Импровиз. Война менестреля - Владислав Адольфович Русанов

class="p1">— Жуй! Потом запьёшь водой. На вкус дерьмо, зато бодрит, — усмехнулась Офра.

— Дерьмовее не бывает… — скривилась Морин. Что происходит?

— Нас всех опоили за обедом. Кто-то подсыпал сонного зелья.

— Три тысячи болотных демонов!

— Я бегу к прану Гвену предупредить. Ты приходи в себя и давай на подмогу.

Морин кивнула, неуверенно свесила ноги с кровати.

— Дай ещё этой гадости…

— Нельзя. Сердце выскочит.

Офра сунула ей в руки кувшин и бросилась прочь из комнаты. Следовало потропиться.

Выскочив коридор, она с разбегу ударилась лбом в грудь Бриана альт Нарта. Этот пран всегда бесил Офру своим гигантским ростом.

— А чтоб тебя! — Она отскочила, хватаясь за кинжал, но быстро сообразила, что перед ней ещё один союзник, а не враг. — Ты как? — Ещё со времени путешествия в фургоне «братьев Веттурино» они были на «ты», и Офра, узнав, что её спутник — благородный пран, не сочла необходимым что-то менять. — Ты как?

— Какой дрянью меня накормили? — Слегка заплетающимся языком спросил Бриан.

— Всех накормили. Снотворное в чесночный соус насыпали…

— Я так и знал! — Он взмахнул здоровенным кулаком. — Терпеть чеснок не могу!

— Ходить можешь?

— Ты же видишь — могу.

— А драться сможешь?

— Хочешь проверить? — Бриан недобро усмехнулся, схватившись за рукоять шпаги.

— Хочу! Там во дворе закладывают карету. Все спят, а они карету закладывают! ты понял?

— Понял, — кивнул Бриан. — Я во двор. Ох, и попляшут у меня эти ублюдки!

— Беги! А я к прану Гвену…

Она помчалась по лестнице, прыгая через три ступеньки. Орешки подействовали в полной мере, и сейчас Офра сама себе напоминала взведённый механизм арбалета — напряжённая и смертоносная.

Вот и покои прана Гвена. Офра нащёпала мешочек с бодрящими орешками. Если придётся его будить так же, как и Морин, надавать по щекам бывшему главе тайного сыска будет особенно приятно.

Но будить не пришлось.

Сквозь неплотно закрытую дверь пробивался тонкий лучик света и доносился голос. Голос хозяина замка.

Вот и отлично! Меньше времени потратим на всякую ерунду!

Офра толкнула дверь. Ворвалась без стука. Не вполне прилично, но не в такой вечер, как сегодня, помнить о правилах хорошего тона.

Пран Гвен стоял посреди комнаты в дорожной одежде — высокие сапоги, поверх дублета с меховой опушкой короткий плащ. На перевязи — шпага, на поясе — кинжал. Увидев Офру, он удивился и даже слегка испугался, бросил на стол мешочек, который держал в руках. Глухо звякнули монеты.

— Ты здесь откуда? Как?

Но Офра не ответила. Она смотрела на Анне, сидевшую на краешке кресла с высокой спинкой. В руках она держала закутанного в одеяло Бринна. Малыш крепко спал, судя по ровному дыханию.

Вот и сошлась головоломка.

Подняв левую руку, она нацелила пальцы в грудь альт Раста.

— Стоять! Не двигаться! Руки держать на виду! Вы знаете, что у меня в рукаве.

— Стою, стою… — Пран Гвен показал пустые ладони. — Что случилось? Что ты налетела? Обвиняешь меня в чём-то?

— Обвиняю.

— И в чём же?

— Вы усыпили весь замок, а теперь решили похитить ребёнка.

— Какая чушь! Анне укачивала его и заглянула ненадолго ко мне.

— В дорожной одежде? А вы как раз собирались в путь?

— Я в своём замке. Могу делать, что захочу.

— Например, заложить карету и пока все спят…

— Да! У меня есть дела в Кевинале!

— А мальчику вы решили показать соседнюю страну?

— Хотел попрощаться.

— И приказали отравить его мать!

— Что за бред? — Брови альт Раста поползли на лоб.

— Прямо таки и бред? Ваша верная помощница украла у меня порошок миспикеля и подсыпает Реналле.

— Куда?

— Уж не знаю куда. Может в еду, может в питьё.

Пран Гвен сделал попытку дёрнуться.

— Стоять, я сказала!

— Какая помощница? Не понимаю!

— Ну, вот же она, — Офра кивком указала на Анне. — Мне даже не надо устраивать очную ставку или как там у вас в тайном сыске это называется?

— Тварь неблагодарная! — зарычал альт Раст, поворачиваясь к няньке. Ему уже было плевать — всадит Офра в него стрелу или нет. — Как ты могла!

— А что я должна была делать? Или она, или я!

— Ах, ты тварь… — Пран Гвен ссутулился, будто к прыжку приготовился.

— Стоять, я сказала! — прикрикнула Офра.

В это время со двора донеслись неясные крики и звон клинков.

— Что? Что это? — встрепенулся Гвен.

— Это Бриан успокаивает твоих прихвостней, — оскалилась Офра.

— По какому праву⁈

— Согласно полномочиям, полученным от герцогини.

— Какая герцогиня? — Глаза альт Раста налились кровью. — Тупая подстилка! Вертела задом перед Лазалем! Не сегодня, так завтра Вожерон размажут, как коровью лепёшку по дороге.

— Как вы заговорили, пран Гвен…

— Заткнись! Кому ты поверила, дура? Нужно бежать, пока не поздно. Успокой Бриана, остальное сделаю я. Ну? Зачем тебе погибать за Вожеронскую шлюху?

Во дворе грохнул выстрел!

Анне с ребёнком на руках взвизгнула и бросилась к выходу. Врезалась плечом в Офру, которая, как ни старалась, не успела избежать столкновения. Она толкнула няньку прочь от себя, больше думая о том, чтобы не навредить малышу. Заметила, как Гвен альт Раст с улыбкой торжества шагнул вперёд, почувствовала тычок за левое ухо, а потом руки и ноги её перестали слушаться. Убийца упала, как сноп, не понимая — что же произошло? Такому их не учили… Может, это магия какая-то?

— Так-то лучше… — Прорычал Гвен.

Хищным движением, схватил Анне за голову, резко крутанул. Успел подхватить Бринна, выпадающего из её мёртвых рук.

— Спи, малыш, спи… — почти снежностью проговорил альт Раст. — Я же говорил, что чуть-чуть «чернушки» тебе не повредит. Сейчас мы заберём твою маму и уедем далеко-далеко, где не будет самопровозглашённых герцогинь, взбалмошных служанок, сумасшедших метательниц ножей, зверообразных кринтийцев в юбках…

Он положил мальчика на кровать. Наклонился над Офрой.

— Я знаю, что ты видишь меня и слышишь, но пальцем пошевелить не можешь. — Он толкнул носком сапога её левое предплечье. Конечно же, стреломёта не было. Офра просто не успела его прицепить. Но ложь ведь сработала, хотя и ненадолго. — Молодец. Тебе почти удалось обвести меня вокруг пальца. И