Смерть ринханто - Габриэль Коста

два выбора: уничтожить всех людей, узнавших ее секрет, кроме Гилема, для сохранения жизни Редлая, и второй вариант – запустить цикл перерождения Древа Жизни. Однако Ледаю не устраивал ни один из них.

– Я не могу позволить тебе никого убить, мам, прости. Если ты не откажешься от идеи отпустить Редлая и его команду… я буду сдерживать тебя до тех пор, пока у меня есть хоть капля пламени. – Она нахмурила брови и тяжело задышала. – Я думаю, Древо Жизни не просто так поддержало брата тысячью опадающих кровавых лепестков. Так оно планировало защитить выбор Редлая.

– Тогда я буду вынуждена убить и тебя. Я все решила еще задолго до твоего появления на свет, Ледая. – Лицо Королевы Оборотней ожесточилось. – Я дала им слишком много времени, думаю, они уже достаточно далеко ушли. Не усложняй мне задачу, а им не позволяй строить ложные надежды…

– Я подарю им самую настоящую надежду, мам. – Ледая усмехнулась. – Ты же сама назначила меня охранником Редлая. Так вот, как его охранник, я буду биться до тех пор, пока пламя еще горит во мне…

– Будь по-твоему.

Королева Оборотней сжала руку в кулак. Ее кожа покрывалась красной чешуей и раскалялась от жара. Крылья окончательно расправились, и Ледаю обдало горячим воздухом. Огонь не мог нанести ей урон, а вот дальнейшая трансформация мамы внушала самый настоящий ужас. Из ее спины появился хвост, который увеличивался в размерах, пока одним махом не снес остатки арены, очищая территорию. Неудивительно: для полного обращения требовалось много места. К полупрозрачным крыльям и хвосту присоединились лапы, и уже через мгновение голова дракона вытянулась над Ледаей. Ее размеры поражали. Ледая даже в самых жутких кошмарах не могла представить, насколько огромны драконы. Один коготь на мизинце в три раза больше нее самой.

– Полное обращение, – зазвучал хриплый голос мамы.

До слов мамы ее вид представлял собой некий огромный сгусток пламени, в форме лишь напоминающий дракона. Кровь наполняла сосуд и придавала ему физическое тело. Настоящие перепонки на крыльях, когти, зубы, чешуя и глаза. Без сомнения, победить маму не способно ни одно живое существо на материке. Драконы не просто так входили в десятку сильнейших монстров, хоть и не возглавляли его. И при всем при этом не стоило забывать один факт, который даже опаснее животного обличья мамы, – она человек, а значит, точно имела не только костер, но и пожар. Если она воспользуется хоть чем-то из этого, никто не успеет и слова сказать, как будет повержен. Ледая не представляла, чем конкретно занималась сейчас команда людей и ее брат, но искренне надеялась, что они убегали. И желательно, максимально эффективно.

– Вторая истина. Огненная гириена.

Если учитывать тот факт, что Риса успела вновь разжечь ее костер до максимума перед уходом, у Ледаи появилась надежда занять маму боем на несколько минут. Столб пламени поднялся к самой кроне Древа Жизни, почти поджигая его. Размеры, которых смогла достичь гириена на корабле… В прошлом. Размах крыльев увеличился в два раза, а морда и воротник змеи нашпигованы крюками, на теле появились кольца синего и красного цветов, плавник из вертикального превратился в горизонтальный. Но самое поразительное, что удивило даже Королеву Оборотней, – маленькие, никчемные, но все же лапки около крыльев гириены. Тело змеи достигало длины не меньше трехсот метров, а то и полукилометра. Такая сила в обычной жизни недоступна Ледае, и сейчас она уже почти использовала основу своей татуировки для воссоздания размеров гириены больше, чем ее силы. На победу она не рассчитывала.

Ледая не рассчитывала даже выжить.

– Что же вы творите… – неожиданно прошептала позади них Келдая, которая только отпустила команду людей. А потом ей пришлось срочно делать ноги, потому что Ледая и Королева Оборотней схлестнулись в битве. Однако Келдая отошла лишь на безопасное расстояние, наблюдая со стороны, и на дне ее глаз плескалось золотое свечение от пламени то ли дракона, то ли гириены.

Ледая понимала, что мама сильнее ее в несколько раз и при желании разорвет на куски, поэтому тело гириены начали оплетать пламенные орхидеи. Связь аватара и костра позволяла исцелять не только тело из крови и плоти, древесных элементов, но и сам огонь гириены. Вместе с тем главное оружие дракона – все сжигающее пламя – также не работало против Ледаи. Эти преимущества могли лишь растянуть битву во времени. Главная же проблема заключалась в неспособности гириены летать. Стоило упустить момент, когда мама поднимется в небо, и все, как бы Ледае ни хотелось, она уже не сможет помешать казни.

По этой причине, стоило дракону расправить крылья, Ледая стремительно кинулась к нему. Она решила воплотить свой лучший план и сковать тело противника. Даже Королева Оборотней не сможет сразу справиться со смертельным захватом гириены. Поэтому Ледая, уворачиваясь от удара хвоста и лапы, вцепилась в глотку дракона, конечно же не оставив и царапины на его чешуе. Маневр с ядом тут не пройдет. Линдалис сам отрубил себе руку, мама же так глупо не поступит. Используя укус как точку опоры, а крылья для подтягивания змеиного тела ближе, Ледая с громким стрекотанием начала обвивать шею дракона и стараться пережать основание крыльев. Однако Королева Оборотней сразу поняла ее план, хватаясь за туловище и предотвращая окончательный захват. Громко зарычав, она с трудом отодвинула кольцо, сжавшее крылья, и взмахнула ими, поднимая Ледаю вместе с собой в небо.

В столице началась настоящая паника. Все ее жители начали разбегаться кто куда. Улицы стремительно пустели. И Айон мог их понять, совсем рядом дракон и гириена сцепились не на жизнь, а на смерть. Битва Редлая поразила их всех, но это… вне воображения. Поэтому стоило поторопиться. Келдая убежала с обещанием вмешаться и помочь успокоить маму, но, по всей видимости, у нее ничего не получилось. Риса и Азель залезли на старинный корабль, который, по словам Гилема, Королева Оборотней использовала в Великой Войне. Сейчас он превратился скорее в достояние искусства, чем транспорт. И все же сила Кайла действовала на него. Айон посмотрел на Рису, которая еще раз использовала искру на Редлае, но без видимых эффектов. Принц перевел взгляд на Кайла, вспоминая его слова:

«Любой корабль рано или поздно становится затонувшим».

– Господа, не думаете ли вы, что пора как-нибудь применить наши уникальнейшие способности и уносить наши драгоценные задницы куда подальше? – Гилем, улыбнувшись, положил руки на плечи Кайла и Айона и прижал их к себе. – Моя татуировка почти кончилась, и я могу лишь… предполагать высокий уровень опасности.

– Это тебе дракон и гириена