Фарид Джасим - Властелин Севера

Собравшиеся вокруг воины возбужденно загалдели, обрадованные такой возможностью, а Вульф в раздумье посмотрел на Сигурда, а затем на Сиггейрера и, в конце концов, его взгляд остановился на Сигрун.

— Сигрун, прошу тебя, сбегай за кувшином.

В иной ситуации девушка ответила бы каким-нибудь резким замечанием на подобное поручение, но сейчас она не заставила просить себя дважды и скрылась за рядами взволнованных воинов, которые столпились вокруг Вульфа и эльфов, вслушиваясь в каждое их слово.

— Сначала мы отправимся в Мидгарт, — сказала Альфина, — Я должна отблагодарить вас за наше спасение. Ну, а оттуда мы с Альфиром вернемся домой.

— Да, — сказал Альфир, — там нас уже заждались. Мы успели разослать гонцов по всему материку перед тем, как враги напали на наши земли. Так что теперь, я думаю, нам удастся собрать войско достаточное большое, чтобы вернуться сюда, в этот проклятый мир и совершить то, что уже давно должно было свершиться.

— Мне кажется, — сказал Сигурд, — что атака карликов на Светлый Альфхейм и вторжение троллей и великанов в наши земли как-то взаимосвязаны. Оба нападения произошли примерно в одно и то же время.

— Да, такое не исключено, — ответила на это Альфина, и ее серебрянное лицо омрачилось думами о напрашивающихся выводах.

Вульф хотел было высказать свои соображения по этому поводу, но замер на полуслове, когда увидел растерянное лицо Сигрун, которая подошла к костру, где сидели вожди и эльфы, и остановилась. Ее руки дрожали, а маленькие глазки блестели в свете костра.

— Что случилось? — насторожился Вульф и тревожные мысли поскакали в его голове одна за другой. Все затихли, ожидая ответа Сигрун.

— Кувшин… — дрогнувшим голосом промолвила она.

— Что? — хором вскричали Вульф и Сигурд, вскакивая на ноги.

Альфина подошла к ней вплотную и взяла ее за руку.

— Что случилось с кувшином? — твердо спросила эльфийка.

— Он исчез, — выдавила Сигрун.

На поляне повисло трагическое молчание, нарушаемое лишь шумом ветра в ветвях деревьев, да шелестом листвы. Откуда-то издали донеслось уханье совы.

— Ты совершенно уверена в том, что говоришь, Сигрун? — строго проговорил Сиггейрер.

Девушка кивнула и тихо сказала:

— Я все обыскала, его нигде нет. Он был в моем рюкзаке, который лежал возле моего плаща… ну, там, где я спала эти ночи.

— Проклятье! — взревел Вульф, — Его кто-то спер!

— Может стоить поискать получше, — предложил Асмунд, — Он может быть где-то рядом…

— Не нужно утруждать себя бесполезными поисками! — раздался голос, который узнал каждый из присутствующих здесь воинов. Все повернулись к лесу, у кромки которого стоял карлик Галар. В его руках светился багровым кувшин. Вульф от злости сжал ладони в кулаки, да так сильно, что его ногти вонзились в плоть и несколько капель крови показались из-под его пальцев. Он шагнул вперед, протискиваясь между замеревшими в растерянности воинами, и вскоре остановился в десяти локтях от Галара. На грязном, сморщенном лице карлика играла издевательская ухмылка. Он перекатывал кувшин из руки в руку, не сводя глаз с вставшего перед ним беловолосого воина. Вульф следил за светящимся кувшином, не зная, что предпринять. Сигурд и Сигрун встали рядом с ним, а толпа воинов за их спинами пододвинулась вперед. Но это, казалось, ни чуть не смутило карлика.

— Ты сослужил мне хорошую службу, Вульф, — сказал Галар, продолжая ухмыляться. — В знак благодарности к тебе и твоим друзьям я не стану обращать вас в пауков или в каменные столбы, обрекая вас тем самым на вековые муки. Нет, не стану… — ухмылка сошла с его темного лица и он грозно проговорил: — я просто сожгу вас, как охотник сжигает муравейник, когда его обитали начинают досаждать ему своим присутствием.

Вульф медленно обнажил меч и отбросил ножны в сторону, намериваясь одним прыжком достать до карлика. Но Галар отпрыгнул назад и поднял руки, начиная напевать заклинание. Вульф сделал шаг вперед, но остановился, увидев, что карлик замер в странной позе, воздев руки к верху и совершая кистями какие-то движения. На его морщинистом лице появилось отчаяние и страх. Кувшин выпал из его рук и откатился в сторону.

— Что происходит, будьте вы все прокляты?! — заверещал Галар, не в силах сбросить чары, которые парализовали его способность двигаться и колдовать.

Из сумрака ночи за спиной застывшего словно изваяние карлика появились четыре темные человечесие фигуры. Они бесшумно выступили из мрака и остановились, сложив руки перед собой. Вульфу удалось рассмотреть, что все четверо были в черных меховых робах со скрывающими лица капюшонами.

— Ты зарвался слишком далеко, Галар, — произнес знакомый хрипловатый голос. Вульфу показалось, что его слух подводит его или что он обознался. Но он знал этот голос слишком хорошо, чтобы ошибиться.

Человек в робе тем временем шагнул вперед к карлику и поднял лежавший у его ног кувшин. Остальные трое встали рядом со стоявшими поодаль гаутами, которые опасливо посторонились, стараясь встать подальше от них.

— Ты гнался за властью всю свою жизнь, Галар, — продолжал человек в робе, поглаживая пальцами поверхность светящегося сосуда. — Но всему приходит конец. Мне тебя благодарить не за что, поэтому я тебя обращу, правда не в паука, а в столб. В огненный столб.

С этими словами колдун поднял правую руку и начертил в воздухе руну «Кеназ» — факел — и на его ладони образовался огненный шар, сыпавший искрами во все стороны.

— Не надо! — в ужасе закричал Галар, но неумолимый колдун швырнул шар прямо в карлика. Рассыпая снопы искр, шар взорвался, заключив карлика в свои огненные объятия. Галар истошно заорал, но не сдвинулся с места, скованный узами заклинаний.

Вульф смотрел на горящего ярким пламенем карлика, который со стороны действительно выглядел, как огненный столб, и услышал изумленный голос Сигурда:

— Как он здесь оказалася?

— Терпение, Сигурд, Хельги сам все расскажет. Честно говоря, я был даже уверен, что он найдет способ вызволить нас отсюда.

— Вы их знаете? — спросила Сигрун, не отрывая глаз от горящего Галара. Запах сгоревшего мяса распространился по всей поляне и неприятно щекотал ноздри.

— Да, Сигрун, — ответил ей Вульф, — Это величайший из всех живущих в Мидгарте колдунов по имени Хельги.

Последнюю фразу Вульф произнес нарочито громко, чем и привлек к себе внимание вардлока, а также всех остальных стоящих поблизости людей.

— Здравствуй, мой юный друг! — тепло сказал Хельги и откинул капюшон за спину. Его светлые глубоко посаженные глаза сияли от радости, когда он приблизился к Вульфу с распростертыми объятиями. Остальные трое колдунов также подошли к Вульфу. Среди них он узнал Кетиля и Ауд; молодое лицо третьего колдуна было ему незнакомо.