Путь воина - Валерий Михайлович Гуминский

маги-воздушники ссадят любую цель на землю. Блокпосты вокруг Ярославля перекрывают самые перспективные направления для проникновения диверсионных групп. Плюс к этому магические ловушки рассыпаны чуть ли не каждой лесной просеке, на каждой мало-мальски проходимой дороге. Я могу провести, максимум, троих. Нужные тропки мне известны. В город пройдем точно.

— А что сделают три человека в окружении целой гвардии, охраняющей князя Всеслава? — скептически поджал губы Одоевский.

— Три боевых мага, настоящих, а не теоретиков, способны дезориентировать и посеять панику, — уверенно ответил Рябов. — К тому же не забывайте о гвардейцах Китамуро, которых там с полсотни. А это уже сила, как ни крути.

— Заманчиво, но в то же время весьма сильно пахнет авантюрой, — снова поджал в раздражении губы князь Тарковский и встретился взглядом с Никитой. Отрицательно помотал головой, словно прочитал его мысли. — Даже не пытайтесь, барон.

— Насколько насыщенной выглядит защита дворца? — проигнорировав Абу-Хана, поинтересовался Никита у Алексея. Ему смертельно надоели бесконечные совещания, на которых никто не мог сделать решительного шага. Будь Владимир посговорчивее, с Всеславом уже покончили бы в Угличе. А Никита захотел домой. Ощущение утекающего времени, в котором ему грезились какие-то проблемы, было очень явственным.

— Я не могу точно сказать, — Рябов оценивающим взглядом пробежался по Никите. — Среди магов Всеслава у меня, увы, нет знакомых. Но защитные контуры вокруг самого дворца достаточно насыщенны разнообразными заклинаниями. В крыле, где живет сам князь, степень защиты наивысочайшая.

— Кто у Всеслава командует магами? — седоусый офицер напрягся.

— Козулин, — тут же ответил посланник Тэмико.

— Ага… Хромой, понятно. Вместе с ним, значит, должны быть его верные дружки Фома и Бача, — седоусый открыто ухмыльнулся. — Сладкая троица. Опасная и резкая как детский понос…

— Господин майор, попрошу без выражений, — тут же отреагировал Одоевский. — Не на базарной площади находитесь.

— Зато теперь понятно, что диверсионная группа там вся поляжет без остатка, — жестко ответил майор, не обращая внимания на замечание. — Это маги высочайшего ранга. Вся четверка может применить все Стихии, этим и чертовски опасна. Перекрестные плетения и чары просто не дадут никому подобраться даже до парадного крыльца. Поэтому я все больше приглядываюсь к плану Рябова. Проникнуть внутрь малой группой, устроить тарарам, а пока самураи будут отвлекать на себя внимание, прорваться в апартаменты князя Всеслава. Ну и дальше действовать по обстановке: плен или ликвидация мятежника.

— А как группа станет отходить? — задал резонный вопрос Абу-Хан. — Да еще с пленным князем?

— Боевые маги — они кто, по-вашему? Несмышленые мальчики? — седоусый майор был непреклонен. — Я бы на их месте применил все свои знания и прорвался бы через периметр, сея вокруг хаос и разрушения.

Владимир слушал внимательно, изредка морщась от избыточной экспрессии разговорившегося офицера. Внезапно он показал жестом, чтобы тот замолчал, и обратился к Рябову.

— Хорошо, Алексей. Ступайте к себе, отдохните. Утром мы дадим знать насчет вашего плана.

Дождавшись, когда Рябов покинет комнату, Великий князь откинулся на жесткую спинку стула, повел плечами, разминая затекшие мышцы, и спросил сидевших офицеров:

— Высказывайте свое мнение, господа.

— Авантюра, — скривился князь Тарковский. — Самая безобразная, не выверенная и с ожидаемыми большими потерями авантюра. Впрочем, если у вас есть лишние боевые маги, я бы рискнул.

— Лишних людей такой специализации у меня, конечно, нет, Светлый князь, — развел руками Владимир. — Но вы слышали, что десант нам не удастся высадить.

— Идея проникновения малой группой пусть и отдает безбашенностью и авантюрой, но я за нее обеими руками, — безапелляционно произнес седоусый майор. — Мои орлы из осназа готовы поддержать магов.

— Каким образом? — пробурчал все время молчавший кряжистый офицер в камуфляжной кепи. — Вы же слышали про блокпосты и магические маячки, срабатывающие на проникновение. Честно сказать, я не представляю, как агент княжича Данилы проведет наших магов через периметр охраны.

— Давайте конструктивно, господа, — напомнил Владимир и взглянул на Никиту. — Барон Назаров имеет несомненный боевой опыт, и не надо так скептически фыркать, Адам Егорович.

Он укоризненно посмотрел на офицера в кепи.

— Простите, не удержался, — тот выставил перед собой ладони.

— Барон, ваше слово…

— Если позволите, я пойду с Рябовым, — негромко произнес Никита, уже все обдумав. — Все-таки по сравнению с вашими воинами у меня очень серьезное преимущество.

— Хотелось бы услышать аргументы, — седоусый одобрительно кивнул.

— Охотно. Во-первых, у меня есть мною же разработанный бронекостюм, который выдержит большое количество попаданий из стрелкового оружия, чуть меньше — из гранатомета, но этого хватит, чтобы накрыть огневые точки поражающей магией. Во-вторых, меня невозможно пленить. Я выберусь из любой дыры, невзирая ни на какие препятствия, в отличие от ваших людей. В-третьих… хотя и двух аргументов достаточно.

— Вы посланник Небес или само божество? — с иронией спросил Адам Егорович.

— Не совсем, но частичка Силы, данная мне Перуном, присутствует, — открыто улыбнулся Никита. — Я маг высочайшего уровня, которому под силу уничтожить город размером с Ярославль под ноль, но с ощущением, что играю в песочнице.

— Не слишком ли вы о себе мните? — скривился офицер. — Дворец князя Всеслава напичкан мощнейшими блокираторами; любое проявление магии будет нейтрализовано, если произойдет нападение. И тогда только на ножах или со стрелковым оружием, никак иначе. Вы сможете в одиночку пробиться к наместнику?

— Будет нелегко, но я это сделаю, — Никита не бахвалился, говоря спокойно и рассудительно. Отмеченному дланью Перуна невместно утверждать о своей Силе, способной и без всяких демонов нейтрализовать все опасности, поджидающие на пути к врагу. Он уже давно похоронил ребячество, используя Дар лишь для достижения нужного результата, и не более. Обыденно, просто, как будто помыл руки.

— Что я скажу Михаилу Михайловичу? — возмутился Абу-Хан. — Я знаю вас, барон, как опытного боевого офицера, да и среди волхвов о вас ходят устойчивые слухи, больше восторженные, но не дающие вам право распоряжаться собственной жизнью. В конце концов, подумайте о своих женах!

Седоусый майор проникся еще большим уважением к молодому гостю, его глаза засверкали одобрительно и шало.

— Поэтому я и хочу закончить все одним ударом, Ваша Светлость. Не бросая в бой тысячи людей, не умножая скорбь на нашей земле… Или вам все равно?

— Погибшие все равно будут, — устало бросил Тарковский.