Право на дом - Анна Щучкина

оглушила эта резко наступившая тишина.

Я подняла взгляд, пытаясь отыскать свое место в этом опустевшем мире. И увидела брата.

Он лежал на палубе неподалеку от меня. Его тело тряслось в лихорадочном бессилии, глаза налились кровью. Магия Хетта, этот беспощадный паразит, разрушала душу Александра, забирала его жизнь.

Эйри умерла за меня, и я не могла оставить все так. Чтобы защитить Таррванию – свой дом, – я должна защитить брата.

Значит, пора.

Я шагнула к нему, оставив позади тело подруги, но не ее жертву.

– Ты будешь жить, Александр, – проговорила я, чувствуя, что сил почти не осталось. Почти. Этой малости должно хватить на последнюю попытку. – Будешь жить, потому что не имеешь права сдаваться.

Я упала рядом с ним на колени, мои ладони прильнули к его замирающей груди. Александр открыл глаза.

– Сестренка… – прохрипел он так, будто это слово причиняло ему невыносимую боль. – Беги… Отойди… от меня…

– Молчи, – приказала я.

Моя магия – последний дар Эйри – начала стекаться в его тело. Я видела душу Александра как на ладони. Иссохшую, разорванную, окруженную той же тьмой, которая сегодня забрала столько жизней. Но эта душа принадлежала моему родному брату.

– Я никогда не оставлю тебя, – прошептала я, закрывая глаза. – Никогда…

Тьма боролась. Она пыталась разорвать связь, сломать последнюю нить, удерживающую нас вместе. Но я знала: тьма принимает только тех, кто сдался. А я никогда не сдамся.

Глава 48

Александр

Он отдал меня в рабство жестоким воинам, заставил раскрыть тайны, что слышу в сердцах.

Моя свобода стянута цепями лжи, и под звуки битвы я должна прятать страх.

Каждое слово – ловушка, каждый взгляд – пытка, но меня не сломить.

Надежда моя живет.

Из блокнота Бо

Арридтское море. Корабль капитана Кроссмана 945 год правления Астраэля Фуркаго

Свет угасал. Медленно растворялся в моем сознании, оставляя лишь пустоту и горечь. Мир вокруг – хаос битвы, рев драконов, разрушение – превращался в дымовой лабиринт, из которого не было выхода. Я сдавался. Огромная тяжесть накрывала меня, затягивая в бездну.

Я проиграл. Но больнее всего было осознание, что подвел их всех.

И тогда я почувствовал это. Легкое, почти невесомое прикосновение, превратившее пустоту в трепетное тепло. Аниса. Ее сила текла, словно ручей между скал, проникая в мое израненное тело. Я открыл глаза, встретил ее взгляд, полный боли и отчаяния, и прохрипел:

– Зря стараешься…

Ее хватка только усилилась.

– Если бы я всегда слушала тебя… – Аниса вскрикнула; ее тело сотрясалось от потоков вырывающейся магии. – …Мы бы погибли тысячу лет назад!

– Мы и так погибли…

Ее энергия наполняла меня, восстанавливая тело, разорванное магическими ударами. Но я понимал: это не просто магия. Она отдавала мне все, что у нее осталось. Все, что могло сохранить ей жизнь.

– Хватит, Аниса. – Мой голос окреп, обретая прежнюю твердость. – Ты не должна…

Внутри все вскипело. Потоки магии сестры слились с моей разорванной энергией, образуя нечто новое. Едва сдерживаемый огонь метался в моих жилах, стремясь вырваться наружу. Я чувствовал, что могу уничтожить все вокруг… но этого было уже недостаточно.

Опираясь на дрожащие руки, я окинул взглядом горизонт. Оскверненное битвой море дымилось, как выдохшийся вулкан. Голубое небо рушилось под градом взрывов и пламени.

Высоко над берегом Бафор описывал круги: огромное пылающее тело, окруженное алыми вихрями, создавало ослепительную и смертоносную картину. Он сражался не на жизнь, а на смерть.

Но против него двигалась тьма.

Хетт. Дракон императора. Существо, лишенное своей первозданной сущности, воплощение хаоса в чешуйчатой форме. Его тело отливало ядовитым светом, распространяя тление. Черное дыхание вырывалось из пасти, сталкиваясь с потоками пламени Бафора.

Дочь Костераля, Аиса, стояла у самого борта корабля, внимательно наблюдая за небесным сражением. Ее лицо не выражало никаких эмоций, но руки с такой силой впились в дерево, что ногти едва не оставили на нем царапины.

Я задрал голову и вздохнул.

– Бафор силен…

– Молчи, – дрогнувшим голосом произнесла Аиса.

– …но не всесилен.

– Молчи!

Она отвлеклась лишь на миг. И в этот миг Бафор получил последний удар.

Император сделал едва заметное движение рукой, и Хетт развернулся, оплетая противника ловушкой из черной магии. Дракон Костераля бился, извергая пламя, но это уже не имело значения.

Вздрогнув, Аиса замерла.

– Нет…

Она знала, чем все закончится.

Извиваясь от боли, обнимая себя огромными крыльями, Бафор рухнул в море. Он боролся за жизнь, даже когда его огонь уже затух. А затем дракон затонул.

Но Костераль не сдался.

По-звериному зарычав, он взлетел со спины павшего Бафора прямо в портал. Магический коридор кончался между крыльями Хетта – там, где сидел император. И он, не сводивший глаз с брата, оказался готов к его нападению.

Костераль выпустил поток пламени, сравнимый с дыханием дракона. Но это не помогло. Без особенного труда отбив атаку, Астраэль поднял меч.

Безжизненное тело Костераля разбилось о воду в том же месте, где только что сгинул Бафор.

Император спустился на палубу корабля. Высоко поднял голову Дэниела, чтобы я мог заглянуть в его широко открытые глаза. И улыбнулся.

В небе раздались крики. Не плач по павшему дитто – ликование. Драконы императора кровожадно ревели, воодушевленные гибелью повелителя Сожженных земель.

Боль накрыла меня мощной волной, такой яростной, что я пошатнулся. Она пронзала глубже, чем любое копье, жгла сильнее любого огня. Не просто боль утраты – ощущение полного бессилия. Я наблюдал крах тысячелетних планов и надежд.

Их символ, их вдохновитель – принц Костераль, чей голос когда-то гремел как гром, чья тень могла вести за собой армии, – оказался повержен.

Я подвел его.

Эта мысль пронзила меня, как острая игла, разрывая оболочку боли. Я подвел его. Я должен защищать каждого, кто встал под наши знамена. Но я не смог даже удержать его. Не смог спасти.

– Посмотри на это, – спокойно произнес император, сделав шаг вперед и встряхнув отрубленную голову. – Смотри.

Я смотрел. И не мог дышать.

– Это конец твоей легенды, друг мой, – продолжил Астраэль, проведя пальцем по окровавленному краю разреза. – Ты и вправду верил, что Костераль способен остановить меня?

Мое дыхание срывалось. Я хотел кричать, выплеснуть хоть что-то наружу, но голос отказывался повиноваться.

– Склонись, Александр… Ты должен быть рядом со мной. Стать частью новой эры. Почему ты бежишь от своей судьбы?

Я молчал.

– Склонись, – повторил Астраэль, и теперь его слова прозвучали не как предложение, а как приказ. – Перестань сопротивляться. Это бесполезно. Ты ведь понимаешь? Я создал новый порядок.