Ольга Голутвина - Крылья распахнуть!

Но Джуду и Харри, крестьянам-альбинцам, не было дела до чувств лошади. Они глядели с холма вперед и вниз — туда, где на придорожном валуне виднелась фигурка женщины в дорожной мужской одежде. Путница сидела неподвижно, лишь ветер трепал длинные рыжие пряди, выбившиеся из-под шапочки.

— Надо же, — хмыкнул Джуд, — одна! Это в наших-то краях!

— А может, у нее дружок в кустах хоронится? Ждет, когда остановится повозка, чтоб бабенку подвезти.

— Может, и так, — почесал в затылке Джуд. — А может, и впрямь в одиночку по дорогам шляется. На Спорных-то землях!

— Ежели так, то дура. Тут виктийцы промышляют.

— Да и наши не сваляют дурака, ежели одинокую бабу поймают. Коли в рабство продать, хорошо можно заработать. Мешок ей на голову — и никто ничего не докажет. Главное — чтоб продать подальше, чтоб не вернулась в эти края.

При словах «мешок на голову» оба альбинца невольно поглядели на дно тележки, на аккуратно сложенные мешки из-под репы. Репа осталась в сарае у старины Дорса, владельца «Кота на крыше». Дорс хотел и мешки себе оставить, но не на таковских нарвался! Мало ли для чего может пригодиться порядочному крестьянину хороший, крепкий мешок! Да вот хоть…

— Слышь, Харри, а твой дядя… ну, смотритель маяка… правду про него говорят, что он путается с контрабандистами?

Харри хотел было возмутиться, но Джуд закончил свою мысль:

— Если бы, скажем, мы захотели продать товар в чужие края — он бы свел нас с нужными людьми?

Харри проявил необычную для себя сообразительность:

— Он-то… дядя… ну, да… А думаешь, оно получится?

— А чему тут не получиться? Мешок ей на башку — и на маяк. Место спокойное.

— А не грешно этак-то делать?

— Дурак! Не повяжем ее мы — повяжут окаянные виктийцы. Вот это уж грех так грех — виктийцам такие деньжищи отдавать. Они ж нам лишними не будут! Я с Колченогим Томасом в долю войду, лавку откроем. А ты вроде жениться собирался?

— Ну да…

— И тебе на свадьбу деньги не нужны?

— Да нужны…

— Вот и прикинь: прибыльная затея!

— А ежели она в кусты — да в лес? Лови ее тогда…

— Поймаем. Но ты прав: лучше без беготни…

Джуд нагнулся, взял мешок.

— Ты знаешь, как я по лесу хожу. Птицу с ветки не спугну!

Харри закивал: всей деревне было известно, что Джуда кормило не столько поле, сколько лес.

— Ты выжди малость — и поезжай по дороге. Как с камнем поравняешься, девица на тебя глядеть будет. Может, окликнет тебя. Тут я сзади ей на голову наброшу мешок, а ты поможешь связать ей ноги.

Харри хотел спросить: «А если там разбойники?» Но Джуд уже исчез в придорожных кустах. Тихо так исчез, без хруста, только голые ветви бересклета заплясали, стряхнув на дорогу снег.

Харри только головой покрутил при виде такой ловкости приятеля.

— Слышь, Эрлета, — сказал он кобыле, — а дело-то может и выгореть. Как думаешь, хватит моей доли в выручке, чтоб посвататься к Нэнси Веснушке?

Кобыла презрительно дернула ухом. Она явно не считала эту партию удачной для Нэнси Веснушки, даже если хозяину и удастся разжиться деньгами.

Выждав, чтобы дать Джуду время добраться до добычи, Харри тронул вожжи, и Эрлета неспешно пустилась вниз с холма.

Когда телега приблизилась к валуну, путница и впрямь обернула к Харри молодое лицо и, наверное, окликнула бы возницу. Но тут за ее спиною беззвучно, как лесной дух, возник Джуд и набросил девице на голову мешок.

Харри спрыгнул с телеги и кинулся на помощь к приятелю. Но не успел он сделать и трех шагов, как дело пошло наперекос. Не так, как ожидали дружки-альбинцы.

Девица не стала визжать и звать на помощь. Зато взвыл Джуд, потому что девица вслепую, но точно и сильно двинула ему локтем в живот. Альбинец от боли сложился пополам, а девица ловко скинула с головы мешок — и ошеломленный Харри споткнулся на бегу, потому что в лоб ему взглянуло дуло пистолета.

Как и откуда эта особа успела достать оружие — альбинец не успел рассмотреть, да и не думал об этом. Как завороженный, глядел он на пистолет.

— Как славно, добрые люди, что вы с тележкой, — четко и властно проговорила путница. — Может, нам еще и по пути до «Кота на крыше»? Не подвезете ли?

— Что?.. А?.. — выдавил из себя Харри, не сводя глаз с пистолета.

Путница поморщилась и бросила быстрый взгляд на багрового Джуда, который пытался отдышаться. (Пистолет при этом не дрогнул и так же был направлен на Харри.)

— Я говорю: не по пути ли нам до «Кота на крыше»? — с нажимом повторила она.

— По пути, — прохрипел, кривясь от боли, смекалистый Джуд. — Сделай милость, госпожа… садись…

Его приятель, сбросив оцепенение, встрепенулся, кинулся к тележке. Мелькнула мысль: прыгнуть в тележку, хлестнуть Эрлету вожжами…

Нет. Пуля догонит. А эта путница…

Харри не глядел в лицо девице, видел, казалось бы, только пистолет. А теперь вот оказалось: разглядел, запомнил. Некрасивое лицо, горбоносое, с острым подбородком. И глаза — золотые, страшные, беспощадные.

Крестьянин с тоской понял: если эта особа захочет, они с Джудом лягут в придорожных сугробах на радость волкам. А гадюка сядет в их тележку, хлестнет Эрлету и поедет своим путем. И если они живы, так это потому, что ей с ними возиться скучно… Харри подвел кобылу ближе, девица уселась. Пистолет она убрала за пояс, но осталось ощущение опасности. Джуд, повинуясь жесту незнакомки, тоже сел в тележку. Всю неблизкую обратную дорогу до таверны невольные спутники молчали. Когда девица завидела издали высокую крышу с резной фигуркой кота, задравшего хвост, она спрыгнула с повозки, учтиво сказала:

— Спасибо, добрые люди, что подвезли.

И зашагала, не оборачиваясь, в сторону обнесенного частоколом здания.

— Надо будет остановиться у того валуна, — глядя ей в спину, тихо сказал Джуд. — Я мешок не подобрал, в снегу так и валяется.

И тут Харри с размаху врезал дружку по зубам — за его «прибыльную затею»!

— Ваша жареная рыба, сударь…

Жена трактирщика Дорса поставила перед Двуцветом оловянное блюдо.

Маг степенно кивнул и принялся за еду, время от времени поглядывая на дверь.

Сколько дней придется ему проторчать в этой таверне, ожидая прибытия отчаянной пиратки?

Конечно, место встречи Гьера выбрала с умом. В Альбине за ее голову назначена награда, у каждого начальника стражи — описание ее примет. В Виктию сам Двуцвет не сунется, раз уж Свен его раскусил. А здесь, на Спорных Землях, и пиратов не любят, и к магам относятся с недоверием. Они с Гьерой в равном положении. Лишь бы наглая пиратская принцесса на заставила мага ждать! Так много дел в разных странах! Это Алмаз да Сапфир предаются в замке неспешным ученым изысканиям. У Двуцвета другие забавы. Города и королевства, как дрессированные собачки, пляшут под щелканье его пальцев…