На тебя многие служанки глаз положили. Наила вечно жалуется, что стоит тебе появиться во дворе или на кухне, как работа сразу стопорится и служанки из кожи вон лезут, чтобы привлечь твое внимание.

– У меня есть любимая, – с нажимом ответил Инео.

– Имени которой ты даже не помнишь?

Инео стиснул зубы.

После того странного сна с участием Нухема он снова начал видеть во сне ее. Но она постоянно куда-то ускользала,