Твоя далекая звезда - Галина Владимировна Бахмайер

* * *

Жизнь в параллельном мире совершенно реальна. Свое тело в утопии ощущается точно так же, как дома: оно чувствует жару и холод, боль и удовольствие, устает и отдыхает, хочет есть, пить, спать и так далее. Мы загорали дочерна под мягким солнцем палеолита, пили ломящую зубы воду из хрустальных ледниковых ручьев, ловили удивительно вкусных рыб в прозрачном озере, охотились на странных, будто мутировавших, животных и наблюдали в бинокль за жизнью древних людей.

Недалеко от места нашей дислокации оказалось стойбище «обезьянок», как мы их прозвали. «Обезьянки» быстро обнаружили наше присутствие и не замедлили нанести визит. Похоже, их беспокоило неизвестное, малочисленное, но очень наглое племя, запросто идущее впятером загонять целое стадо оленей и часто издающее резкие, громкие, пугающие звуки. Нападать на нас палеопитеки не рискнули, оперативно собрали свои убогие манатки и убрались подобру-поздорову. Мы не стали их задерживать и уж тем более уходить отсюда сами: местоположение стойбища наверняка было прекрасно известно всем окрестным хищникам, которые теперь обходили стороной не «обезьянок», а нас. Зачем же тратить ночное время на дежурство в ущерб сну? Силы пригодятся днем. Брошенная палеопитеками пещера оказалась сырой, грязной и кишащей паразитами, так что мы поставили палатки в стороне.

Очень скоро Билл вспомнил о нашем давнем разговоре.

– Ну как, Анерстрим, все еще думаешь, что мы в виртуальной реальности?

– Не знаю. Это может быть очень хорошая иллюзия. Чипы в голове и не такое могут обеспечить.

На самом деле я давно убедилась в том, что мир вокруг живой и осязаемый. Но все равно возразила, так, из вредности.

– Тебя не убеждают собственные органы чувств? – допытывался Амброс.

– Они тоже могут обманываться.

– То есть когда у тебя на зубах хрустит песок, это тоже часть программы?

– Все может быть, для достоверности… Эй, а откуда ты знаешь про песок?!

Билл проказливо ухмыльнулся.

– Это я подсыпал его тебе в тарелку. Для достоверности.

У меня не было слов. А Амброс только посмеивался. И то правда – с разинутым ртом я выглядела, наверное, ужасно глупо.

– Как видишь, нельзя просчитать все заранее. О, вот, например.

Билл выудил откуда-то самокрутку, подмигнул мне, прикурил от уголька, затянулся и передал мне.

– Допустим, мы сейчас находимся в виртуальной реальности, – пояснил он. – Компьютеру неоткуда взять для нас абсолютно все ощущения на свете, правильно? Что из испытанного нами за последние дни было тебе знакомо раньше?

– Я никогда не бывала на настоящей охоте, – подумав, призналась я. – Никогда не держала в руках рыбу с теркой вместо чешуи. Не плавала в ледяной воде. Не дралась палицей, собственноручно изготовленной из бедренной кости оленя. И понятия не имела, что человеческое, по сути, жилье, – я покосилась в сторону пустующей пещеры, – может столь непотребно вонять.

Билл хмыкнул.

– Как же мало ты видела в жизни… Ничтожно мало.

– А еще я никогда не думала, что с человеком, избороздившим тысячи миров, видевшим, пожалуй, все, что можно себе вообразить, будет настолько легко общаться.

– Да ладно, – возразил мне Билл. – Новичком я был таким же, как ты. Потом начал задирать нос и смотреть свысока на непричастных к моей тайне обывателей. Но когда за плечами четыре сотни лет, хоть и позабытые в деталях, на многие вещи смотришь уже слишком просто.

Я откинулась на спину и задумалась, а точнее, поплыла, глядя в усыпанное звездами небо. Млечный Путь простирался мерцающей рекой, знакомые и одновременно чужие созвездия казались какими-то искривленными. В далеком будущем, через сто пятьдесят тысяч лет, они примут привычные очертания. Мне стало жутковато от осознания того, на какую страшную глубину во времени нырнула группа. Поежившись, я торопливо попросила:

– Расскажи что-нибудь забавное, из того, что помнишь.

Билл выбирал недолго.

– Однажды я вел масштабный проект в пяти близких к нам и очень похожих между собой утопиях. Эксперимент проходил в девятом веке на территории Шотландии. Мы с учебной группой взяли в каждой утопии пять одних и тех же кланов и в каждом мире искусственно помогли выдвинуться только одному из них.

– Каким образом?

– Уничтожали лидерствующие верхушки остальных четырех кланов, – безмятежно ответил Амброс.

Я похолодела. Небо закружилось сильнее.

– Убивали?

– Нет, высылали в Японию, – съязвил он. – Ты знаешь другие способы?

Он чуть подождал, пока я переварю это, и продолжил:

– Потом мы отслеживали, как будет происходить развитие региона в каждом случае. Заброс делался через каждые три года. Я тогда задолбался туда мотаться. По тридцать рейдов за день – можешь себе представить?

– Ну и как результаты? – Я решила не зацикливаться на методах, а посмотреть на это как учили: с точки зрения наблюдателя.

– Результаты были весьма познавательными, – сдержанно ответил Билл. – Но не о них речь. Ты ведь просила байку, а не анализ, верно? Ну вот: так как я регулярно появлялся в утопиях и, собирая данные, жил там по два-три месяца, то со временем местные жители уверовали в то, что я бессмертен и несокрушим.

Я хихикнула. Билл и ухом не повел.

– Конечно, периодически находились удальцы и вызывались расправиться со «всей этой чертовщиной». Если я навешивал им пенделей, обиженные, но гордые горцы уходили ни с чем и заявляли своему клану, что убили меня, но я тотчас же воскрес.

Я поняла, куда он клонит, и меня вовсю разбирал смех.

– А если они начинали одерживать верх, я преспокойно сматывался от них домой. Дальше все повторялось по прежнему сценарию: «побежден – убит – воскрес», потому что я снова возвращался.

– Значит, это поэтому, – я еле говорила, задыхаясь от смеха, – у тебя когда-то было прозвище Маклауд?

– А, так ты об этом знаешь… – Билл махнул рукой и улегся на любимый валун. – Готов спорить, это Кей Си всем растрепала. Так и рассказывать неинтересно.

– Интересно-интересно, – скандировала я, разгоняя руками непослушные звезды. – Расскажи еще. Е-ще! Е-ще!

– Эк тебя вставило-то с одной затяжки, – усмехнулся он. – О, да все давно угомонились. Иди спать, Джа. Завтра буду преподавать вам первый урок цинизма. Набирайся сил.

Он уполз в палатку и вскоре захрапел, а я еще долго лежала у погасшего костра, глядя в звездное небо и терзаясь догадками.

Кстати, именно с тех пор, с легкой руки Билла, меня и прозвали Джа.

* * *

После обычной утренней пробежки под разыгравшейся непогодой Билл велел нам взять оружие, и мы направились к новому стойбищу. Палеопитеки поселились внутри каменного нагромождения, оставшегося после прохода ледника, и еще не успели обжить его как следует. По правде сказать, их прежнее место было гораздо удобнее: и пещера надежнее, и озеро рядом. Но никто из