Янтарная искра - Айза Таллер

шагнула в зал приемов вместе с остальными драконами.

Вечер принес с собой долгожданную свежесть, но от близости тела Бранда становилось жарко – неприятное, липкое ощущение. Хотелось одернуть руку или вовсе убрать ее.

Зал был украшен ветвями жасмина, вдоль стен горели факелы, в золотых канделябрах мерцали свечи, и от густого, резкого аромата меня мгновенно затошнило даже без драконьего обоняния.

“Не вздумай потерять сознание на пороге. Я конечно поймаю, но будет неловко.”

“Я – не обморочная девица,” – мысленно парировала я. – “Справлюсь как-нибудь.”

Мы приблизились к Императору.

Во время моего обучения в храме, я не раз видела Андроса – живую легенду, объединившую Арканор после смуты, – но никогда так близко. Он был все тем же, каким я его помнила по жизни в Акролитии: хищные, острые черты лица, нос с легкой горбинкой, цепкие карие глаза. Только теперь, с этого расстояния, в них сквозила едва заметная усталость. Алый шелковый плащ спадал с плеча, цепляясь за фибулу в виде солнца, а голову украшал золотой венец.

Его сопровождали несколько офицеров в латах, начищенных до зеркального блеска. Я невольно подумала, как же жарко, должно быть, беднягам в полном обмундировании.

Рядом с императором стояли Лисендер Реон – его голос и правая рука – и… Верховная Жрица.

Мое сердце рухнуло в пятки, а в животе свернулся противный холодный ком тревоги, когда ее ледяные глаза скользнули по мне.

“Что-то не так?”

“Это…” – я нервно сглотнула. – “Верховная Жрица. Это она заставила нас с Калистой… сражаться насмерть.”

“Тише, мое пламя, не паникуй. Поверь, я знаю кто она такая.”

Я склонилась в неглубоком, сдержанном поклоне: ровно таком, который может себе позволить супруга дипломата соседнего государства. Обратила внимание, что Рагнар и Фрейя ограничились вежливыми, едва заметными кивками в знак приветствия.

– Достойные гости из Фростхейма, – император Андрос поднялся со своего места. – позвольте приветствовать вас в самом сердце Арканора. С прискорбием признаю: недавние события потрясли Империю не меньше, чем вас. Империя не потворствует жестокости. Те, чья дерзость омрачила наше имя, уже названы и преданы суду.

– Признание – первый шаг, – едко заметила Фрейя, не склоняя головы. – Вот бы еще увидеть этих людей не за закрытыми дверями, а на эшафоте.

– Княжна Фрейя, разумеется, – карие глаза Андроса зацепились за драконицу, а в голосе я различила скрытую под вуалью вежливости угрозу. – Вы смелы. Прямолинейны. И остры, как клинок на вашем поясе. Такие качества восхищают… но нередко становятся причиной трагедий.

Он выдержал паузу. Уголки его губ изогнулись в тени улыбки:

– Уверен, этот печальный инцидент останется лишь тенью на пути к будущему, где Фростхейм и Арканор свяжут взаимное уважение, торговля… и общее стремление к миру.

“Слова, слова, слова… Нас держат за идиотов. Не то чтобы я ожидал иного,”– наша связь с Рагнаром гудела его ядовитым раздражением. Однако лицо наследного князя не выражало ничего, кроме расслабленной учивости. Я протянулась к нему, мысленно погладив поверхность нити подушечками пальцев и сожалея, что не могу позволить себе иное – реальное касание.

– Не сомневаюсь, что вы нашли настоящих виновных в… как вы это назвали? В печальном инциденте, – Рагнар хищно усмехнулся. – Мы требуем их наказания.

– Разумеется, – Лисендер Реон сделал шаг вперед. – Они будут казнены.

“Ты же понимаешь, что это будут невиновные жрицы?”

“И что, по-твоему я должен их пожалеть? Броситься их спасать?”

Внутри вспыхнуло негодование:

“Я тоже была частью храма. И ты тоже хотел убить меня, помнишь?”

“Не сравнивай себя с ними.”

“Почему? Потому что я – твой проводник? Потому что ты со мной спишь?”

“Потому что ты выбрала не пачкать свои руки кровью, прикрываясь благовидным предлогом.”

– И тем не менее, – на лице Рагнара по-прежнему застыла маска ледяного князя. – У меня остаются большие вопросы к храму, который позволяет творить подобное под своей сенью.

Верховная Жрица медленно повернулась, поправляя колье из нескольких янтарных камней на груди, и ее взгляд – холодный, пристальный – остановился прямо на мне.

– Богиня Элиора милостива. А ее храмы раскинулись по всей Империи. Под их крышей уживаются самые разные души. Например, насколько я слышала, юная послушница… простите, бывшая послушница, сыграла в вашей судьбе примечательную роль. Иногда те, кого мы воспитывали, умеют удивить. Любопытно, где она сейчас?

Ее взгляд не отрывался от моего лица, а на губах заиграла едва заметная улыбка. У меня перехватило дыхание – тревожное предчувствие кольнуло в груди, сжав нутро ледяными когтями.

“Рагнар…” – позвала я, заставив наследного князя обернуться. – “А что если видит меня под иллюзией?”

“Не думаю… Тебя даже я бы не узнал. Все в порядке. Дыши, мое пламя.”

Меня била дрожь, но я усилием воли заставила себя улыбнуться – так как это сделала бы Эстель, выдержав взгляд Верховной Жрицы:

– А вы за всеми своими послушницами следите с таким пристальным вниманием? – холодно поинтересовалась я. – Она выбрала сторону. Не думаю, что это запрещено.

Рука Бранда под моей ладонью заметно напряглась.

“Рейна,” – бархат предупредительного шепота у меня в голове заставил меня замолчать.

“Все-все, молчу.”

Верховная Жрица расплылась в довольной улыбке:

– Разумеется, уважаемая леди…

– Эстель, – подсказал ей Бранд. – Моя супруга.

– Надеюсь, вы не откажетесь разделить с нами трапезу, – Андрос с вежливой полуулыбкой пригласил к ужину.

Стол, накрытый парчовой скатертью, ломился от яств.

Живя во Фростхейме, я думала, что скучаю по свежим фруктам Акролитии: послушницам нечасто перепадали угощения, но финики, апельсины, лимоны и виноград в северном княжестве были диковинкой. Я видела их на рынке после открытия перевалов, но местные покупали их скорее из любопытства, чем из любви.

Сейчас же я стояла перед щедро накрытым столом и понимала, что от одного только вида еды меня мутило. Жасмин, специи, запах мяса и цитрусовых, плотный жар зала – все это мешалось в тошнотворный коктейль.

Рука лорда-канцлера скользнула мою талию и задержалась на ней. Я застыла и подняла на него взгляд.

– Что-то не так, дорогая супруга? – теплые карие глаза Бранда смотрели на меня с участием. Он мягко притянул меня к себе.

По нити жизни прокатилась волна гулкого раздражения.

“По-моему его руки чувствуют себя слишком вольготно на твоей талии.”

“Ревнуешь?” – дразняще отозвалась я, перехватив, тем не менее руку Бранда и мягко вывернувшись из его объятий.

“Напоминаю, кому ты принадлежишь.”

“А я напоминаю, что мы – партнеры.”

Я различила короткий смешок в мысленной связи.

Бранд отодвинул стул и помог мне занять место за столом. Слуга налил вина – местного, терпкого и ароматного. Я даже не посмотрела на Рагнара.

“Рейна,